Рождество с тобой (ЛП)

Но я не могу. Мне нужно завоевать право быть этим человеком для нее.
Она смотрит на свои руки.
— Зачем ты здесь?
— Чтобы извиниться за то, что в последний раз, когда мы были вместе, я был слишком напорист. — Я вздыхаю. — Ты права. Нужно многое принять во внимание. Я не хочу, чтобы ты думала, что моя жизнь важнее твоей. Ты и Перри для меня превыше всего. Я просто подумал, что…
Я вытираю лицо одной рукой, потому что сбиваюсь, а она продолжает пялится на свои руки.
— Ты говорила, как тебе нравится Винтер Велли, и я подумал, — прочищаю горло, — это способ дать тебе то, что, как я полагал, ты хочешь. У нас было всего несколько дней, но мне показалось, что быть с тобой — правильно. Я не очень хорошо тебя знаю, но никогда раньше не испытывал подобных чувств.
Ее глаза не отрываются от моих ботинок, и у меня перехватывает горло.
— Я никогда не пробовал отношения на расстоянии, но подумал, мы могли бы попытаться, — продолжаю я. — Перри с удовольствием будет навещать тебя каждые выходные, если ты не против, чтобы мы побыли вдвоем. Три дня в неделю. Это только первое время, но как только все уляжется, я получу лицензию на подрядные работы в Калифорнии и начну искать работу здесь, в Лос-Анджелесе. Летом мы с Перри сможем переехать поближе. — Я не хочу снова переезжать с Перри. Ей нужна стабильность, и она считает Винтер Велли своим домом, но если это то, что нужно, чтобы мы стали семьей, думаю, она приспособится. Снова. — Мы будем делать все очень медленно, если тебе нужно.
Она поднимает на меня глаза.
— Почему ты это делаешь?
— Потому что люблю тебя. Потому что мое сердце говорит мне, что нам с тобой суждено быть вместе. Возможно, я ошибаюсь, но если не попытаюсь, то могу провести остаток жизни в неопределенности «что, если…», — говорю я. — Должен быть способ сделать так, чтобы все получилось. Чтобы это было справедливо для всех нас.
— Вся твоя семья живет в Винтер Велли, — возражает она.
— Мама и папа живут там только шесть месяцев в году. Мои сестры живут в Денвере, а братья справятся со всем сами.
Когда она, наконец, поднимает на меня глаза, в них стоят не пролитые слезы, а грустная улыбка на ее лице разбивает мне сердце.
— Спасибо.
— За что?
— Предложение действительно хорошее, — отвечает она и улыбается. — Просто не верю, что у нас может что-то получиться.
— Одри.
Мое сердце колотится вместе с разумом. Я почти дрожу. Этого не может быть.
— Ты замечательный отец, — продолжает она. — Перри повезло с тобой. Знакомство с вами — это опыт, который я будут вспоминать еще долгие годы.
Она указывает на улицу.
— Я должна идти. Нужно многое сделать, прежде чем я встану на ноги.
Две недели назад ее отъезд разбил мне сердце. Сегодня я чувствую, что она разрывает его на части.
Я должен отпустить ее, но, прежде чем уйти, подхожу ближе, наклоняюсь и целую ее в щеку.
— Как только ты будешь готова, мы будем ждать тебя.
  
Глава 34
 
Одри
— На знаке написано: «Цепи противоскольжения понадобятся с октября по май». Сейчас февраль. А у меня их нет.
Я вцепилась в руль, пока снег падает с ослепительной скоростью.
— Никто не пользуется этими штуками. Ты находишься в пяти милях от города и уже поднялась на самую высокую гору. Кроме того, если тебе нужен буксир, я в твоем распоряжении.
— Я тебе не заплачу.
— Но я помог тебе.
Как только доберусь, сразу же отправлюсь в гараж Моргана, чтобы набить ему морду. Он помог мне… но также был огромной занозой в заднице.
— Ты же не держишь сейчас в руках телефон, не так ли? — спрашивает он, становясь серьезным.
— Я вцепилась в руль смертельной хваткой. Если буду держать его еще крепче, то точно сломаю его. — Мимо проносится машина, и я гадаю, кто это, Морган или Колт. — Вы все здесь сумасшедшие.
— Просто не торопись. Колт говорит, что он сейчас загружает свой грузовик.
— Я пешком гораздо быстрее, чем на машине.
Он хмыкает.
— Лучше немного ускориться. Иначе твой план не сработает.
 
