Красная Книга (СИ)

Личные символы. Псевдоним, или какие-то значки, или заклятое слово.
Стилусы мастеров могли различаться по внешнему виду. А у подмастерьев лишь номерами. И номера эти записывались в книгу теней. Навсегда прикипали к владельцу. По легенде, даже в Мактуб шла запись.
Личный символ известен только колдуну и тому ковену, который посвятил его. Для чего нужно это кодовое слово, не знали не только пустышки, но и колдуны-подмастерья.
Все палочки имели обмотку на рукояти. Профаны думали, что это для того, чтобы удобнее держать инструмент. Но это же не меч, который норовят выбить из руки ударом, и не грифель, пачкающий пальцы. Обмотки были нужны лишь для того, чтобы скрыть секретные знаки. А кроме того, это небольшая часть индивидуальности, которую колдун мог привнести в свой облик. Тут уж кто во что горазд.
Палочки мастеров могли выглядеть как угодно. Часто весьма причудливо, так как колдуны стремились подчеркнуть свой статус. И то, что они чёрная кость, пурпурный оргон, голубая кровь и всё в таком духе. Хотя и само наличие стилуса любого уровня подразумевало наличие гримуара. А значит, и высокого доверия со стороны Лоа.
Впрочем, ученики всех сортов шли тут на хитрость. Обзаводились палочками якобы для того, чтобы просто не терять строку в книге. Им было неудобно пользоваться закладкой или держать строку пальцем. Нет, им нужна была палочка, чаще всего из оленьей кости. И совершенно случайно каждому ученику было удобнее пользоваться именно четырёхгранной палочкой и именно тридцатисантиметровой длины.
Потому что каждый хотел примерить на себя роль мастера или хотя бы подмастерья, водить стилусом по чёрному зеркалу колдовского гримуара.
Ковены пытались это безобразие запретить. Выпустили эдикт, предписывающий называть подобную липовую колдовскую палочку «яд». Чтобы каждому было ясно, чем подобное подражательство является для разума и оргона.
Ученики легко согласились, быстро переиначив «яд» в «йад».
Обратив, таким образом, очередной эдикт в насмешку.
Самые озорные могли делать йад из липы, чтобы «липовый стилус» превратился из обидного прозвища в простое отображение факта. Вполне себе колдовской приём игр с реальностью.
Другие же делали йады из серебра. Самого устойчивого к колдовству металла. Как бы говоря, что это просто палочка для чтения. Все совпадения случайны.
Ингвар бережно взял колдовскую палочку. Его немало удивило, что у Таро Тайрэна обнаружился такой стилус. Он любил золото и мишуру. А стилус был простой четырёхгранной палочкой. Как у колдуна-подмастерья. Но тяжёленький. Рукоять не обмотана лентой, а залита голубоватым стеклом. То есть до номеров и знаков можно было добраться.
Но нельзя было скрыть это от владельца. Стекло пришлось бы расколотить. Умно.
Когда Эшер ушёл, Ингвар открыл гримуар. Под холстиной обнаружился малиновый переплёт из крупных чешуек. В середине — красный яхонт. Под толстой обложкой оказалось впаянное каучуком и залитое силиконовым шёлком чёрное зеркало. Вот он, настоящий колдовской гримуар.
Вот оно. Настоящее колдовство. Квинтэссенция оргона.
Ингвар приложил руку к чёрному зеркалу. Ничего не произошло. Он стёр отпечаток вспотевшей ладони. Попеременно попробовал прикоснуться к зеркалу разными предметами. То оставалось безмолвным, как обычный ксон.
Нинсон приложил стилус. Чёрное зеркало пошло рябью. Из непроглядной темноты бесконечности к поверхности, к выходу в наш мир, к чёрному стеклу преисподней, подплыли двадцать пять рун. Сейд во всей красе. Квадрат пять на пять символов. По две руны на каждого Лоа. А в середине значок двадцать пятой руны, безымянный квадратик.
Ингвар потрогал квадратик стилусом. Тот мигнул и стал ярче. Теперь он выделялся среди других рун. Ингвар коснулся соседней руны. Беркана. Между квадратиком и Беркана, налившейся сочным светом, протянулась тонкая серебряная ниточка. Ингвар протянул стилус дальше вправо, коснувшись ещё четырёх рун. Когда в цепочку соединились все пять, чёрное зеркало на миг стало белым, мигнуло, а потом отобразило картинку. Опять руны. Только они поменяли свои места.
 
