Сломанная (СИ)

— Не надо, я его не люблю. Полоскание для горла возьми обязательно, ладно? И чаю, а то у меня заварка заканчивается, а пакетики я не люблю. Я тебе сейчас перечислю деньги… — бормотала Соня, покачиваясь. Юра подошёл к ней ближе и коснулся ладонью лба.
Он горел.
— А градусник у тебя есть?
— Да был где-то…
— Ясно. Значит, ещё градусник надо.
— Нет, я найду!
— Иди лучше в постель, — хмыкнул Юра и, приобняв Соню, повёл её в сторону гостиной. — Искательница. Не до того сейчас. Да и градусники всё равно лишними не бывают.
Соня вздохнула и, кашлянув, повторила:
— Я тебе деньги переведу.
— Не надо. Не думай об этом. Потом отдашь, если захочешь, а пока просто лежи и выздоравливай. Ты отгул-то взяла?
— Я предупредила, — прохрипела девушка. — Но завтра придётся врача вызвать, если легче не станет. У нас без больничного максимум три дня можно…
Юра не стал возмущаться, что три дня — это явно маловато и лучше сразу рассчитывать на врача, а не надеяться на то, что за ночь станет легче. Но он промолчал — просто упрямо подумал о том, что не отпустит Соню ни на какую работу, даже если ей очень туда захочется.
Оставив девушку в её комнате, Юра обулся и побежал в аптеку.
  
38
 
Соня
На самом деле Соня простужалась регулярно. Причиной, скорее всего, был до ужаса ослабленный иммунитет. Откуда взяться сильному, если она совсем не отдыхала? Витамины принимала и спать ложилась вовремя, чтобы на работе не свалиться от усталости, но это всё ерунда. Соня понимала, что Юра прав — отдохнуть бы ей… Но ведь отдых — это свободное время, а свободное время означало неизбежные мысли о тех, кого она потеряла. Эти мысли неминуемо приводили к отчаянию, а отчаяние вело к опасным настроениям, с которыми было тяжело бороться. Соня не хотела вновь пить более сильные таблетки — ей только недавно поменяли терапию, и возвращаться к прежнему варианту, когда она самой себе больше напоминала варёный овощ, чем человека, Соня не желала.
Однако утром, когда Юра предложил ей отдохнуть в пятницу, она вдруг подумала, что с ним можно попробовать это сделать. Юра хорошо умел отвлекать, в его присутствии Соню ни разу не накрывало тоской. А порой он даже немного словно смешил её…
Но все планы девушки полетели в никуда, когда она почувствовала недомогание. Это случилось ещё днём, во время уборки в квартире постоянной Сониной клиентки, которая обращалась в их фирму с условием, чтобы убиралась именно Соня. И даже приплачивала ей потом, хотя, казалось бы, не за что — квартира была не самая грязная. Требовалось только помыть полы, протереть везде пыль и вычистить кухню с туалетом. Совсем не сложно, но Соне с трудом удалось выдержать рабочий день — настолько было плохо. Сама хозяйка квартиры ужаснулась, когда пришла домой и обнаружила красную и взмокшую Соню домывающей туалет.
— Домой иди, домой! — воскликнула она и замахала на неё руками. — Ты что, с ума сошла, работать в таком состоянии!
— Я ещё не доделала, — попыталась возразить Соня, но хозяйка не впечатлилась.
— Потом доделаешь! Давай, иди! Ты же еле на ногах держишься! А ещё ты, может, заразная, и я сейчас тоже заболею!
Этот аргумент был страшнее динамита, и Соня действительно поспешила ретироваться. По пути домой предупредила начальницу, что заболела и завтра прийти на работу не сможет, получила наставление обязательно вызвать врача и едва не уснула в автобусе.
Уже возле подъезда своего дома Соня вспомнила про Юру и подумала, что будет нехорошо заражать его своей простудой, ну или что там к ней прилипло. Поэтому, как только вошла в квартиру, сразу попросила Юру уехать.
Почему-то Соня совсем не ожидала, что он откажется. И что решит сходить в аптеку, про которую она по пути домой совершенно забыла, — тоже.
Вообще это оказался первый день за почти неделю их общения, когда Соня, наоборот, ощутила себя маленькой девочкой, а Юру — взрослым и сильным мужчиной, который может её спасти и защитить.
И ей неожиданно понравилось это ощущение. Правда, Соня списала свои чувства на высокую температуру и общую неадекватность.
   
