Любовник под прицелом (СИ)

– Дальше сама справишься?
Эльза посмотрела на него растерянным взглядом. Слезы снова текли по щекам, нос покраснел, веки распухли. Ян вздохнул и толкнул дверь. К счастью, внутри было пусто.
– Но это же женский туалет, – сказала Эльза.
– Могу отвести тебя в мужской, но вряд ли это хорошая идея, – съязвил Ян.
Он решительно завел Эльзу внутрь, подвел к умывальнику, включил холодную воду и дождался пока она станет ледяной.
– Умойся и смочи шею. Быстрее успокоишься, – скомандовал Ян. – Я буду ждать снаружи.
Он выскочил из туалета и только потом понял, что пообещал Эльзе дождаться ее. Зачем? Ян вздохнул. Можно и уйти. Никакой трагедии не будет. Уж Эльза точно не станет ему высказывать претензии, что он не сдержал слово. Но... Все-таки, что случилось? Если есть вещи, которыми можно довести до слез Эльзу, он хочет знать, что это за вещи! Правда, в библиотеке его ждут куда более полезные знания, но что поделать? Любопытство – такое любопытство!
Ян ушел в длинный коридор и уселся на подоконник. Эльза появилась минут через пять. Дамская комната находилась в тупике, так что Эльза не могла никуда свернуть или спрятаться. Ей ничего другого не оставалось, кроме как идти в сторону Яна, хотя по ее лицу было видно, что она предпочла бы, например, провалиться сквозь пол или сделаться невидимкой.
Ян улыбнулся и спрыгнул с подоконника.
– Я что, такой страшный?
– Извини, пожалуйста, – смущенно сказала Эльза. – Я не собиралась... устраивать истерику.
– Ты ее и не устраивала, – пожал плечами Ян. – По крайней мере, не мне. Я просто случайно попался на твоем пути.
– Мне повезло, – вздохнула Эльза. – Спасибо, что успокоил меня.
Она явно собиралась уйти, но у Яна были другие планы. Он пошел рядом с ней.
– Так что случилось? – Ян взял Эльзу за локоть, как только понял, что она собирается улизнуть от него.
– Меня выгнали с лекции, – неохотно призналась Эльза.
– Тебя? За что? Кто? Не верю!
Эльза коротко рассмеялась.
– Почему не веришь?
– Что ты должна была сделать, чтобы тебя выставили за дверь? Раздеться? Наши преподаватели, знаешь ли, относятся к нам с уважением. Не помню, чтобы у нас кого-то за шесть лет хоть раз выгнали с лекции.
– Я задавала вопросы, – вздохнула Эльза. – А он решил, что я над ним издеваюсь.
– Кто он? Кто тебя выгнал?
– Виркс. Макс Виркс. Он...
– Да знаю я, кто такой Виркс, – отмахнулся Ян. – Отвратительный самодовольный эгоцентрист. Правда, красавчик.
– Он хороший лектор, – твердо возразила Эльза.
– Да? Извини. Может, он и хороший лектор, но доводить студентов до слез на своих лекциях может только самодовольный эгоцентрист.
Они дошли до развилки и Ян собирался свернуть в сторону выхода. Спасение девушек – дело благородное, но он же шел обедать! Эльзу можно прихватить с собой. Раз она теперь рыдает из-за красавчика Макса, ему, Яну, ничего не грозит. Эльза попыталась выдернуть руку.
– Эй, ты еще мне не все рассказала! – возмутился Ян. – Я хочу знать подробности, а ты собираешься сбежать!
– Я должна вернуться!
– Зачем?
Эльза опустила глаза.
– Я хочу извиниться перед ним.
Ян покачал головой.
– Нет, это плохая идея.
– Почему?
Ян вздохнул. Да, дипломата из нее не выйдет. Прямая, как выстрел. Решила и сделаю. Никакой гибкости. Как у пули. Придется объяснить ей ошибку.
– Если ты явишься извиняться сейчас, то поставишь Виркса в неловкое положение перед остальными студентами, – мягко заговорил Ян. – К тому же перерыв между лекциями короткий, может, Виркс планировал выпить кофе или, наоборот, а тут надо разбираться с тобой. Он наверняка разозлится. А если ты станешь говорить, что он тебя неправильно понял... А ты именно это и станешь говорить, готов спорить на свою рубашку, хотя она немного промокла, но ее все еще можно загнать по неплохой цене, потому что это чистый шелк ручной работы, – Ян улыбнулся, – ничего хорошего не получится из твоих извинений прямо сейчас. Если ты действительно хочешь извиниться, лучше сделай это наедине. Не после лекции, а у него в кабинете, во время приема студентов. Успокойся, приведи себя в порядок. Продумай, что ты ему скажешь. Коротко и ясно объясни ему, что ты сделала неправильно. Ты сделала неправильно, а не он тебя неправильно понял, – подчеркнул Ян. – Можешь добавить, как ты сожалеешь, что не смогла услышать пропущенную часть лекции. И тогда, может быть, он соизволит тебя простить.
