Волков. Апраксин двор

– Браво, браво. – Геловани зажал карабин под мышкой и несколько раз хлопнул в ладоши. – Должен признать, Антон Сергеевич, ваш протеже сумел меня удивить – и уже не раз… Скажите, Владимир, вы не думали о карьере в сыске?
– Давайте поговорим об этом позже, ваше сиятельство, – буркнул Дельвиг, протягивая мне винчестер. – Я закрою Прорыв. А вы, судари, – поглядите, чтобы никто оттуда не вылез.
Не прошло и полминуты, как неровные края начали стягиваться – дыра в бытии зарастала буквально на глазах. Дельвиг орудовал невидимой иглой так ловко и быстро, что Вольский, похоже, потерял дар речи от восхищения – просто стоял и пялился с открытым ртом, не издавая ни звука. Сам я тоже засмотрелся, хоть уже и видел работу георгиевского капеллана.
А вот для Геловани подобное, судя по всему, было делом совершенно обыденным.
– Должен принести свои извинения, Владимир, – негромко произнес он. – Признаться, я и подумать не мог, что вы так нам поможете. Сам бы я, пожалуй, и вовсе не догадался бы искать здесь. Удивительно, как Прорыв возник именно в таком…
– Напротив – ничего удивительного! – встрял Вольский. – Если память мне не изменяет, подобное… подобные явления нередко появляются на кладбищах. А склеп, если разобраться, – почти то же самое. Место, где сильна власть того, что противно всему сущему, – и потому особенно пригодное для любого темного колдовства и…
– Разве не вы полчаса назад говорили, что все это не более чем суеверия? – Геловани усмехнулся и покачал головой. – Разве скандинавские проклятья отличаются от таких вот… баек? Мракобесие – удел недалеких умов, Петр Николаевич.
– Мракобесие?! Ваше сиятельство изволит обвинять меня в обскурантизме? – Вольский сверкнул глазами, но тут же устало выдохнул. – Впрочем, я уже и сам не знаю, что думать… Всего несколько лет назад и Прорывы для всех нас были всего лишь легендами. Историей прошлых веков, в которой порой куда больше вымысла, чем истины. И я сам бы лишь посмеялся – вздумай кто-то сказать, что уже скоро подобное появится снова.
– У меня и в мыслях не было смеяться над вами, – мягко ответил Геловани. – Но все же стоит различать реальность, как бы сурова и удивительна она ни была, – и всякие небылицы… А вы что скажете, Владимир?
– Пожалуй, предпочту промолчать. – Я пожал плечами. – Но уж если ваше сиятельство настаивает – то я скорее склонен думать, что человеку образованному не следует отвергать даже самые немыслимые гипотезы. В конце концов, отсутствие научного обоснования… временное отсутствие, конечно же, никак не может ставить под сомнения сам факт. Особенно свершившийся неоднократно. А Прорывы действительно куда чаще возникают на кладбищах – какова бы ни была тому причина.
– Слова не мальчика, но мужа, – улыбнулся Геловани. – Впрочем, достаточно разговоров, судари. Его преподобие Антон Сергеевич уже закончил работу – самое время вернуться обратно к нашим… делам.
Никаких возражений не последовало, и через пару минут мы вышли на дорогу. Дельвиг шагал первым, за ним – Геловани с карабином на плече. Я чуть отстал: сказалась старая привычка напоследок еще раз оглядеться по сторонам… да и вообще прикрывать тылы на случай непредвиденных обстоятельств.
– Подождите, друг мой. – Вольский догнал меня и неуклюже схватил под локоть. – Вы ведь не будете возражать, если я обопрусь на вас? Мне… мне тяжело идти. А уж после того, что мы все только что пережили…
– Как пожелаете, Петр Николаевич, – вздохнул я, чуть замедляя шаг. – Вам нездоровится?
– Нет-нет, я в добром здравии. И в своем уме! – Вольский сердито засопел. – Хоть его сиятельство Виктор Давидович, похоже, и считает иначе.
– Не думаю. И он уж точно ничуть не желал вас обидеть.
– Может, и так. Как бы то ни было – я должен еще раз благодарить вас, друг мой. – Вольский виновато улыбнулся и чуть ослабил хватку на моей руке. – Заступиться за старика, не дать выставить меня выжившим из ума дураком – достойный поступок. И я…
Дальше я почти не слушал – только молча кивал и изредка поддакивал, пока мы не добрались обратно до гостиной, откуда уходили на охоту за лешим. Странно, но в здании как будто стало чуть холоднее, хоть утро уже окончательно сменилось днем. Видимо, дело было в распахнутом настежь окне – от него изрядно сквозило.
 