39
 
Юра
Когда он вернулся из аптеки и заглянул в комнату Сони, оказалось, что девушка уже спит. Юра подошёл ближе, потрогал Сонин лоб — тот был горячий, но не потный, а сухой. Плохо. И сопела она нехорошо — нос явно заложен.
Парень вернулся на кухню, развёл в чашке средство от температуры, добавил туда мёд и малиновое варенье. Поставил чашку на поднос, туда же водрузил капли для носа, микстуру от кашля и пастилки для горла, положил ложку и понёс всё это в комнату Сони.
С трудом растолкав спящую девушку, Юра заставил её принять все лекарства, в том числе закапать в нос, а потом ушёл к себе.
Ночью он пару раз заглядывал к Соне в комнату, проверял, всё ли в порядке. Соня не просыпалась, но ворочалась и кашляла. А ещё она сильно вспотела — мокрым оказался не только лоб, взмокли даже щёки и шея. Поэтому утром, приготовив незамысловатый завтрак в виде омлета с бутербродом и чаем, Юра принёс его в комнату девушки и, как только Соня открыла глаза, твёрдо и безапелляционно заявил:
— Вызывай врача. Ты сильно заболела, за пару дней не выкарабкаешься. Надо нормально дома побыть, полечиться. Кроме того, тебе, может, антибиотики нужны.
— Вряд ли, это обычная простуда.
— О, это ты моему папе расскажи, — хмыкнул Юра, садясь на кровать рядом с Соней, и поставил на одеяло поднос с завтраком. — Он чуть заболевает — и сразу пьёт антибиотики, чтобы побыстрее выздороветь и выйти на работу. Три дня — и как огурчик. Оксана так редко делает, поэтому мучается неделями. Они оба, бывает, от близнецов заражаются, те из детского сада что только уже не приносили. Я ещё и поэтому решил переехать — надоело болеть…
Юра чуть не прикусил себе язык. Болтун — находка для шпиона! Какие выводы из этой его речи сейчас может сделать Соня? Ну конечно, что ему есть куда уехать! Раз он какое-то время жил в одной квартире с отцом, Оксаной и близнецами.
Но Соня ничего не спросила. Она приподнялась на кровати, запустила ладонь во всклокоченные волосы и, надсадно кашлянув, произнесла:
— Мне бы умыться сначала… А то я на чушку похожа…
— Ничего подобного. Ты похожа на больного человека, а вовсе не на чушку, — произнёс Юра наставительно и улыбнулся. Соня уставилась на эту его улыбку, не моргая — словно замерла. — Но умыться и правда нужно.
Он переставил поднос на стул и протянул Соне руку.
— Давай, я помогу тебе дойти до ванной.
— Я сама дойду, — возразила девушка, наконец отмерев. И Юре показалось, что она смутилась. — У меня температура, кашель и насморк, но ноги-то не отнялись. А потом приду завтракать на кухню.
— Хорошо, на кухню так на кухню. Но сначала врача вызови. Иначе я тебе завтрак не отдам.
И вновь Юре почудилось, что уголки губ у Сони приподнялись, будто она хотела улыбнуться, но что-то ей мешало.
— Ладно, вызову.
Чуть позже Соня действительно сделала всё так, как просил Юра, — и вызвала врача из поликлиники, и съела завтрак, и выпила лекарства, и прополоскала горло. Она была на удивление покладистой пациенткой, о чём он ей тут же сообщил, вновь вызвав на её лице преддверие улыбки.
Врач должен был прийти вечером, поэтому сразу после завтрака и всех процедур Соня вновь легла спать, а Юра включил ноутбук и обнаружил, что его приглашают на собеседование по той вакансии, на которую он откликнулся накануне, — нужно было позвонить в отдел кадров и договориться о дне и времени. Поколебавшись, Юра сделал это и договорился на первую половину четверга, надеясь, что к этому времени Соне станет легче и он сможет спокойно уйти из дома, не беспокоясь о ней.
  
40
 
Юра
Через час бесцельного путешествия по различным сайтам с вакансиями Юра неожиданно подумал — а что, собственно, есть у них с Соней на обед? И выяснилось, что готового — ничего. Продукты были, но из всех нужно было что-то кашеварить. Можно было, конечно, сварить сосиски с макаронами, как два дня назад, но кормить такой едой больного человека не казалось Юре хорошей идеей.