Сломанная (СИ)

— Ну, я не совсем дурак, понимаю, что полный отвал башки вам не нужен. Значит, так… Есть идейка. Куда, говоришь, ты её собрался завтра везти?
— В конный клуб.
— Ага. Отлично. Значит, так…
  
69
 
Соня
Честно говоря, Соня ожидала, что после того, как она придёт домой из салона, Юра не выдержит. Была ли она к этому готова? Соня не знала, но скорее нет, чем да. Ей всё ещё было сложно представлять себя с кем-то кроме мужа. Даже с Юрой. И разрывало от противоречий — с одной стороны, хотелось близости, но с другой — было страшновато. Поэтому, когда Юра спокойно отпустил её в ванную, а потом и в спальню, никак не показав, что хотел бы присоединиться — только в щёку поцеловал, — Соня втайне вздохнула с облегчением.
А на следующий день Юра с утра куда-то её потащил, не сказав куда. Только поинтересовался:
— Ты мне доверяешь?
И Соня, сама не понимая почему, тут же ответила:
— Да, конечно.
— Значит, будет сюрприз, — расцвёл в улыбке Юра. — Гарантирую, тебе понравится. Нет на земле людей, которым не понравилось бы! Не существует.
— Да ладно?
— Точно тебе говорю!
И спустя час, когда они с Юрой наконец добрались до загородного конного клуба, Соня была вынуждена признать, что парень прав. Нет на земле людей, которым не нравились бы лошади, кого не восхищала бы их красота и грация, кто не хотел бы погладить, покормить, а может, даже и покататься…
— Конечно, покатаемся, — засмеялся Юра робкому предложению Сони. — Что же я только посмотреть на лошадей тебя притащил, что ли? Не-ет, я пробный урок нам заказал. Если понравится, можно будет постоянный абонемент оформить. Правда, я не уверен, что смогу с тобой ходить. Если только после репетиций…
Спрашивать было неловко, но всё же Соня осторожно поинтересовалась:
— Ну, у тебя с деньгами-то как? Ты же без работы. Ещё и мне заплатил вперёд на три месяца… Кстати, я хочу вернуть.
— Не надо возвращать, Сонь. Там не настолько большая сумма, чтобы переживать. Лучше потрать на себя. А я разберусь. Через неделю работать начну, потом ещё с «Мандаринами» выступать — и казна пополнится.
— Там же копейки, Юр.
— Ну так и я не арабский шейх, у меня расходов-то нет особых. Я даже от съёмной квартиры отказался, через две недели надо будет освободить.
— О, так тебе опять вещи нужно перетаскивать? Или там уже ничего не осталось?
— Осталось, немного, но осталось. Съезжу через пару дней. Со мной хочешь?
— Конечно, — кивнула девушка, и Юра улыбнулся.
Лошадь, которую привели для Сони на пробный урок, оказалась меланхоличной особой и спокойно ходила по загону, пока девушка училась держаться в седле. Юра ехал рядом, но ему помощь инструктора была не нужна — как выяснилось, они с отцом много раз бывали в таких клубах и сидеть на лошади парень умел. Но, как он выразился, «без изысков».
Занятия проходили на открытом воздухе, поэтому оказались особенно приятными — Соня была уверена, что в помещении не получила бы такого удовольствия. Но тут, когда в небе светило яркое солнце, в лицо дул приятный ветерок, а под копытами лошади сминалась самая настоящая зелёная трава, удержаться от радости было невозможно. И Соня невольно даже начала поглядывать на полосу препятствий в другом конце загона — так ей стало интересно, что чувствуешь, когда лошадь не просто медленно идёт, а быстро скачет и потом прыгает, преодолевая снаряд. Наверное, сердце в груди замирает.
В итоге Соня всё-таки не выдержала и сразу после пробного урока взяла себе абонемент на четыре занятия в месяц, по воскресеньям.
— Маркетинг, — смеялся Юра, глядя на то, как сияющая от энтузиазма Соня заполняет договор, — это наука!
— И не говори…
Но, когда договор был заполнен и они вышли из здания клуба, чтобы отправиться на автобусную остановку, а затем пересесть на электричку, парень вдруг сказал:
— Вообще это ещё не все сюрпризы на сегодня, Сонь. Сразу говорю: если не захочешь, настаивать не стану. Но вдруг захочешь. Пойдём, тут недалеко стоянка для машин, нам туда.
 
