(не) Твоя (СИ)

Глубокий вдох.
Прав Артур, мне сейчас нужны мозги, а не эрекция.
Следующий день делаю все максимально четко и быстро. С Артуром особо не говорим, если только касается работы.
Настроение дерьмо.
Игнорирую звонки матери, смысл отвечать? Я все равно не приеду, она будет переживать, а мне нужно в столицу. Попросил Расула присмотреть за девчонкой, сказал отвезти в квартиру что снял для нее, хорошо запасные ключи есть у консьержки.
  
Глава 53
 
Алена
С трудом заставляю себя разлепить веки. У меня очень болит голова, вокруг знакомая обстановка той квартиры, которую снял Алан. Память возвращаем события прошлого, морщусь, мне ничего не приснилось. Вокруг меня ходит Васька, мурчит и трется о ноги. Не похоже что голодный. Я совершенно не помню как громила транспортировал меня в квартиру, последнее событие всплывающее в памяти его слова, что мы едем в гостиницу. Хотя какая разница как этот здоровенный детина называет эту квартиру? Это и есть гостиница для разовых встреч.
Откидывая одеяло, спуская ноги с кровати, пытаюсь прийти в себя. Голова кружится, но я не собираюсь тут задерживаться, у меня есть дом, а значит заберу Ваську и мы уедем.
На мне нижнее белье, странно что я даже не помню как снимала с себя одежду. Единственное делание пойти в душ.
Босыми ногами ступаю по полу. Открываю дверь и подпрыгиваю на месте. В гостиной сидит кавказец, который едва завидев меня тут же встает в проеме. Хватаю первую попавшуюся тряпку и закрываюсь. Нахал усмехается.
— Что вы тут делаете? — я внимательно слежу за взглядом черных глаз, которые в свою очередь не отрываясь смотрят в мою сторону.
— Какая ты забавная, — легкий акцент который раньше казался мне интересной изюминкой, когда ранее слышала подобное из уст Алана, теперь просто бесит.
Хочу пройти мимо, но громила преграждает мне дорогу, заграждая проход своей тушей.
— Я вам не пленница, ясно?! — пытаясь рассмотреть свою сумочку в коридоре, встаю на носочки. Света в коридоре нет, я не могу понять где мои вещи.
— Ты еще и не невоспитанная, — кавказец усмехается, разворачивая корпус моего тела в обратную сторону, давая понять что он не будет со мной церемониться
— Не вам меня воспитывать, — пытаюсь обойти громилу, но он как скала. На эмоциях повышаю голос:
— Дайте пройти!
— Не надо выводить меня из себя строптивая кобылица, — стараясь не терять запал подтягиваю на себя тряпки, возвращаюсь в комнату, хлопаю со всей силы дверью. Пока надеваю на себя платье и колготы думаю над планом дальнейших действий.
С воинственным настроем появляюсь в комнате и перехожу в наступление:
— Ты не имеешь право меня тут удерживать, понял?! — тыкаю пальцем в его каменную грудь, но кавказец не двигается с места, я будто говорю с огромной каменной статуей, громила тупо молчит.
— Да я напишу на тебя заявление и тебя посадят! — мужские брови поднимаются вверх
— А ты еще не поняла что мне похуй? — открываю рот чтобы ответить, но тут же закрываю, похоже ему плевать на закон не только этой, но и вообще любой страны.
— Мне нужно в больницу к маме, — меняю тональность, на его стороне сила, но на моей хитрость
— Тебе нужно убраться на кухне, — теперь мой через удивляться
— Убраться?
— Твой кот загадил полы, — его взгляд непроницаемый
— Что-то я не помню чтобы нанималась рабыней, придет хозяин квартиры и уберет, — сердце колотиться в бешеном ритме, злость туманит мозги.
Напрягаюсь, когда кавказец встает со своего места и прежде чем я улавливаю посыл, хватает меня за локоть и чеканит:
— Лучше тебе не заставлять меня повторять дважды, — резкое движение и он дергает меня вверх. Хватает за шею, притягивая к себе настолько близко, что я вижу каждый волосок его щетины. Пытаясь ослабить хватку, хватаюсь за сжимающие мое горло ладони, но он не реагирует и тащит меня на кухню. Попытки вырваться не имеют успеха, ноги еле поспевают за шагами кавказца.
 
