(не) Твоя (СИ)

— Видела? — староста Лилия Старикова толкает меня в бок, хмурюсь
— Кого? — достаю зеркальце убедиться, что мои брови выщипаны, и волосы лежат ровно
— Брата Айлин — староста понижает тональность голоса, говорит с придыханием.
— Брата, — задумчиво тяну слова, — нет, не видела
— У меня от него мурашки по коже, — отрываюсь от зеркала, уточняю
— Что так хорош? — смотрю удивленно на Лилю, та поплыла. Слежу за ее взглядом, вижу того самого Алана.
Мамочки мои.
Он стоит в компании ботанички с гор.
Что он там говорил про сестру?
Это ведь его сестра?
Или нет?
Сама не знаю что со мной происходит, когда вижу на крыльце брата Айлин.
Моргаю, пытаясь сосредоточиться, мысли скачут. Я не слышу ничего вокруг кроме собственного сердца, которое делает кульбит, когда вижу как брюнет обнимая сестру за плечи входит в здание университета.
Не могу оторвать взгляд от его тела. Мышцы его плеч напрягаются, когда он дергает тяжелую дверь на себя. Непроизвольно облизываю пересохшие губы.
Фоном звучит противную трель в виде мелодии колокола, оповещающего о том, что перерыв подошел к концу и нужно вернуться в аудиторию.
Студенты начинают покидать свои места, я же неподвижно сижу смотрю в одну точку, застывав словно мумия с пустым стаканом чая, Я не могу перестать думать про главного героя моих эротических снов.
Сгребаю ткань юбки, держу вспотевшие ладони на коленях, так проще скрыть дрожь пальцев.
Вскакиваю как ошпаренная, когда рядом со мной кто-то пытается тянуть меня за руку.
Жадно тяну носом воздух, мне нужно, чтобы он меня заметил.
Я успею.
Все мои последующие действия происходят на автомате, я быстро отодвигаю стул, снова смотрю во двор, где еще некоторое время назад я лицезрела этого красавчика.
Пытаюсь успокоить колотящее сердце, несусь в надежде подстроить ситуацию и я случайно оказалась на первом этаже, представляя себе нашу вторую встречу как нечто запоминающееся для нас обоих.
— Аленка, ты куда!? — выпадаю из стопора, голос старосты звучит где-то далеко.
Отмахиваюсь, не хочу отвлекаться. Ускоряя шаг несусь в противоположную сторону от аудитории на ходу бросая:
— Мне в туалет нужно, — плевать, что про меня подумают, санузел вообще в другом корпусе.
Стараюсь не перейти на бег, иду быстро семеня ногами, кручу головой в попытке увидеть белое пятно рубашки.
Тщательно всматриваюсь в лица.
Никого похожего не вижу.
Коридоры постепенно быстро пустеют, студенты растекаются небольшими группками, кто-то сворачивает к лифтам.
Не знаю как, но ноги приносят меня на крыльцо университета.
Промозглый ветер напоминает, что лето давно закончилось, без верхней одежды не комфортно, долго я тут точно не простою.
Моему разочарованию нет предела, я опоздала!
Вот куда он мог деться!
Злюсь на себя.
Зачем-то на улицу побежала без одежды?! Понятно же, нарцисс где-то внутри, но точно не снаружи!
Только вот где?!
Ведя внутренний диалог с самой собой, медленно разворачиваюсь, иду в зданию, смотрю под ноги на листья опавшей листвы.
Не успеваю сделать и двух шагов как врезаюсь в благоухающую белую рубашку.
Поднимаю глаза — мужчина моей мечты сам меня нашел.
Он явно не ожидая столкновения прерывает разговор, пряча телефон в кармане брюк, предостерегает:
— Под ноги смотреть не учили? — делаю шаг назад.
В этот самый момент я готова провалиться, потому что наступила парню своей мечты на ногу.
Стыдобища!
На его ботинках отчетливый след от моих балеток.
Ну почему я такая нелепая?!
Я представляла себе иначе нашу вторую встречу!
Его рука касается моего плеча, он явно хочет обойти меня. Не поднимая глаз бормочу:
— Простите… я просто…, - губы еле шевелятся, не успеваю договорить, слышу короткое:
— Прощаю, — преодолевая смущение, поднимаю голову, его взгляд устремлен на ботинки, где красуется след от моей подошвы. Его темные волосы уложены идеально несмотря на поднявшийся ветер.
