Сломанная (СИ)

Господи, и что на него нашло? Юра сам на себя удивлялся. Что за дикий импульсивный поступок, больше свойственный Насте, чем ему? Неужели это расставание с ней так подействовало, что он начал делать глупости и тупить, почти как сестра Маша в подростковом возрасте? Она тоже вечно страдала какой-то абсолютной хернёй, Юра вообще не понимал, как до такого можно было додуматься. Всё давно ушло в прошлое и возвращалось только после встреч Маши с матерью, в остальное время сестра была нормальной. Но для этого ей пришлось пару лет походить к психологу.
Юре, видимо, тоже теперь придётся обратиться к мозгоправу. Парень даже усмехнулся, представляя, как рассказывает, что залез на ограждение, отделяющее пешеходную часть моста от городской вонючей речки. Интересно, что в таких случаях советуют психологи? Или это уже тянет на психиатра? Может, это какое-то отклонение? Склонность к суициду… Хотя ни о чём подобном Юра не думал, садясь на перила, но мало ли? Может, в глубине души, подсознательно, и думал. Иначе откуда взялась эта странная самоубийственная идея? Не из воздуха или дождя ведь?
Да, именно так, скорее всего, и рассуждают психологи. Или психиатры. Если что-то пришло в голову, значит, оно зародилось именно в твоей голове и по какой-то причине. Юра психологом не являлся — он закончил журфак — и поэтому не мог определить, по какой причине вдруг захотел рискнуть жизнью. Глупо, надо слезать и идти в метро, а потом домой…
Но слезть с заграждения Юра не успел.
— Прыгай быстрее, а то здесь очередь, — раздался позади спокойный женский голос, и Юра замер, вцепившись слегка замёрзшими пальцами в перила. Дождь разыгрался не на шутку, и на этом открытом мосту, ещё и в давно вымокшей насквозь одежде, было уже слишком холодно. Юра чувствовал, что пройдёт пара минут — и он начнёт стучать зубами. Это если не свалится в воду из-за собственной глупости.
Понять, что имела в виду незнакомка, говоря про очередь, было несложно. Писать какие-либо тексты на заказ гораздо сложнее — там надо хотя бы думать. А тут и так всё ясно. Что ещё могла решить случайная прохожая, увидев Юру в подобной позе? Что он хочет сделать селфи? Погода неподходящая. А вот для того, чтобы свести счёты с жизнью, — вполне.
Ёлки-моталки, до чего он докатился, а? Если бы отец узнал, не посмотрел бы, что Юре уже стукнуло двадцать три, вспомнил бы про ремень.
— Ну, и чего ты застыл? — продолжала незнакомка так же спокойно. Голос у неё был приятный, очень женственный и глубокий, красивый до безумия. У Юры даже спина зачесалась — так захотелось срочно повернуться и посмотреть на обладательницу такого потрясающего тембра. Быть может, она поёт? Хотя и не обязательно — Настя вот отлично пела, а во время разговора ничего выдающегося не демонстрировала. Если только прекрасную дикцию. — Давай, либо прыгай скорее, либо место освобождай.
Юра неожиданно развеселился. А что, действительно ведь забавно — его приняли за замешкавшегося самоубийцу… Нелепость! Но, может, стоит подыграть? Тем более что оправдаться вряд ли удастся — будь он на месте этой случайной прохожей, тоже не поверил бы в нелепые отмазы в стиле: «я не хотел, оно само так получилось».
— Знаешь анекдот про лося и рельсы? — усмехнулся Юра и всё-таки клацнул зубами. — Вот ты мне второго лося сейчас напоминаешь.
— Нет, не знаю, — ответила девушка. — Но ты можешь мне рассказать. Если слезешь, конечно.
— А если не слезу, что ты сделаешь? — Ему и правда было интересно. Не будет же она его за шкирку хватать? Мокро, скользко. Можно ведь и вдвоём сверзиться. Кстати, действительно хорошо, что незнакомка начала с разговора, а не попыталась схватить. Иначе Юра и вправду мог бы свалиться с моста в реку, вовсе не желая этого. Просто от испуга и неожиданности.
— Ничего не сделаю, — всё тот же невозмутимый тон. — Вызову полицию если только, и пусть они сами с тобой разбираются.
— Логично…
Юра вздохнул и попытался пошевелить ладонями. Чёрт, а ведь действительно — будто примёрз к этим перилам… Залезать сюда точно было легче, чем сейчас пытаться слезть. И что делать?
 
