Потенциал Проклинателя (СИ)

А здесь становится всё интереснее. Хотел уйти затемно, но похоже придётся задержаться. Это будет самым верным решением, заодно и сил подкоплю.
Уже ночью я превращаюсь в тень и незаметно пробираюсь в знакомую мне лавочку. Быстро нахожу продавца, некоторое время наблюдаю, как он с довольной рожей считает выручку, да всё в окно поглядывает. Ждёт кого-то? Должно быть меня. Ну, не буду томить его ожиданиями.
Я выхожу из тени и оказываюсь прямо позади толстяка.
— А ты, смотрю, неплохо на рабах поднимаешь, — деньги в его руках и правда крупные.
Продавец чуть ли не подпрыгивает со страху, уронив купюры. Он оборачивается и видит меня, глаза сразу же округлились, а рот начал нервно двигаться, в попытках выдавить из себя хоть слово.
— Я…я всё объясню! — выставив ладони вперёд, сказал мужчина, а сам медленными шагами направляется к выходу. — Я заплачу тебе. У нас много денег! Ты же ради бабок сюда пришел⁈ Так они у тебя будут!
Церемониться с ним я не стал. Предпочтительно было выбрать неподозрительное «естественное» проклятие, и я наложил на сувенирщика гипертермию. Его температура тела резко поднялась до критически высоких уровней. Лавочник рухнул на пол и задергался от боли. Сердце довольно быстро отказало. Вскоре крики стихли, и он замер, лицо застыло искаженной маской.
Я ещё раз осматриваю всю его лавку. Потраченное время нужно же как-то компенсировать. Хватаю мешок, лежащий под стойкой, и начинаю собирать различные хвосты, уши и черепушки. Это всё пригодится мне для зелий. Деньги тоже надо взять, у этого работорговца их много. Не пропадать же добру.
Набив мешок доверху, я решаю заглянуть в кладовку. Там меня ждала неожиданная находка — нефритовая статуэтка. А вот это, пожалуй, самое ценное, что здесь есть. Ведь фигурка прямиком из Бездны. Внутри нефрита ощущается знакомая энергопульсация. Я раскалываю её о край стола и извлекаю содержимое. Внутри оказалось маленькая щепотка Чёрной соли. Вот это находка! Проклинатель может с ней такое сотворить, что мало не покажется. Простор для возможностей теперь грандиозный, пускай и ограниченный в количестве использования.
Я собирался уже покинуть лавку, да вот только обнаружил ещё кое-что. На подходе к кладовой лежит ковёр, старый такой и ничем не примечательный, но это лишь с первого взгляда. Я прошёлся по нему ровно два раза, но этого хватило, чтобы ощутить, как шатается потайная дверь в полу.
Я отодвигаю ногой ковёр в сторону и лишь убеждаюсь в своей правоте. Что ж, теперь понятно для чего лишний выключатель в кладовой. Посмотрим, что лавочник так пытается скрыть.
Сначала нажимаю на выключатель, свет в подвале загорается. Невесомая дверь легко поддается и поднимается. Можно и не спускаться, даже отсюда всё видно. Пол возле лестницы заставлен коробками со всяким хламом, а в центре подвала я замечаю двух усыплённых парней со связанными руками. А вот и прошлые жертвы лавочника.
  
Глава 13
 
Спустившись в подвал, я осматриваю двух здоровяков. С ними всё в порядке, единственное, что за рамками нормы, так это лошадиная доза снотворного. Похоже, они тоже шли на охоту, но в итоге наткнулись на лавочника, а что было дальше, и так понятно. Да уж, тяжела участь здешних охотников. Либо однажды станешь жертвой твари, либо попадёшься в сети вот такого лавочника-мерзавца. Я бы тоже мог оказаться на их месте, хотя нет, не мог. У посланных головорезов кишка была тонка, чтобы одолеть бывшего Архимага Ордена Проклинателей.
Я даже не стал пытаться их разбудить обычным способом. Всё равно не сработает, даже если ведро холодной воды вылью на их головы. Да и зачем это, если у меня есть свой эффективный метод.
Желая нейтрализовать действие снотворного, я использую на обоих пленников проклятие бессонницы. Вуаля! Оба открывают глаза, примерно с полминуты ворочаются, а как приходят в себя, так сразу же подпрыгивают на ноги.
— Мы где вообще? — спрашивает первый, осматриваясь в подвале.
— Это тебя нужно спросить, я вообще ничего не помню! — отвечает другой. — Ещё и голова жутко раскалывается.
 
