Красная Книга (СИ)

В полузабытьи, получив в очередной раз удар в лицо, почувствовав, как съезжает плоть с рассечённой брови, Ингвар ударил в ответ. Много мелких и быстрых тычков коротким ножом. В грудь, в живот. Свинья повернулся. Опёрся о стену. Ухватился за Ингвара. Подставил бок. Спину.
И только потом Ингвар добрался до горла.
Прекратил мучения исколотого зверя.
— Прости…
— Дерись! Убей! Победи!
— Да заткнись ты!
Ингвар собирался снять маску со Свиньи. Посмотреть.
Но стало не до того. Зашелестели рудракши.
Ещё.
Снова Свинья. С голыми руками, перевязанными коленями, вздыбленным янь и кровавыми знаками, неумело нанесёнными по всему телу. Он так же доковылял до Ингвара, никак не реагируя на увещевания. И так же принялся метелить его чувствительными выпадами, пока не упал под ударами перочинного ножа.
— Дерись! Убей! Победи!
Клинок сломался в горле третьего, вонзившись в позвонок.
— Дерись! Убей! Победи!
«Попробую договориться», — твёрдо решил Ингвар.
Но следующим вышел Бык.
И стало понятно — разговора не будет.
Он тоже не мог нормально идти из-за бинтов на коленях и локтях, но, в отличие от неторопливых Свиней, Бык двигался с чёткой целью. Что-то такое читалось во всём его облике, в глазах, блестевших в прорезях маски.
Великан чувствовал от Быка настоящую угрозу, какой не чувствовал от Свиней.
Искусство борицу заключалось не только в правильных движениях рук и ног, не только в умении использовать окружающую обстановку себе на пользу, но и в умении видеть и различать эту угрозу.
— Дерись! Убей! Победи!
Свиньи были ладно сбитыми мужиками нормального роста и веса. То есть на порядок ниже и легче Ингвара. Бык был таким же, как он. Только вес его был не в брюхе, как у сказочника-домоседа, а в круглых плечах гребца и буграх мышц.
Здесь уже не было проблем с тем, чтобы атаковать первым. Ингвар бросился на врага, оскальзываясь на окровавленном полу, схватился не за рога, не за маску, не за протянутые к нему длинные руки. Он схватился за алый шар светильника, свисающего с потолка, оторвал ноги от земли, прокатился на шаре, как на качелях, и пришёлся пятками аккурат в грудь Быку.
Тот отлетел на несколько шагов, а потом долго пятился, пытаясь восстановить равновесие, для чего и нужно-то было всего только согнуть ногу. Но перебинтованные колени не давали ему сделать этого. Он пятился и пятился, как деревянный солдатик, пока в итоге не упал у самого выхода с бойни.
Ингвар подлетел к нему и несколько раз ткнул раскрытой ладонью в лоб, ударяя Быка головой об пол. Потом схватился за рудракшевую верёвку и попытался оборвать её. Но это оказалось невозможно. Рудракши были нанизаны на цепочку.
Пиная, удалось подтащить отбрыкивающегося Быка ещё на несколько шагов и удушить его цепочкой. Пришлось спутать негнущиеся руки рудракшевыми бусами с железной начинкой. Потом сдвинуть немного маску, закрывавшую горло. Ингвар ухватился за рог и отжал край маски от ключиц. Успел заметить на шее синеватый след от кромки неудобного шлема. Бык вяло отбивался. А потом затих.
И, расслабившись, повиснув двойным весом, они оторвали одну из цепочек.
Это было кстати — с её помощью удалось нанести удар по маске волчонка. Тот появился из ниоткуда, размахивая обломком загнутого ножа. У паренька было два таких. Но он явно не умел орудовать левой рукой и поэтому просто зажал нож в кулаке.
Хлёсткий удар цепью с разлетевшимися во все стороны ягодками смутил паренька. Он был так же, как и остальные, разукрашен кровавыми охотничьими письменами. Кривые знаки шли по безволосому телу, перевиваясь по тонким рукам и впалой груди. Но бинтов на его теле не было.
Не требовалось дополнительно ограничивать подвижность, чтобы уравнять шансы.
Ингвар стегал волчонка со всей силы. Парень защищался. Маска съехала. Он уже ничего не видел. Получал цепью по спине. Пытался подвинуть маску рукой с ножом. Ингвар заметил остриё вблизи горла. Выкрутил тонкую руку. Вырвал оружие.
Парень не сдавался, и второй клинок шизокрыло порхал, силясь подобраться к горлу Великана. Но Нинсон сводил на нет все старания паренька цепочкой, намотанной на руку.
 