Стою на месте, не в силах пошевелиться.
Ощущение, что к ногам за одну секунду кто-то быстро привязал тяжелые булыжники не позволяющие идти.
 
Залипаю на его лице, пытаюсь поймать взгляд. И только когда я замечаю что красавчик не пытаясь скрыть пренебрежения переключается на мое лицо, первая отвожу взгляд.
Кожа покалывает во всех местах. Я совсем близко и мне не составляет труда рассмотреть четкую линию челюсти, родинку на шее.
— Ты? — его голос с легким акцентом. Снова поднимаю глаза, задерживая взгляд на губах красавчика, замечаю, что как происходит процесс узнавания: выражение лица меняется, густые брови моего знакомого ползут вверх, черты лица смягчаются, уголки губ дергаются, сменяя хмурое выражение на улыбку.
Он меня вспомнил!
Хватаюсь ладонями за щеки, лицо пылает.
— Нет, это не я! — не контролируя себя, зачем-то отталкиваю от себя того, кого только что искала. Бегу по коридору словно умалишенная.
Вот что я за дура!?
Мне настолько неловко от того что я как слон оттоптала ему ноги, наступив идеально выученную поверхность кожи, что несу какой то бред.
Он ведь точно не побежит за мной!
Влетаю в туалет. Прекрасно просто! И это был мой шанс который я упустила!
Всматриваюсь в свое отражение. В прохладном помещении женского туалета никого. Включаю воду и просто какое-то время держу ладони под скупой струей холодной водой.
Как бы я не пыталась унять волнение не могу перебить жар тела. Если бы сейчас можно было бы встать под душ я бы воспользовалась такой возможностью.
Я взмокла как мышь.
Ткань липнет к коже.
Ощущение, что вот-вот взорвусь от переполняющих внутренности эмоций.
Глупое сердце пробило этаж и валяется где-то в подвалах университета.
Я вела себя как идиотка.
— Земля, земля, прием, — дергаюсь, позади меня стоит противная Софья Павловна. Она не стесняясь, тянет за шнурок наушников, выдёргивая провода из моих ушей.
Я хорошая девочка, я не грублю женщинам в возрасте. Сдерживаюсь, мило улыбаюсь:
— Здравствуйте, Софья Павловна! — стараюсь унять нервозность, отлипаю от зеркала, мне надо держать себя в руках.
От природы у меня довольно приятная внешность, долинные волосы, которые достают практически до талии, голубые глаза.
Мои губы всегда розового цвета, я их не крашу, мне нравится естественный цвет. Выгляжу не вульгарно.
— Почему не на занятиях, Иванова? — стараюсь быть вежливой, если она влепит мне четвёрку то ни о какой повышенной стипендии не может быть и речи, а мне очень надо.
— Вот как раз собираюсь идти, Софья Павловна, — пихаю дверку туалета, оказавшись в коридоре, иду медленно никуда не спешу. Надо успокоить нервы, прежде чем появиться в аудитории.
София Павловна закрепила за собой статус истеричной особы. Она ведет философию и ей кажется что ни один человек в нашей группе не может проникнуться теорией древнегреческого философа Эпикура. Мало того, что это очень странный персонаж, учитывая, что в молодости он считал высшим наслаждением наслаждение тела, а к старости вообще переобулся в воздухе и признал, что единственное высшее наслаждение это развитие разума. Его понять не сложно. Только зачем нам все это? Мы будущие юристы.
Не знаю как досиживаю до конца занятий, думы мои печальны. Ощущение что я резко отупела, увидев этого Алана около университета. Он такой недоступный и крутой. Серьезный еще. Мне до него никто не нравился так, чтобы думать потом. Сны еще эти с его участием… может начать встречаться с Боровиковым?
Но тут же понимаю, что не могу его видеть, противен. Это все глаза этого Алана, ресницы его длинные, так бы даже и не вспомнила. Честное слово!
Студенты расходятся, на сегодня занятий больше не будет.
Мне на работу, времени вагон и маленькая тележка. В дверях задерживаюсь, до меня долетают шуточки Конкина, который не первый день достает ботаничку с гор.