Я ехала пятнадцать часов подряд, останавливаясь только на заправку и еду. Сейчас я держусь только на адреналине.
— Если это не сработает, тебе лучше подыскать для меня свободную комнату. — Я хмурюсь. — Если подумать, то лучше дом.
Последние несколько недель я много думала. Песок не был таким же удивительным, как снег. Пальмы не привлекали меня так, как вечнозеленые деревья. И наконец-то у меня появился шанс сделать то, что я действительно хочу.
Самой управлять своей жизнью.
Раньше у меня были желания и вера в себя. Теперь есть смелость попробовать все это. Сделать все по-своему.
Но та пустота, которую я ощущала, когда покинула Винтер Велли? Она только усилилась. Ни время, ни расстояние не помогли. Хотя это дало мне перспективу.
И умерило гнев.
И свело немного с ума.
— Черт. Он не едет к школе.
— А куда он направляется? — Я на грани нервного срыва. Когда план вообще срабатывал?
— К тебе.
— За город? — пищу я.
— Подожди.
Между нами воцаряется молчание. Я не могу оторвать взгляд от скользкой дороги, но Морган не должен оставлять меня в таком состоянии.
— Что происходит? — Я стучу кулаком по рулю. — Это никогда не сработает.
— Все получится, — говорит Морган. — Он развернулся и поехал к пекарне.
— Он всегда так делает?
— Я не знаю его точного распорядка. — Представляю, как Морган вскидывает руки. — Мне пришлось не мало потрудиться здесь.
— Это была твоя гениальная идея. — Так вот каково это — иметь брата? В одну минуту хочется его обнять. Но в остальное время — убить.
— И она правда гениальная.
Так и есть. Это действительно так. Но я ему в этом не признаюсь.
— Как далеко ты сейчас? — спрашивает он.
— Не знаю, — отвечаю я, теряя терпение.
— Колт нас прикроет. Бекки может болтать часами, так что Колин никуда не денется.
Заснеженный знак с надписью «Добро пожаловать в Винтер Велли» появляется в поле моего зрения. Мой желудок делает чертово сальто. План может сработать… или нет.
— Сейчас я в городе.
Узнаю городскую площадь.
Если прищуриться, то можно увидеть его внедорожник, но я этого не делаю. Я сосредоточена на дороге прямо перед собой — сейчас нет времени на ошибку.
Вот и гостиница. Нежность охватывает мое сердце, заставляя его сжаться. Я нервничаю еще больше, но счастлива своему возвращению.
— Колт говорит, что он выходит из пекарни.
— Откуда он это знает? — Неужели, в другой жизни братья были тайными шпионами?
— Он позвонил Бекки, и она оставила телефон включенным, чтобы Колт все слышал.
Я ухмыляюсь. Маленькие города и любопытные соседи — что может быть лучше?
И тут я замечаю его.
Колин остановился в дверном проеме, что-то сказал Бекки, затем бегом обошел внедорожник и запрыгнул внутрь. Как он это делает, когда на улице так скользко?
— Действуй, Единорог, а то упустишь его, — говорит Морган.
Не задумываясь, я делаю, как он говорит, но неправильно оцениваю расстояние, когда пытаюсь въехать на свободное парковочное место за внедорожником Колина.
Я давлю на тормоз, что совершенно неправильно, и врезаюсь в заднюю часть его бампера.
— Ты должна была просто коснуться, — говорит Морган, со всем трепетом помогая мне.
— Знаю, — рычу я и бросаю трубку.
Колин выскакивает из кабины и даже не смотрит, есть ли повреждения на его машине. Он направляется прямо ко мне. Потому что, конечно, в первую очередь он будет беспокоиться о другом человеке.
Я выбираюсь из машины, засовываю руки в карманы своего комбинезона и робко смотрю на него.
Его шаги замедляются.
— Предполагалось, что это будет легкое прикосновение. — Я киваю подбородком в сторону того места, где наши машины обмениваются французскими поцелуями. На его бампере вмятина. Передняя часть моей Хонды… разбита.