Рождество с тобой (ЛП)

Я надеюсь, но осмелюсь ли попытаться разобраться в том, что происходит между нами?
Она мне нравится, потому что кажется безопасным местом в бурю. Как приключение, которое мог бы проживать очень долго. Может, всю жизнь.
Переворот в моем сердце сбивает с толку. Возможно, я смогу убедить ее, что Винтер Велли — не просто город, в который ее случайно занесло. Это не просто точка на карте. А место, где мы можем создать свое будущее.
Я слушал ее. Ей не нужен человек, который будет постоянно заботиться о ней. Ей нужен партнер, который даст ей корни, любовь и место, которое она сможет назвать домом.
Она хочет семью.
Я могу дать ей все это, не так ли?
И тут вспоминаю о Перри. Что произойдет, если ничего не выйдет?
Одри — это не вызов, который можно проигнорировать. Она — женщина, в которую я влюбляюсь и приложу все усилия, чтобы она тоже влюбилась в меня.
***
На следующее утро приезжаю к родителям около шести. Это мой первый выходной. Завтра канун Рождества, и мне нужно многое успеть. Времени в обрез, и я не могу сдаться без боя.
Не спит только мама. Она стоит у плиты и готовит утренний кофе.
— Привет, мам. — Я целую ее в макушку. — Где все?
Она зевает.
— Доброе утро. Твой папа ушел рано, чтобы помочь Моргану. Нам нравится Одри, но мы считаем, что она должна быть здесь, потому что влюблена в Винтер Велли, а не потому, что она пытается отхватить кусок города.
— Ты ей не доверяешь?
Она пожимает плечами.
— Она мне очень нравится. Мы познакомились с ней два дня назад, и то, что я о ней узнала, заставляет меня думать, что она замечательная женщина. Еще слишком рано говорить о доверии… если только ты не думаешь иначе.
Черт, моя мама слишком проницательна. Это отличный способ спросить о моих чувствах без прямого ответа. Морган и Колт спрашивают, почему Кларисса и Элиза такие хитрые. Вот ответ. Они следуют школе Бетси Брэдфорд, а эта женщина — одна из самых умных людей, которых я знал за всю свою жизнь.
Я вздыхаю.
— Она честная. Хотя ее работа очень важна, и она работает во внеурочное время, но умеет расставлять приоритеты. Чтобы узнать ее, не нужно много времени, потому что она простая. И забавная. Я многого о ней не знаю, но думаю, что основное мы уже выяснили.
Она кивает.
— Ну, тогда, надеюсь, у тебя есть план.
Я целую ее в щеку, беру тарелку и достаю из принесенной коробки кекс с корицей.
— Конечно.
— Из тебя вышел прекрасный отец.
Ее слова останавливают. Она кивает, когда я смотрю на нее с недоверием. Я стараюсь изо всех сил, но мне нужно было услышать это от нее.
Она похлопывает меня по руке.
— Послушай свою маму.
Я сглатываю комок в горле.
— Всегда.
Проходя мимо журнального столика, где оставил мятный мокко, я беру его и поднимаюсь по лестнице. В сутках всего двадцать четыре часа, но если я использую их с умом, то, возможно, удастся совершить рождественское чудо.
  
Глава 23
 
Колин
Дойдя до комнаты Одри, я легонько стучу в дверь. Лучше никого не будить. Ответа не последовало, и я поворачиваю ручку и открываю дверь.
— Я думал, ты спишь, — шепчу я, закрывая за собой дверь.
— Ты пришел меня разбудить? — Ее глаза сосредоточены на компьютере.
Она лежит на кровати с ноутбуком на коленях, и ее пальцы печатают почти так же быстро, как она говорит.
— Нет, принес тебе завтрак. — Я поднимаю чашку и кекс. — И приглашаю тебя провести этот день со мной.
Ее взгляд встречается с моим. Глаза Одри не горят, как вчера, однако желание не исчезло. Оно в ожидании правильных слов, прикосновения или поцелуя, чтобы разжечь его.
Одри несколько раз моргает и качает головой.
— Я хочу тебе верить, но моя интуиция подсказывает, что ты здесь по другой причине.
— Одного желания провести еще один день с тобой недостаточно?
То, как ее взгляд пробегает по моему телу, заставляет меня хотеть взять ее прямо здесь и сейчас. Но я этого не делаю. Мой ребенок, мои родители и ее мать могут услышать нас.
— Нет, — отвечает она. — Думаю, есть еще что-то.
 