Громила толкает меня в центр, отпуская из под своего контроля. На кухне следы Васькиных проделок: он разлил воду, разбросал еду, не уверена что разбитый горшок его проделки.
— Надеюсь ты понятливая и мне не придется применять силу, — обнимая себя обеими руками, иду к раковине, беру тряпку для пола, убираю воду, отжимаю, собираю корм, возвращаю формочки на место. Все это делаю автоматически, стараюсь не смотреть в сторону волосатого придурка.
Все это время кавказец наблюдает за мной молча и когда я заканчиваю с уборкой едва сдерживая раздражение приказывает:
— Шагай в ванну, — хочу возразить, но видя взгляд этого психа, иду мимо и закрываюсь изнутри. Негодование зудит под кожей. Набираю в ладони воду и несколько раз умываю лицо. В голове черная дыра, я ничего не могу вспомнить. Последнее что я помню это клуб, Боровиков, коктейли, и в завершении опять этот кавказец, который тащит меня к машине, потом пустота. Тру виски и осматриваю пространство. Отсюда я сбежать не могу: качественный ремонт, трубы вмонтированы в стены, окон нет.
Волосы неприятно пахнут сигаретами, со злостью скидываю одежду и встаю под душ. Тело расслабляется под теплыми струйками. Вспышки сознания, я в каком то помещении на огромной кровати, мне что-то вводят в вену. Жмурюсь, не понимая что из того что я вспоминаю плод моего воображения, а что правда. Расплывчатой вспышкой слова громилы: «Алан сказал доставить в гостиницу». Получается козлина передумал и вернул меня в квартиру? Злость вперемешку с унизительным чувством цепляют нутро.
Нехотя выключаю воду, выбираюсь из ванной, надеваю халат, сушу волосы, проигрывая в голове варианты диалога. Мне нужно что-то придумать и уйти.
Перед выходом смотрю на себя в зеркало: влажные пряди спускаются вниз до поясницы, болезненный взгляд и бледная кожа говорят о том что в клубе меня явно напоили какой то отравой.
Слезы текут по щекам.
Я была просто игрушкой, девочкой для секса не более того. Наивная, думала, что он меня любит.
Какая же дура! Теперь понятно, что козлина всегда рассматривал меня лишь как приятное времяпровождение.
Глотаю слезы, вытирая щеки тыльной стороной ладони. Я понимаю что слезы не решат моих проблем, но на душе горько и гадко!
Последние два дня я жила в предвкушении встречи Нового года, ждала и скучала по нему, представляла сотню раз как войдет в квартиру, а я с порога повисну у него на шее.
Грудную клетку сдавливает, ощущение что воздух не помещается в легкие. Трудно дышать. Я не хочу плакать, а слезы самопроизвольно льются и льются. Сползаю вдоль кафельной стенки и тихонько, чтобы громила не слышал, скулю словно побитая собака.
Вздрагиваю от внезапного шума, хлопок входной двери. Здесь нельзя давать волю слезам и слабости! Пытаюсь понять что случилось, тешу себя надеждами, что кавказец самоликвидируется, а значит у меня появится возможность сбежать.
Осторожно открываю дверь ванной, пытаясь понять обстановку, всматриваюсь в пространство.
Сердце гулко бьется в груди, знакомый запах Алана вперемешку с запахом сигарет заполняет легкие.
Балконная дверь приоткрыта и то что я вижу подтверждает мои догадки: громила и брат Айлин стоят спиной ко мне, курят, обсуждая что-то не громко. Пользуясь тем, что меня не видят, оборачиваюсь в поисках своих вещей. В голове паника, я не вижу даже обуви.
Черт, в чем мне тогда уйти?! Я больше никогда не хочу видеть этого придурка! И потом, мое состояние не стабильное, я готова ему выцарапать глаза за то что он так нагло использовал использовал мою доверчивость.
Громкое мяуканье, оборачиваюсь, Васька, трясет хвостом, ходит туда-сюда, трется о ногу, беру его на руки. Внутри меня мандраж.
— Расул я все равно узнаю, — мужчины открывая балконную дверь останавливаются, взгляд Алана направлен в мою сторону, кавказец отрешенно смотрит в сторону. Прижимаю Ваську ближе к себе.