Потом Великан смог ответить быстрыми полосующими движениями. В плечо, в плечо, в плечо, в грудь. Нож застрял. Скорее схватив второй клинок, Нинсон едва успел защититься от плеснувшего ножа другого волчонка. Ещё двое.
Ингвар защищался, размахивая цепочкой. Правая рука стала тяжёлой, словно кости в ней были железными. Левой он работал гораздо свободнее. Удары были столь же медленными и столь же неумелыми, как и удары ребятни, но Великан был гораздо сильнее.
Внезапно Ингвар сменил тактику и правой рукой стал отбивать вражеский нож, а левой вкладывать силу в загребающие удары цепочкой. Волчонок не выдержал, пошатнулся и пропустил удар ножом. Второй кинулся на Ингвара со всей силой, на какую был способен. Повалил оскользнувшегося Великана.
Ингвар успел подмять мальчишку. Когда они приземлились, туша Нинсона выбила дух из волчонка под оглушительный треск костей. Второй, лежавший рядом, успел порезать Великана ножом.
Ингвар выпустил запутавшуюся в телах цепочку, поймал клинок, отвёл в сторону и левой рукой ухватил парня за голову. Резко пригнул. Нанизал спиной на лежащий здесь же бычий рог. Тот не убил, а распорол тело по касательной. Парень заскулил.
Рычание со всех сторон не дало Ингвару опомниться.
На него бежал широкий плотный мужик с дубинкой в руке и большой бараньей головой на плечах, со слипшимися от крови кудряшками. Намеревался боднуть. Ингвар вернулся за занавеску из цепочек, забросил себя за угол, и баран пронёсся мимо. Как только он, загремев звеньями, миновал рудракшевый занавес, Ингвар кинулся за ним. Но не схватил сзади за плечи, как собирался поначалу, а только подтолкнул, ускорил. Бросился вдогонку, не дал затормозить на скользком полу, пнул, крепко ухватив за рога. Провёл чуть дальше, впечатал лбом в стену.
Добил ножом. Подобрал дубинку.
Побежал обратно. Знал, что там кто-то да будет.
Ударил, не глядя, просто приложил кого-то сквозь занавеску, взмётывая обломки расколотой рудракши и брызги крови. Взвыла на высокой ноте женщина.
Сунулась вторая, и Ингвар дёрнул её, ухватив за руку. Деревянная маска с круглыми глазами и шипом в центре — птица наподобие цапли. Худющая нескладная женщина была изуродована крупными шрамами и сжимала в руке тяжёлый кнут, каким пастухи отбиваются от горных кошек. Она успела замахнуться, но не успела ничего сделать.
Нинсон ударил дубинкой. Маска треснула. Женщина упала.
Левую руку Ингвар подставил под кнут второй женщины.
Боль сдула мысли. Ещё боль. Оборот, удар. Удар. Закрылась?
На тебе, ещё удар. На ещё. И ещё. Снова женщины. Дубинка. Отнял кнут. Посмотрим, как это работает. Чуть без глаз себя не оставил. Нет, без навыка не получится. Но сойдёт, чтобы прикрываться. Ещё раз. Удар. Ещё женщины. Теперь все вперемешку.
Какие неудобные рога. Мешают друг другу. Отлично. Ещё дубинка. Кнут. Кто-то запутался в кольцах. Кнутовище вырвали из рук. Тот, кто упал стреноженный, получил дубинкой по голове.
Обломок рога? Отлично. Сойдёт. На!
Получи! Кто-то унёс его в рёбрах. Клять!
Что блеснуло? Вот ножик под ногами одного из волчат!
Отлично. Снова баран. Не добраться ему в такой тесноте.
Ах, женщина-птица! На нож. Меняю на топорик. Отлично.
Дубинка сломалась о бараний череп. Ещё одна женщина с топориком. Лёгкая какая. Иди сюда. Клюнуть попыталась. Длинный шип на маске чуть не проехался по лицу. Попалась. Будешь свой тушкой меня закрывать слева. Да не дрыгайся ты. Не дрыгайся, я сказал. Топорик. А теперь? Вот так и стой. Ещё топор. На ещё. На! Ещё!
 
Дрожащие от кровавой жажды люди.
Мужчины, женщины, дети, всё лезут и лезут.
Кожа, покрытая красными знаками свежих ран поверх застарелых шрамов. Топорик. Топорик. Кнутовище. Стерпеть. Разрезали ногу.
Клять! Топорик сломался. Где-то был ещё. Шип на маске. Дай сюда.