— Сюрприз на стоянке для машин? — пошутила Соня, но на её удивление Юра вполне серьёзно ответил:
— Ага.
Пять здоровенных бородатых мужиков на не менее здоровенных мотоциклах Соня заметила сразу — трудно не заметить подобный колорит. А, нет, шесть. Просто шестой был без бороды. Но со всеми остальными атрибутами. И именно этот шестой с интересом посмотрел на Соню, разглядывая её буквально с ног до головы, а потом неожиданно поздоровался с Юрой:
— Привет, Алмаз!
— Привет, Паш, — кивнул Юра, пока Соня силилась понять, связаны ли эти бородатые мужики на мотоциклах с его сюрпризом или не связаны. — Сонь, это мой знакомый, Паша Гуров. Мы с ним раньше в одной группе играли.
— Салют, — парень помахал рукой в воздухе, блеснув белозубой улыбкой. Он был симпатичным, если не сказать красивым — темноглазый брюнет с чуть смуглой кожей, высокий и мускулистый, — только в нём, в отличие от Юры, отчего-то ощущалось нечто порочное. Как будто он совсем недавно вылез из постели, где находился с двумя девицами, покуривая что-нибудь незаконное и попивая что-нибудь очень дорогое. — А это уже, в свою очередь, мои друзья, дорогая Соня. Справа налево — Бык, Рюрик, Варвар, Скиф и Медведь.
Она оглядела улыбающихся мужиков, каждый из которых, когда называли его имя, кивал, и не смогла не поинтересоваться:
— А у тебя прозвище есть?
— Есть у него прозвище, — пробасил тот, которого звали Варвар. Борода и волосы у него были длиннее, чем у остальных. — Доллар. Потому что денег до**я.
Все громко захохотали, особенно Гуров. Соня тоже засмеялась — слишком уж заразительным был этот хохот. И только когда он начал стихать, она вдруг сообразила…
— Юр, — кашлянула Соня, оборачиваясь к парню. — Ты что, хочешь, чтобы я на мотоцикле поехала?.. Я не умею!
— Да тут и уметь нечего, красавица, — фыркнул позади кто-то из байкеров. — Садишься сзади, шлем напяливаешь и едешь. За полчаса домчим.
— Сонь, я ведь говорил уже, — по-доброму улыбнулся Юра и взял девушку за руку. — Захочешь — поедешь. Не захочешь — пойдём на автобус и электричку. Я не настаиваю. Кстати, если поедешь, то надо ещё выбрать с кем. Ну, кто тебе кажется наиболее симпатичным и вызывающим доверие…
Вновь раздался громовой хохот, и Соня неожиданно почувствовала, что не сможет отказаться. Вот только хотелось уточнить…
— Ты ведь говорил, что не любишь экстрим?
— Не люблю. Но я, знаешь, и уколы не люблю, но иногда надо.
— Сейчас надо?
— Если ты захочешь, то да.
— А сам ты с кем поедешь?
— Со мной он поедет, конечно, — хохотнул сзади Гуров по прозвищу Доллар. — Алмаз на сегодня объявляется моей любимой женой.
И вновь даже не хохот — ржач.
— Я когда-нибудь тебе вмажу, Паш, — почти серьёзно заметил Юра, бросив быстрый взгляд на Гурова поверх Сониной головы. — Дохохмишься.
— Да били его уже, — сказал кто-то из байкеров. — Но толку ноль, так что не трать время. Ну что, красавица, ты решила?
Соня вздохнула, посмотрела на напряжённого Юру, улыбнулась ему и кивнула:
— Ага. Решила.
  
70
 
Юра
Когда Соня сказала, что поедет, но ей всё равно с кем и пусть сами выбирают, Юра одновременно испытал два противоречивых чувства. Радость, что она решилась, и страх за неё. Вдруг что-нибудь пойдёт не так? Всё-таки мотоцикл — опасное средство передвижения.
— Не ссы, Алмаз, — негромко сказал Гуров, пока остальные ребята из его байкерского клуба выясняли, с кем поедет Соня, при помощи «камень-ножницы-бумага». — Никто не станет рисковать. Всё будет в порядке.
— Надеюсь… — пробормотал парень, и через минуту все начали рассаживаться по мотоциклам. Проводив обеспокоенным взглядом Соню, которая, несмотря на всю свою браваду, выглядела слегка испуганной, садясь на байк к мужику по прозвищу Варвар, Юра надел на голову шлем.