— Давай помогу, — произнесли сзади, а затем Юра ощутил, как его крепко обняли за талию тонкие и горячие женские руки. Сразу стало страшно, аж в глазах помутнело, — а вдруг и её утянет за собой вниз, в воду?..
Надо скорее слезать! И аккуратнее!
Вцепившись в перила, как утопающий в спасательный круг, Юра таки перебросил ту ногу, что провела пять минут зависнув над пропастью, на другую сторону заграждения и соскочил на землю.
Чужие руки сразу же разжались, и незнакомка сделала шаг в сторону, отходя подальше от Юры и позволяя ему рассмотреть себя.
Хотя… нет, рассмотреть было сложно. Дождь по-прежнему хлестал стеной, Юра давно промок, и по лбу потоком текла вода, склеивая ресницы и заливаясь в глаза. И видел он сейчас окружающее, в том числе стоящую перед ним в двух шагах девушку, словно через мутное и грязное стекло — только в общих очертаниях.
Она была невысокой, почти как Оксана, вторая жена его отца. Но не настолько худенькая, полнее, если судить по пышной груди, обтянутой тканью непромокаемой тёмно-синей куртки с капюшоном. Волос видно не было, поэтому, блондинка перед ним или брюнетка, Юра не знал. Да и черты лица почти не мог рассмотреть — но вроде бы симпатичная…
— Как тебя зовут? — спросил он, поднимая ладонь и пытаясь стереть с лица хотя бы часть воды. Бесполезно, она была уже повсюду, и ещё новая прибывала постоянно. Прямо над мостом висела огромная серо-синяя туча, и просветов на горизонте не наблюдалось.
— Соня, — ответила девушка кратко и зябко повела плечами.
— А меня Юра, — сказал он и сипло закашлялся — холод, кажется, умудрился пробраться до самых костей.
— Тебе далеко до дома? — поинтересовалась Соня, когда Юра откашлялся.
До дома было недалеко — полчаса, не дольше. Но Юра зачем-то соврал:
— Да, далече.
— Тогда пойдём, — она кивнула, развернулась и быстро зашагала прочь, даже не оглядываясь — словно не сомневалась, что он пойдёт за ней как привязанный.
  
3
 
Юра 
Пока они под проливным дождём спускались с моста и шли к одному из ближайших домов, Юра в полной мере ощутил, насколько продрог, и не мог не ругать себя. Никогда ему не были свойственны идиотские поступки, а тут он меньше чем за полчаса умудрился перевыполнить план на долгие годы вперёд. И промок, причём специально оставшись под дождём — знал ведь, что будет гроза! — и замёрз, а ещё чуть не свалился в реку с моста. Страйк! Кому рассказать — не поверят, скажут: прикалываешься, не мог ты такую фигню творить. Настя точно не поверила бы.
Настя… Удивительно, но всё случившееся словно вылечило Юру от чувств к этой девушке. А ведь он был влюблён в неё целых шесть лет — с тех пор, как стал играть с Настей в одной музыкальной группе. Целенаправленно добивался её расположения, мечтал о ней, был не против даже семью создать, но Настя противилась — говорила, что сначала лучше купить квартиру. Она на неё тоже откладывала. Или говорила, что откладывает. Теперь уже Юре казалось, что Настя ему врала, а на самом деле…
А на самом деле она, скорее всего, была из той же породы женщин, что и его мать. Для матери на первом месте всегда был финансовый комфорт, а потом уже всё остальное. И Настя встречалась с Юрой, пока у неё не было более выгодных вариантов — у Пашки была другая девушка. А как только он расстался со своей зазнобой, быстро подсуетилась. Юра отчего-то не сомневался, что всё было именно так. Хотя ещё пару часов назад он и предположить не мог, что будет подобным образом думать про Настю.
Но его розовые очки разбились и, как обычно случается, сделали это стёклами внутрь.
Юра передёрнул плечами и посмотрел на Соню, что шагала чуть впереди него. Точнее, на её ягодицы, обтянутые джинсами. Девушка, как и он, шла без зонта, поэтому ткань слегка намокла, обтянув соблазнительные округлости ещё сильнее — хотя и без этого там было на что посмотреть. Очень аппетитно, просто обалденно. Теперь Юра убедился окончательно, что худой его новая знакомая не была — впрочем, толстой тоже. Соня была пухленькой, что называется — «в теле». И Юра поймал себя на мысли, что ему до ужаса хочется сжать её ягодицы ладонями, а может, и похлопать по ним. И желательно без дурацких джинсов. И без трусов.