— Помню заброшенный завод, — напряг извилины первый. — А потом на нас напали. Чёрт!
Верёвки, которыми лавочник связал им руки, парни с лёгкостью рвут. Ага, так они физики, теперь понятно. За одарённых рабов платят очень приличные деньги. Стою у лестницы и наблюдаю за ними. Два здоровяка ещё некоторое время разговаривают, всё пытаются вспомнить, что всё-таки произошло. И вот охотники наконец-то поворачиваются и видят меня. Их лица моментально звереют.
Так что вместо благодарностей в меня сначала полетели тяжёлые сундуки с всякими сувенирами, а затем очередь дошла и до более внушительных вещей. Здоровяк смотрит на меня, скалится как волчара и поднимает шкаф. Я сразу же накидываю на него проклятие боли в спине. Теперь тяжести таскать не сможет. В ту же секунду он с громким стоном роняет громадину на пол и загибается от боли. Не думал, что до этого дойдёт, но сами виноваты. Дикие они какие-то. Помогай после этого людям.
Воспользовавшись тем, что я переключился на его дружка, второй физик быстро сокращает дистанцию между нами и с горящими глазами замахивается кулаком. Ха! Ну, ладно. Я превращаюсь в тень, и рука здоровяка сталкивается с кирпичной стеной. Всё происходит меньше, чем за секунду. Он даже ничего не успел понять.
— Твою мать! Что за фокусы⁈ — выкрикнул он от боли, затем обернулся и увидел меня в другом конце подвала. — Как ты…
Вот почему физики всегда прут, словно танки? Не всё же можно решить грубой силой. Им всегда недостаёт дипломатии. А мне приходится прививать им это упущенное воспитание.
Так бы он и продолжил со мной драться, если бы не подоспело несварение желудка. Физик застыл в центре подвала, схватившись за живот. Смотрит на меня злобно, а сам даже шаг сделать боится. Оно и правильно, оконфузится ещё. Сейчас их тела всё ещё ослаблены ядом, поэтому проклятия действуют очень эффективно.
— Вы зачем, обалдуи, накинулись-то? — смотрю сначала на одного, потом на второго.
— Издеваешься⁈ Кто первый начал⁈ — сквозь боль выдал здоровяк с больной спиной. — На веревки глянь!
— Я спасаю вас, придурки. Меня и самого хотели вырубить и к вам закинуть.
— Правда? — удивился собеседник. — Но кто?
— Лавочник и его банда головорезов.
— Лавочник… — тихо повторил мужчина. — Так это он физиков к нам послал?
Я лениво кивнул.
— Прости тогда, прости! Пощади, я больше так не могу! — взмолился здоровяк с несварением. Уже и первые звуки пошли. — Пожалуйста!
Бездна их побери! Теперь ещё энергию тратить на поглощение проклятий. Надо бы и им ключи сделать. Раньше в этом не было никакой необходимости, ведь я проклинал только тех, кто мне не нравился. Но если я сейчас не выручу этого терепельщика, скоро здесь будет не продохнуть.
Я отзываю проклятия, и два здоровяка с облегчением выдыхают, чувствуя, как болезни покидают их тела.
— Да будь лавочник трижды проклят! — чуть ли не хором выкрикнули охотники, злобно глядя в пустоту.
— Не трижды, но уже проклят, — поднимаясь по лестнице, спокойно отвечаю им.
— Вот и доверяй после этого фанатикам… — бросил один из физиков, потрясая головой.
— Думаете, он так поступил, потому что он фанатик? За забором хватает работорговцев. Разве нет? Его погубили жестокость и любовь к шальным деньгам, — отвечаю одарённому, подбирая мешок с трофеями. — А ещё — неумение выбирать себе врагов.
Одарённых не так много, и их ценность на чёрном рынке неоспорима. В некоторых местах они и вовсе отсутствуют. Понятное дело, что, условно говоря, где-нибудь в Китае мечтают нанять физика на стройку или другую тяжёлую работу. И будет ещё лучше, если ему не нужно платить. Так что да, подобные похищения — не такая уж и большая редкость.
Ладно, дела в этой деревне закончены, пора возвращаться. Я переступаю через тело проклятого работорговца и хлопаю дверью сувенирной лавки.
Дорога назад заняла у меня несколько часов. Такси я вызвал сразу же, как преодолел забор. Жаль опять возвращаюсь без твари, но зато хорошенько обогатился в лавке работорговца, да и про деньги с продажи зверей забывать не стоит. Так что эту вылазку я смело могу назвать удачной.