Прекрасно. Получалось, что в квадрате двадцать пять рун, которые можно соединить как угодно. Но одну нельзя было использовать дважды. Набиралось более пятидесяти тысяч комбинаций.
Или тут какой-то рисунок из пяти отрезков. Тогда не надо обращать внимания на руны. Нинсон уже не знал, как посчитать, сколько тут могло быть отрезков.
В любом случае тут тысяч сто комбинаций. По полминуты на каждую. Всего год работы, если засадить кого-нибудь терпеливого. Или двух человек, чтобы один вёл записи, а другой постоянно тыкал. И пусть работают в две смены. Да, нужно нанять четырёх человек.
Ах, как же хорошо, когда много золота.
Пусть их будет восемь. И ещё два подавальщика воды. Повар. Танцовщица. Охранник. Отлично. Надо будет расположить эту его маленькую команду по открытию гримуара где-нибудь в секретном месте. Можно на лодке. Чтобы совсем секретно.
Вторую комбинацию Ингвар попробовал, не стараясь запоминать. Третью додумался записать. Она тоже не подошла. Но после неё гримуар не загорелся. Чёрное зеркало оставалось лишь стекляшкой. Как большой ксон.
— Сломал? Нет… вряд ли…
Ингвар спрашивал у Уголька. Тот сидел рядышком, по-кошачьи склонив голову к плечу. Тоже внимательно следил за ровной поверхностью гримуара.
— Я думаю, что не сломал, — утешил призрачного фамильяра Нинсон. — Тут какая-то пауза до следующих трёх попыток. Минута? Час?
В сказках такая история обыгрывалась. Но срок назывался разный. Судя по всему, колдун, владелец гримуара, мог зачаровать его по-разному. В каких-то сагах упоминалась и тысяча лет.
Ингвар серьёзно обдумывал, а не садануть ли молотом по рукояти стилуса. Разбить стекло и посмотреть, что там за секретные знаки. Может быть, там как раз скрыта нужная комбинация рун? Как раз на такой вот случай забывчивости?
Гримуар не работал без стилуса. Поэтому тот, кто мог украсть или найти одно, почти гарантированно получал и другое. В свете чего записывать код на стилусе казалось сомнительной идеей.
Особенно для такого умницы, как Таро Тайрэн.
Нинсон надеялся, что код зашифрован в бумагах легендарного колдуна и он сможет добраться до него позже.
  
Глава 32 Убежище — Чистый Лист
 
Глава 32
Убежище — Чистый Лист
Ингвар постучал по листку, приколотому над столом:
— А это что? Оглавление какой-то книги? Подсказка?
«Часть 1 Красные Слова ____ ______ __ ____5
Часть 2 Красный Оргон ____ ____ __ __23
Часть 3 Прекрасные Дни __ ______ __ ____89
Часть 4 Красная Кровь __ ________ __ __ 213
Часть 5 Красная Нить ____ ________ ____ __267
Часть 6 Красный Яггер ____ ______ __ __359
Часть 7 Красные Брызги __ ______ ____ __433»
— Тульпа, смотри: видишь, лист выдран из какой-то книги. Ты посмотри, какой край. Значит, был переплёт. Это была настоящая книга…
— Какой край? — не поняла она. — Просто вырванный листок.
— Это означает, что подсказка в оглавлении? Или цифры что-то значат? Номера страниц? А полоски? Ты видишь, что полоски разные?
— Какие цифры? Какие полоски?
— Не знаешь, что за книга? Все названия красные…
— О чём ты говоришь? — спросила Тульпа, пристально посмотрев на Ингвара.
— Ты листок видишь?
— Вижу листок. Но он чистый. Тут нет никакого оглавления.
— Ты этот листок видишь? — Нинсон постучал пальцем по листку с оглавлением.
— Да вижу! Я тебе повторяю: тут заполнены только четыре листа.
 
Она принялась водить пальцем, показывая, как ребёнку:
— Гвозди для ключей. Стихотворение про гроб. Голая женщина. Руны в табличке. Остальные восемь листков пустые. Ты же смотришь на пустую страницу. Вот на эту?
Тульпа ткнула пальцем в листок с оглавлением. Внятно и громко произнесла:
— Тут ничего не написано, Ингвар. Идём-ка спать.