(не) Твоя (СИ)

Делаю глубокий вдох. Ожидаемо. мама частенько пропадает на ночных сменах, пытаясь заработать. Получается, сегодня не получится отметить первый рабочий день и поделиться впечатлениями.
  
Глава 21
 
Алена
Прощаюсь до следующей смены, иду через зал, спускаюсь по лестнице. Толкаю тяжелую дверь, оказываюсь у парадного входа.
На улице мелкая морось. Я называю такой вид дождя «колючим» потому что он мелкий и капли у него холодные. Осень крайне тяжелое время года хотя бы потому что очень много осадков.
Зонта у меня нет. Ноги в тонких колготах мгновенно покрываются мурашками, холодный пронизывающий ветер забирается под юбку.
На стоянке полно машин, Алана нигде не вижу. Ожидаемо.
Сворачиваю на тротуар и иду к метро. Стоять как дура и ждать у моря погоды и когда появится брат Айлин не собираюсь. Он скорее всего забыл про меня, ведь тут наверняка много доступных тел.
Ступая по мокрому асфальту, хочу поскорее оказаться дома, чтобы этот вечер закончился.
Жадно глотаю холодный осенний воздух. "Не сахарная, не растаю". Бодрюсь, понимая что изменить погодные условия не в моих силах.
В сумке разрывается телефон. Не реагирую, смотрю прямо перед собой. Обхватывая себя руками, резко сворачиваю в переулок, сокращая путь к метро вдвое.
Мама мне звонить не будет, остальные меня не интересуют.
Мой рабочий день закончился
Не удивляюсь, когда кто-то резко дергает меня за руку. Я знаю у кого такие собственнические замашки.
— Что в твоей голове происходит, я русским языком просил ждать меня у входа! — взбешенный Алан тяжело дышит
— Какие мы нервные, — одергиваю руку, — пусти! — озираюсь по сторонам, пытаясь найти хоть одну живую душу в глухом переулке
Алан реагирует мгновенно:
— Пошли в машину, — он дергает меня на себя, добавляя, — я задолбался бежать за тобой, тебе телефон зачем?
— Я никуда не пойду, мне домой надо! — надуваю щеки, игнорируя его нападки. Он мне никто. Претензии все своей невесте.
— Ален смени пластинку, хорошо? — я вижу что его раздражает мое поведение, он преграждает мне дорогу корпусом своего тела, добавляя, — мы оба понимаем что ты поедешь со мной, — он улыбается, затем пользуясь заминкой обхватывает ладонью бедро и перехватывая под коленями, ловко закидывает на плечо мое визжащее тело. Зажимает брыкающиеся ноги.
— Пусти меня придурок! — возмущаясь, стучу кулаками что есть силы ему в поясницу.
— Не крутись ты, уроню ведь, — он одергивает задравшуюся юбку, закрывая мою задницу.
В мой мир снова вторгается ветер и моросящий дождь. Мне неловко, стыдно, что он несет меня по улице будто я трофей. Произношу неслышно одними губами:
— Боже мой…, - ощущение что у меня пропал голос, а также остановилось дыхание
Когда мы оказываемся около машины, Алан ставит меня на землю, параллельно открывая пассажирскую дверь напротив водитель, заявляет:
— Залезай давай, — я зажата между его телом и дверью. Он нетерпеливо постукивает пальцами по двери. Поднимаю глаза: на лицо попадает мелкая морось, на его лице тоже мелкие крапинки дождя.
Отрицательно качаю головой.
— Да бл… — он закатывает глаза, а я не могу оторвать взгляда от его губ. Я, кажется, дура.
Дальше он все делает молча. Его бесцеремонные руки толкают меня на сиденье, забрасывая следом ноги в салон автомобиля. Хлопок двери, слежу в лобовое стекло автомобиля как он быстро обегает капот дорогого автомобиля.
— Погода отстой, — он забирается в салон, немного пригнувшись.
На его рост трудно подобрать подходящее средства передвижения.
Он потирает руки, дует на пальцы, передергивает широкими плечами, уточняя как ни в че мне бывало:
— Замерзла? — его глаза пробегаются по моим ногам. Ерзаю, обхватываю сумку обеими руками.
— Сейчас включу обогрев согреешься, — Алан не обращая внимание на мое рассерженное лицо, быстро нажимает какие то кнопки.
С недовольным лицом рассматриваю его длинные и изящные пальцы, а также аккуратно подстриженные ногти.
 