 
Эльза кивнула. Вздохнула и посмотрела на Яна.
– Спасибо за совет.
Ян выпустил ее руку.
– У меня есть еще один. Не бегай в слезах по винтовой лестнице, ладно? А то в следующий раз меня там не окажется, и ты сломаешь шею.
Эльза слабо улыбнулась.
– Можно подумать, ты расстроишься!
– Трупы в Академии сильно усложняют жизнь остальным студентам, ты должна знать, как специалист по уголовному праву.
– Я воспользуюсь твоими советами, – засмеялась Эльза.
Ян успокоился. Все, она смеется, значит, в порядке, можно идти обедать. И учиться. Он помахал ей рукой и направился к выходу. У самых дверей он обернулся. Эльзы уже не было. Что ж, очень хорошо. Значит, она и в самом деле переключилась на Макса. Какая ирония судьбы, а? Второй раз Виркс встает между ним и женщиной. Правда, на этот раз Ян хотя бы ничего не имел против.
 Глава 8. Дурная традиция 
Две недели спустя Ян все еще избегал ходить по винтовой лестнице. Особенно из библиотеки. Особенно в библиотечный день. Хотя почему-то само происшествие вызывало у него только легкую улыбку. Рано или поздно такие истории у него превращались в анекдоты для друзей. Но для этой время еще не пришло. После сессии. А то, чего доброго, слухи дойдут до Виркса, и он отыграется на Эльзе.
Ян не конфликтовал с преподавателями, но Виркса не любил. Эльза была права – лекции он читал хорошо, со вкусом, со множеством примеров из личного опыта. Хотя, как подозревал Ян, вполне возможно, что насчет личного опыта Маркс преувеличивал. Но не побегут же студенты, в самом деле, проверять, кто присутствовал на полуофициальных переговорах по поводу обхода экономических санкций, а если и побегут, то все равно не смогут ничего выяснить. В лучшем случае узнают, что такие переговоры действительно были, и это только укрепит их веру в авторитет и опыт Виркса. Да и относился Виркс к тем людям, которых называют харизматичными. И это было не какое-то абстрактное понятие, а очень даже физическая характеристика. Его приближение к аудитории чувствовалось за несколько секунд до того, как он входил в дверь. Или вот он идет по коридору, ты стоишь к нему спиной, видеть не можешь, но чувствуешь эту волну притяжения – хочется обернуться, оборачиваешься, провожаешь взглядом... То же самое, наверное, чувствуют металлические опилки при приближении магнита. Вот только чувствовать себя опилками Яну не нравилось!
Впрочем, причина его неприязни к Вирксу крылась совсем в другом. Он бывал в их доме в качестве советника или консультанта. В общем, по делам. Виркс, конечно, Яна в упор не помнил. Да и сам Ян на месте Виркса предпочел бы навсегда вычеркнуть эту страницу из своей памяти. Но Ян-то не мог вычеркнуть из памяти свое детство! Так что он очень хорошо помнил, как расцветала улыбкой мама, когда Виркс появлялся в их доме – в ее глазах зажигался огонь, которого Ян к тому времени не видел уже очень-очень давно.И сначала ему нравилось, что мама оживает, становится совсем прежней, смеется, шутит. А потом... потом огонь заметил и отец. И мамы не стало. А Виркс еще год примерно оставался при отце. И сколько ни уговаривал себя Ян, что Виркс не виноват в том, что произошло, и даже мама не виновата – только отец, все равно ничего не получалось. Виркс так и остался на стороне врагов. Хорошо хоть, что его предмет был не основным у Яна и читал его Виркс всего один семестр.
Но на всякий случай Ян обходил те места, где мог с ним встретиться. Поэтому второй этаж, где Виркс читал лекции у четвертого курса, как-то само собой был исключен из маршрутов в библиотечный день. Многовато исключений, улыбнулся своим мыслям Ян, выходя из библиотеки. Вряд ли Виркс бегает по коридору во время лекции. Так что лучше не искать заковыристых путей, а просто срезать дорогу к выходу через крыло второго этажа.