Рождество с тобой (ЛП)

Я жажду ее губ.
Мой взгляд устремлен на ее ротик. Воспоминания о прошлой ночи свежи и теплы в памяти, как и печенье на столе.
Все обрывается, когда в комнате раздается голос Перри.
— Это ты единорог?
Глаза Одри на несколько секунд задерживаются на моей дочери, затем перебегают на меня и снова на Перри.
— Мы пришли проведать тебя. Колт потерял счет времени и пропустил подачу печенья, — неуверенно объясняю я и смотрю на стол. — Похоже, ты решила эту проблему. — Я протягиваю коричневый бумажный пакет из магазина тако, расположенного несколькими дверями ниже. — Мы принесли тебе ужин, чтобы компенсировать печенье.
Она ухмыляется.
— Жизнь кажется лучше с печеньем.
— Папочка, можно мне одно?
Одри наклоняет голову в сторону, поджав губы. Секунды проходят медленно, и атмосфера сгущается.
О чем она думает? Я ведь не должен ей ничего объяснять?
Почему мне кажется, что я должен был предупредить ее о Перри? Не предупредить, а поделиться с ней информацией о своей дочери.
Это несерьезно, так что ты ей ничего не должен.
— Ты можешь взять немного, если твой отец разрешит. — Одри нарушает молчание. Ее голос нейтрален, но лицо морщится. — Поскольку никто, похоже, не отвечает за это, я взяла на себя смелость испечь сама. Это может быть частью веселых развлечений, обещанных в брошюре. Вы можете идти домой к своей… семье. У меня все хорошо.
То, как она делает паузу и подчеркивает слово «семья», звучит странно. Не горю желанием пытаться понять это и добавлять странный тон Одри в свой и без того запутанный мозг.
Колт прав.
Прежний я смотрел бы на это иначе. Это был бы шанс хорошо провести время, не заботясь о завтрашнем дне.
Не задумываясь, я хватаюсь за эту возможность.
— Мы с Перри тоже должны поужинать. Не возражаешь, если мы поедим с тобой? — Я застываю на месте после своего вопроса. Откуда это вообще?
Я сказал «ухватиться за возможность», а не делать глупости. Ты уже на слуху у всего города.
Сплетники будут говорить о нас до следующей весны. На меня уже странно смотрят, когда я заказываю больше, чем обычно.
— Да! — Голос Перри подсказывает мне, что в этой идее больше дырок, чем в куске швейцарского сыра.
Я внутренне стону. Что я делаю? Теперь я не могу отказаться от ужина с Одри, не получив в итоге разочарованного ребенка.
Одри качает головой.
— Спасибо, но мой вечер уже занят. Буду есть печенье и планировать новую карьеру.
— Хотя это звучит как отличная идея, и у тебя явно есть печенье для ее реализации, — говорю я, глядя на беспорядок, который она устроила, — тебе нужно поесть нормальную еду.
— Мы еще официально не знакомы. — Одри подходит к нам и опускается на корточки на уровень глаз Перри, не обращая внимания на мое предложение. — Я — Одри. Кто ты, прекрасная фея?
— Перри, — отвечает моя девочка. — А ты единорог?
Одри поднимает на меня глаза, и я пожимаю плечами.
— Колт упоминал об этом, поэтому мы и приехали в гости. Я объяснил ей, что ты притворяешься. Как Санта, который приходил в библиотеку на прошлой неделе.
— Я почетный единорог, — уточняет она. — Если бы я была настоящей, вы бы меня не увидели. Настоящие единороги прячутся в заколдованных лесах.
Перри изучает ее секунду.
— Ты можешь исполнить мое желание?
— Джинны исполняют желания. Единороги помогают волшебным существам перейти через радугу. Санта приносит тебе подарки, но иногда он исполняет и особые желания. — Объяснение Одри поражает меня. Как она может выдавать чепуху, которая звучит нереально, но увлекательно для маленького ребенка?
Перри улыбается ей.
— А можно я буду единорогом, как ты?
— Ты фея, а это еще более необычно, — уверяет ее Одри.
Моя милая девочка смотрит на меня.
— Я особенная.
— Конечно, ты особенная, Кексик. — Я наклоняюсь и целую ее в макушку. — Самая особенная фея на свете.
— Теперь мы можем поесть? — спрашивает Перри.
— Одри? — Я приподнимаю бровь, ожидая ее ответа и надеясь, что она согласится.
Ну вот, я снова занимаюсь ерундой.
 
