Аномальный Наследник. Претендент
Элиан Тарс
Аномальный Наследник. Претендент
Глава 1
День зимнего солнцестояния – весьма почитаемый праздник. Древний родовой праздник, завершающую часть которого принято отмечать со своим родом.
Но наша семья мало общается с родственниками, да и родственников этих у нас не особо много, так что встречали в полночь наступление нового солнечного цикла мы впятером. Четверо Сидоровых и Вадим, который как будто бы уже стал членом нашей семьи. Вот только непонятно в какой роли.
Мы расселись за праздничным столом, любовно накрытым тётей Мари, и смотрели по телевизору обращение императора к жителям Российской империи в прямом эфире. И зрелище это было весьма любопытное.
На экране я видел молодого черноволосого мужчину, голову которого венчала корона с золотыми зубцами, символизирующая опоясывающую империю стену, неприступную для врагов.
Император был облачён в роскошную мантию, подбитую мехом горностая. На одном плече мантии висела золотая бычья голова – символ бога Велеса, на другом – деревянное солнце Даждьбога, в руках же мужчина держал дубовый посох – атрибут бога Рода. На плечах императора, поверх меховой мантии, лежала массивная золотая цепь с поблёскивающими на ней золотыми символами разных богов и верований. Притом не только исконных славянских, но и других, более-менее распространённых. Регалии императора демонстрируют, что он управляет всеми людьми на своих землях, независимо от их вероисповедания или национальности.
Голос императора звучал из динамиков телевизора громко и уверенно. Когда камера показывала собравшихся на Кремлёвской площади людей, я видел благоговение в их глазах. Но…
Лично я не проникся праздничной речью Игоря Ивановича Рюриковича. И тому было несколько причин. Во-первых, я смотрел выступление по телевизору, во-вторых, у меня мощный блок от чужого влияния в виде Родовой Ауры Александритов, а в-третьих…
Мне сложно воспринимать марионетку Годуновых всерьёз. Для местных император – это символ высшей власти империи. Его власть абсолютна, а его фигура сакральна. Ему незачем заниматься мирскими делами, ими занимается Канцлер. В этой стране много верующих, причём большинство верит в древних славянских богов, и для них император – это потомок бога Рода. Согласно древней легенде, основатель династии Рюриковичей был сыном Рода и смертной женщины.
Но, по большей части, мне от этих легенд ни горячо ни холодно. По крайней мере, до тех пор, пока император и его род выполняют роль красивой ширмы, и ни на какие серьёзные решения в империи не влияют.
Хотя я допускаю, что как раз эта картина может быть обманкой, и на самом деле империей правят как раз Рюриковичи, прикрываясь Годуновыми… Но верится в такое положение дел с трудом.
Уж слишком сильно веет мощью от Канцлера. Мне сложно представить марионеткой его.
После семейного ужина, когда стрелки часов перевалили давно за полночь и наступил календарный вторник, мы с Вадимом отправились на важную встречу. Наставник пребывал в прекрасном расположении духа. Форкх меня дери, этот человек радуется моим выигрышам едва ли не больше, чем я сам.
– Тридцать пять миллионов! Тридцать пять миллионов! – как заведённый повторял он, сидя за рулём автомобиля. Деньги на счёт Вадима уже перевели, разумеется, вычтя налог в пользу императорской казны.
– Что, думаешь, мы сказочно богаты? – усмехнулся я, наслаждаясь его весельем.
– Конечно, господин! – возмутился он. – Полагаю, не каждый дворянский род располагает такими средствами!
– Возможно, – не стал спорить я.
Несмотря на позднее время, на улице было оживлённо. На дорогах сновали машины, а на тротуарах весёлые компании людей.
Спустя двадцать минут я сидел в одной из вип-лож моего клуба. Из персонала в праздничную ночь тут дежурили трое охранников, а повар Анатолий с женой Глашей и дочерью Асей жили прямо здесь же, в соседних от клуба помещениях. Так было заведено ещё до того, как это здание приобрели Морозовы. Собственно, Анатолий и управлял баром «Белка» раньше. Ну а когда началась реконструкция, всю семейку бывшего «управляющего» отправили на курсы поваров.