Но прочее ничуть не изменилось. Все так же поскрипывали половицы под ногами. Все так же возвышались над нами шкафы из темного дерева, все так же поблескивал в полумраке лак на мебели. Все так же пахло слегка отсыревшей бумагой, все так же стояли кресла и диван у растопленного камина. И все так же играли отблески пламени на гладкой столешнице.
Вот только нитсшеста на ней уже не было.
 
Глава 9
 
– Захар!!!
От грозного крика Дельвига вздрогнули не только стекла в окнах, но и, кажется, даже пол. Неудивительно, что денщик явился на зов господина чуть ли не мгновенно: буквально пролетел сначала на веранду, а потом, громыхая ботинками, – в гостиную.
– Звали, ваше преподобие?!
– Да уж конечно звал, – мрачно буркнул Дельвиг. – Сюда кто-нибудь заходил?
– Не было такого… Ну, то есть – только мы с Владимиром Петровичем да гости ваши. – Захар развел руками. – Ну и, может, из караульных кто, мало ли какая нужда была… А что стряслось?
– Ничего. – Геловани шагнул вперед. – А ты видел поблизости чужих? Кого-нибудь из прислуги, местных?..
– Никак нет, ваше сиятельство, не видел. – Захар подобрался, виновато втягивая голову в плечи. – Да и откуда мне было?.. Я ж, как снаружи стрелять начали, – сразу в машину за наганом и бегом к нашим. Считайте, всем взводом лешака этого ловили, да только вы без нас управились.
По всему выходило, что караульные дружно оставили пост, как только в лесу заметили незваного гостя… Впрочем, неудивительно – их послали сюда отстреливать чудищ и охранять его преподобие капеллана, а не дом посреди леса. Да и вряд ли хоть кто-то из бравых вояк мог сообразить, что случится… такое.
А вот Геловани, похоже, думал иначе – поэтому и не стал тратить времени на болтовню и направился к распахнутому окну.
– В таком тумане кто хочешь подойдет. – Его сиятельство уперся ладонями в боковины рамы и выглянул наружу. – Вот здесь и залез наш голубчик.
– Или вылез, – поправил я. – У дома чуть ли не полчаса не было охраны, дверь мы не закрывали. Мог зайти и через веранду… А потом услышал шаги – и в окно.
– Разумно. – Геловани кивнул и тут же, прищурившись, принялся разглядывать лес снаружи. – Значит, вот только удрал, получается… Не видать кого?
Туман уже почти рассеялся, но буквально в полусотне шагов от дома молодые деревья росли так густо, что неведомый злоумышленник мог спрятаться буквально у нас под носом – но, скорее, предпочел удрать подобру-поздорову. Запах я чувствовал, и не один, однако все они запросто могли принадлежать кому угодно – от самого Дельвига до рядовых солдат или какой-нибудь местной прислуги.
Следы… Нет, похоже, здесь тоже тупик. Я прямо отсюда разглядел с полдюжины отпечатков, а спустившись, наверняка нашел бы втрое больше, но все их явно оставили караульные. Прямо под окном не было ничего интересного, да и дальше тоже: хитрый воришка то ли сумел пройти весь двор и махнуть через ограду, не наломав веток и не смяв траву, то ли…
Впрочем, я на его месте свернул бы за угол дома и вышел к дороге: утоптанный и раскатанный колесами телег и автомобилей грунт не сохранит ни следов, ни даже запахов – их с легкостью перебьют бензин и конский навоз.
– Не вижу… Подвиньтесь, судари! – Дельвиг бесцеремонно растолкал нас плечами и свесился за окно чуть ли не по пояс. – Кто бы сюда не забрался – времени удрать у него было предостаточно.
– И все-таки я настоятельно советую отправить людей прочесать лес, – вздохнул Геловани. И чуть тише добавил: – К тому же будет не лишним избавиться от… лишних ушей.
– Надеюсь, ваше сиятельство не имеет в виду меня! – сердито пропыхтел Вольский у меня за спиной. – Кто-нибудь объяснит, что здесь вообще происходит?!