— Послушай. — Я прочищаю горло. — Сочельник уже близко. Я хочу как можно лучше использовать то время, которое у нас осталось. Выбор за тобой. Мы можем продолжить осматривать окрестности или познакомиться со всеми в городе.
Она закусывает губу и качает головой.
— Это единственное место в своем роде, — уговариваю ее. — Если планируешь сделать этот уголок Колорадо одним из лучших мест в округе, тебе нужно познакомиться с ним поближе.
— Мне нужно работать, — жалуется Одри, поднимаясь с кровати. — Я пользуюсь преимуществом, пока все отмечают праздники.
Я притягиваю ее к себе и целую. Мне нравится, как она теряется в этом моменте со мной. Собирая остатки самообладания, я не позволяю нам зайти слишком далеко и целую ее в щеку.
— Пожалуйста, скажи «да», Единорог, — умоляю я ее. — Выдели нам хотя бы пару часов.
Она хмыкает, направляясь к открытому чемодану.
— Но моя работа…
— Ты же в Винтер Велли, — возражаю я, ожидая, пока она переоденется.
Хотя мне нравится ее временная пижама — моя фланелевая рубашка — она не может выйти на улицу в ней, не накинув что-нибудь сверху.
У меня есть план, но смотреть, как она слегка наклоняется над своим багажом в поисках одежды, заставляет умирать от желания. Рубашка слегка приподнимается, открывая прекрасный вид на ее идеальную круглую попку. Ее шелковистая, обнаженная кожа наталкивает меня на разные мысли о том, как должен проводиться сегодняшний день. Для начала можно отвезти ее домой и лишить рубашки. Дальше просто импровизировать. Во время нашей игры будут поцелуи, прикосновения и, разумеется, секс.
И хотя это кажется отличной идеей, я понимаю, что она может уйти и никогда не вернуться к нам, если не буду четко следовать своему плану.
Она поворачивается, скрещивая руки.
— Что вообще значит «ты в Винтер Велли»?
— Это особенное место, — объясняю я. — Мы воспринимаем каждый момент в отдельности. Нужно наслаждаться каждой прожитой минутой.
— Это было весело, но у меня есть работа, — возражает она, бросая на меня страдальческий взгляд. — Если только ты не сможешь заморозить время, волшебным образом появиться с таинственной женщиной, которую я ищу, или не придумаешь, как смогу купить гостиницу, у меня не будет времени… наслаждаться видами. Есть намного больше важных дел, чем охота на призраков.
Я ухмыляюсь, прислонившись к стене.
— Слушай, я здесь потому, что ты вчера сказала, что, возможно, смотришь на все с неправильной точки зрения.
— Нет. Я сказала, что планирую посмотреть на это с другой стороны.
— Ну, я здесь, чтобы помочь тебе в этом, — предлагаю я.
Она вскидывает бровь.
— Правда? Я всю неделю прошу о помощи, а вы, ребята, смотрите на меня так, словно у меня не хватает винтика. Но сегодня… сегодня ты изменил свое мнение. Почему?
— Ладно, ты меня поймала, — говорю я, вскидывая руки вверх. — У меня сегодня выходной, и я с удовольствием проведу его с тобой. Я даже готов помочь тебе искать того, кого не существует.
Ее взгляд смягчается, и она улыбается мне. Я чувствую себя виноватым, потому что, хотя и не солгал, но скрыл пару фактов.
Я считаю, что говорить ей о том, что я влюбился в нее и хочу убедить остаться здесь со мной, — это слишком сильно. Она вызовет Uber, сбежит в Лос-Анджелес и не будет отвечать на мои звонки.
Мы не можем этого допустить. Я так просто не сдамся.
Наконец она достает леггинсы, джинсы и футболку.
— Я благодарна, что мама привезла мне одежду, но лучше, чтобы она пошла в торговый центр, а не в «Strippers-R-Us».
— Почему ты так говоришь?
Одри показывает мне прозрачную кружевную футболку, которую я хочу, чтобы она надела, но понимаю, почему ее непрактично носить в середине зимы.
Я разражаюсь смехом. Она присоединяется ко мне, качая головой.