Хотя, справедливости ради, Толик с Глашей и сами неплохо готовили. Мы рассматривали и такой вариант: пригласить специального шеф-повара, а семейку оставить ему в помощники. Но после курсов решили сначала дать Анатолию шанс показать себя и поставили его временным шефом.
Ася – дочь теперь уже шеф-повара, в прошлом хамоватая официантка «Белки», лучезарно улыбаясь, поставила на стол передо мной две кружки пива и тарелки с закусками. Девушка за последние пару месяцев научилась вести себя с гостями и скинула несколько сантиметров в талии, отчего её формы стали казаться очень аппетитными. Самое то для должности барменши нашего клуба.
Через несколько секунд, как Ася оставила меня одного, в проходе рядом с ложей послышался шум. Я поднялся на ноги и спустя семь секунд увидел Арвина в чёрной куртке и джинсах. Застыв на пороге ложи, он разглядывал меня с хитрой ухмылкой на лице.
– Да не стой ты столбом, – усмехнулся я и с жаром пожал ему руку. А затем крепко обнял. Я был безмерно рад, что Арвин оказался жив и сейчас вновь стоит передо мной, хоть и выглядит теперь по-другому.
– Аск… – пробормотал он. – Форкх тебя… Как же я счастлив, что не один оказался в этой дыре!
– Ну-ну, – усмехнулся я, – не плачь, малыш. Эта планетка не такая уж и захудалая.
– За малыша ответишь, – Арвин отстранился и с вызовом посмотрел мне в глаза.
Как по команде мы оба расхохотались.
– Садись, выпьем, – просмеявшись, я кивком указал на стол. И когда мы плюхнулись на красный бархатный диван, я коротко произнёс: – За встречу.
Арвин на секунду застыл. Я видел по его глазам, как много значит это слово для моего друга.
Впрочем, как и для меня.
Раздался звон пол-литровых кружек, и мы сделали по глотку янтарного напитка.
– Форкх меня дери… – вздохнул Арвин. – Аск… Архей и впрямь тебя хранит! Знал бы ты, как я рад встрече с тобой!
– Знаю, – не в силах сдержать улыбки, кивнул я.
– Эх… И, если мы оба оказались в этом отсталом мире, кто знает, может и другим тоже… удалось выжить после встречи с Аномалией?
Я нахмурился.
– Чего? – насторожился Арвин.
– Эх, – я тяжело вздохнул. – Если говорить откровенно, то у меня была надежда, что наследный княжич Новочеркасский, пользуясь своим положением, собрал уйму сведений о других переродившихся и принесёт мне эти сведения на блюдечке. А ты… неужели, как всегда, с головой ушёл в тренировки? Когда ты оказался в этом мире?
– Четвёртого ноября, во время финального боя за звание чемпиона княжества, – отчеканил Арвин. – А ты раньше?
– Да, седьмого августа, – я кивнул. – А Архун ещё раньше, двадцать первого июня.
– Архун? – изумлённо выпалила Арвин. – Старик тоже здесь? – мой друг расплылся в счастливой улыбке и развалился на диванчике. – Вот ведь проныра…
– Хочешь с ним встретиться?
– Конечно, – оживился Арвин, но быстро осёкся. – Но позже. Утром я улетаю. Мне нужно кое-что сделать дома.
– И что же?
– Секрет, – улыбнулся он.
– Как скажешь, – вяло ответил я. Вытягивать что-то из Арвина, когда он не хочет говорить, бесполезно.
Княжич усмехнулся, и мы снова подняли кружки с пивом.
– Значит, нас трое? – больше утвердительно, чем вопросительно сказал он.
– Нас – да. Был ещё один сарнит, да больше его нет.
Арвин сжал кулаки и побледнел.
– Эти твари и сюда добрались! Ты разобрался с ним?
– Хочется верить, – кивнул я. – Труп сожгли и закопали. Но где один жук, там и другие, – хмуро произнёс я.
– Точных данных нет? – деловито поинтересовался он.
– Увы. Но, сам понимаешь, перерождение, похоже, не привязано ко времени. И наша команда, и эти твари, могли появиться на Земле раньше. А могут появиться и позже.
– К месту тоже, полагаю, не привязаны. Раз я оказался где-то у Форкха в исподнем.