— Для меня было бы честью поужинать с феей, — отвечает она, заставляя Перри улыбнуться еще шире.
— Тогда нам лучше накрыть на стол.
  
Глава 12
 
Колин
После ужина Перри уговорила нас посмотреть фильм на проекторе в гостевой комнате гостиницы. Она заснула через пять минут, положив голову мне на колени.
— Спасибо, — тихо сказала Одри. — Это лучше, чем есть печенье в своей спальне, пока я гуглю, как устроиться в цирк, и где пройти обучение акробатике.
— Хороший выбор, но я слышал, что профессионалы, занимающиеся дыханием и глотанием огня, зарабатывают больше. Тебе стоит об этом разузнать, — шучу я.
— Я добавлю это в свой список, после ходьбы по огню и канату. — Она смотрит на Перри. — Она невероятная.
Я ухмыляюсь, глядя на свой маленький комок силы. Часть ужина она провела, рисуя с Одри.
— Я ценю твое терпение по отношению к ней.
— Шутишь? Она фантастическая. Мне было весело. Это была приятная смена обстановки. — Она делает паузу и кладет руки на колени. — Не возражаешь, если спрошу, где ее мама?
— Мы развелись, — отвечаю я натянуто.
— Но она рядом?
Я качаю головой.
— Материнство было не для нее, как и брак. Мы разошлись, когда Перри не было и года. Развод был оформлен через год. Я получил опекунство над Перри, и до сих пор она ни разу не навестила ее. — Иногда мне кажется, что мой неудачный брак не дает покоя моей маленькой дочке. В течение многих бессонных ночей я не перестаю думать о том, не стоило ли мне все исправить. Перри нуждается в нас обоих. Но Реми никогда не было рядом, когда мы были семьей. Моя дочь заслуживает большего.
— Ей повезло, что у нее есть такой отец.
Я не задумываясь тянусь, чтобы взять ее руку. Она кажется мне теплой, мягкой и маленькой. Все правильно, как тогда, когда я успокаивал ее, пока она разговаривала со своим боссом.
Что в тебе такого, Одри, что заставляет меня терять голову и вести себя безрассудно?
Не безрассудно, а не так, как мне свойственно.
Мы возвращаемся к просмотру фильма, но вскоре Одри тоже засыпает. Я наблюдаю за тем, как они обе спят, и это ослабляет тугой узел в моем сердце, который ношу в себе в течение многих лет. Вместо того, чтобы разбираться с мыслями, кружащимися у меня в голове, я бужу ее, когда идут титры.
— Привет, спящая красавица, — шепчу ей в волосы и вдыхаю ее запах. Это как цветы, печенье и дом. — Нам пора домой.
Она открывает свои большие глаза и испуганно смотрит на меня.
— Я заснула? — Она зевает и прикрывает рот.
Она очаровательна.
Ее хрипловатый голос напоминает мне сегодняшнее утро, когда я случайно разбудил ее. В другое время я бы забрал ее домой или остался здесь с ней.
Маленький голосок в моей голове шепчет:
— А что, если…?
Присутствие Перри напоминает мне, что в этой жизни не может быть никаких «если».
— Пора спать, — бормочу я.
— Еще раз спасибо за все, — говорит она, пока я пытаюсь встать, не разбудив Перри.
Одри встает и потягивается.
— Мне было очень приятно. — Я наклоняюсь вперед и провожу губами по ее щеке, касаясь уголка ее губ, но сдерживаю себя. Поцелуй может перерасти в нечто иное, поэтому стоит остановиться именно здесь.
Когда отстраняюсь, ее вопросительные глаза смотрят на меня.
— Что?
Она качает головой и поднимается наверх, не говоря больше ни слова.
***
— Я слышал, что вчера вечером ты был в гостинице до восьми тридцати, — ухмыляется Морган, когда я вхожу в его кабинет.
— Я думал, что сплетни — тебя не интересуют, — усмехаюсь я. Видите? Городские сплетни.
Глаза брата прищуриваются, и он почесывает челюсть, серьезно изучая меня.
— Что случилось, Колин?
— Абсолютно ничего, — немедленно отвечаю я. — Колт забыл доставить печенье, и мы зашли проведать ее. Ей нужно было поесть и забыть о своей цели на пару часов.