Машина трогается с места. Я успела позабыть ее плавный ход.
Огни вечерней Москвы проносятся перед глазами.
Мы молчим.
Алан смотрит на дорогу прямо перед собой.
Судя по маршруту, везет он меня домой.
Немного расслабляюсь. Он просто меня довезет, затем уедет.
Так уже было.
Поворачиваю голову, рассматривая его профиль. У него влажные волосы, некоторые пряли на лбу. Ног с горбинкой, длинные ресницы…. Ох…Ладно, признаю, он красивый мужик!. Что есть то есть.
— Обо мне мечтаешь? — краснею моментально
— Нужен ты мне, — говорю первое что приходит в голову. Я скорее умру чем признаюсь что с ума по нему схожу.
— Врешь! — ну и нахал, скрещиваю руки на груди, двигаю сумку в ноги, — ты на меня с первой встречи запала, — застываю в одном положении.
Нет, ну вы посмотрите на этого самоуверенного придурка!
— Попытка намекнуть на свою исключительность не прошла, — краем глаза вижу, он улыбается.
продолжая расслабленно вести машину, меняет тактику. Из отстраненного циника превращается в умелого любовника.
Его пальцы почти сразу же оказываются на моей ноге, поднимая подол юбки, сжимают коленку, я задыхаюсь от неожиданного прикосновения.
— Что ты себе позволяешь…, - не узнаю себя, я заикаюсь, в попытке заблокировать его возможное проникновение под юбку.
Мы въезжаем во двор старой пятиэтажки, фонари не горят, вокруг тьма.
— Приехали, Алена, — он ставит машину на ручник, наклоняется ближе, отстегивая мой ремень безопасности, едва касаясь губами моего уха
Его горячее дыхание обжигает кожу, во мне снова эта двойственность. Хочется выбежать, напоследок хлопнув дверью, но в то же время я хочу чтобы его ладонь скользнула выше.
Замираю и поднимаю глаза. Просто замечательно. Всю дорогу я только и думала как перестать рисовать в своей голове свое идеальное будущее с этим мудаком, теперь мое глупое сердце сгорает в глубине его глаз.
Уголки его губ дергаются в едва заметной улыбке:
— Боишься меня? — сглатываю презирая себя за то что вообще сижу с ним все больше увязая в трясине.
Дальнейшие его действия не поддаются моей логике. Он тянет руку к моей щеке, гладит кожу большим пальцем. От его жеста по лопаткам бегут мурашки. Я закономерно лишаюсь возможности говорить. Все на что я способна это борьба с самой собой, потому что я вдруг неконтролируемо хочу потереться щекой о его ладонь, ответить ему на его ласку.
Он медленно приближает свое лицо к моему склонив голову на бок. Он точно владеет гипнозом, потому что я сижу словно статуя не в силах пошевелиться.
Почти не дышу, закрываю глаза. Его дыхание на моей щеке, первая размыкаю губы. С шумным входом Алан втягивает в рот мою нижнюю губу. Мое тело отзывается, он поглощает мой стон губами.
— Поехали ко мне, Ален, обещаю тебе понравится, — мотаю головой, как можно быть одновременно таким обаятельным и нахальным?!
— Нет, у меня кот Васька там один, — Алан глушит двигатель. Я ожидаю что он начнет уговаривать меня провести с ним ночь, но вместо этого, открывает дверцу:
— Провожу тебя, тут у вас черт ногу сломит, — это так похоже на заботу.
Хлопаю глазами, наблюдая как он забирает ключи, открывает дверь и протягивает руку. Вкладываю свою ладонь в его. Он крепко сжимает мою руку, пока идет к подъезду молчим. Мелкая морось все еще противно бьет по лицу мелкими иголками.
У подъезда Алан останавливается. Улыбаюсь потому что не знаю как на все это реагировать. С ним так спокойно. Его взгляд серьезный, стараюсь смотреть в сторону.
Аккуратно высвобождаю руку, поправляя сумочку на плече.
Пора уходить. Но я не могу и не знаю что говорить в таких случаях.
— Дома кроме Васьки кто есть? — улавливая интонацию, понимаю что он беспокоится.
— Нет, никого, мама на смене, — он трогает рукой щетину, перемещая взгляд мне за спину.