Светлая помощница темного дракона

Черный юмор Абеля как всегда на высоте, ха-ха-ха, смешно-смешно, благословите его… Стоп. Без благословений. Сила и продолжительность благословений зависит не только от таланта светлого мага, но и от силы того, на кого благословения накладывают. Если взять в расчет могущество Абель… Нет-нет, никаких благословений для него без острой необходимости.
– Я буду стараться, – ничуть не покривила я душой – моя жизнь и мое здоровье мне нравились в нынешнем виде, не хотелось ничего менять. – Мы в центральном Асфорте, да?
– Была тут?
– Нет. Если гаснет мощный светлый источник, то возникает давящее чувство. Тревога, неуверенность, страх. Темные это не так чувствуют, но вот светлые… Судя по моим ощущениям погас очень и очень мощный источник, а такой есть только в центральном Асфорте, – пояснила я. – И погас он пару дней назад. Еще немного – и тут начнутся вспышки заболеваний. Я так понимаю, что мы здесь совсем не для того, чтобы помочь светлым в Асфорте восстановить источник, предотвратить болезни и поступить по-добрососедски?
– Точно. Мы здесь, чтобы ты исследовала источник магии и попробовала понять, что или кто привел его в такое состояние. Пойдем.
Идти пришлось недолго – источник стоял в центре площади. Небольшая статуя единорога потускнела и даже кое-где потрескалась. Это что надо сделать с артефактом, чтобы он выглядел так, словно вот-вот разлетится на куски?
Статую единорога окружали воины. Не вплотную, где-то на расстоянии ста метров, но стражников вокруг было столько, что незамеченными не пробраться.
– Не думаю, что мне позволят ее исследовать, – заметила я.
Абель рядом выдохнул. Что?.. Тьма заклубилась сначала вокруг его тела, потом начала окутывать и меня. Я сделал шаг назад, но Абель крепко сжал мою руку, которую и не думал отпускать:
– Стой на месте, маскировка.
А ничего, что я из-за это маскировки не вижу не зги? Впрочем, я поторопилась с выводами: буквально через минуту тьма стала «светлеть», а весь мир вокруг стал серым, словно кто-то украл все цвета.
– Пойдем. Нас не увидят.
И впрямь: мы прошли совсем рядом со стражей, а те никак не отреагировали.
– Исследуй, – скомандовал Абель, отпуская мою руку.
Я не стала ждать, сделала несколько шагов и прикоснулась двумя руками к статуе. Выпустить немного магии внутрь статуи…
Я сделала шаг и едва не столкнулась с Абелем – он совершенно бесшумно подошел ко мне вплотную.
– Что?..
– Не обращай внимания, – сказал он. – Хочу понаблюдать за тем, что ты делаешь.
Я сглотнула – только этого не хватало. Я свою силу скрывала совсем не для того, чтобы кто-то внимательно изучал ее проявления и пытался разгадать!
Тем более дракон. Бессмертный. Темный. Любопытный и беспринципный. Что он сможет узнать, увидев, как я использую свою силу? Поймет, в чем ее суть? Расскажет другим? Я стиснула зубы, попросив себе двойное благословение смелости. И удачи заодно. Промучаюсь от отдачи дней через пять-шесть, зато никто не догадается, почему я изо всех сил остаюсь на позиции низшего лекаря и стараюсь не привлекать внимания.
– Вы меня смущаете, – сказала я. – Я не могу нормально работать со статуей.
– Сильно?
– До смерти, – процедила я.
– М-м-м, я очень хорошо чувствую приближение смерти. Когда ты начнешь умирать, я прекращу на тебя смотреть и смущать, – пообещал Абель. – А теперь не трать наше время. Даже дракону нелегко поддерживать это заклинание тёмного сокрытия.
– И бессмертному? – удивилась я.
Абель уничтожал такие орды монстров, используя несколько десятков заклинаний высшей магии (согласно отчетам), что не верилось, будто одно маленькое высшее заклинание способно его вымотать.
– Нет, конечно. Оно не работает само по себе, его нужно поддерживать, а мне лень, – улыбнулся Абель.
Чего и следовало ожидать.
Я положила руки на статую и погрузилась свою силу в нее в поисках отголосков светлой магии. Благословение работало на меня – много сил не потребовалась. Светлая сила, словно почувствовав наше сродство, тут же скользнула к моим ладоням. Бедный огонек благословения! Он так прятался от того, что его изгоняло и пыталось выбросить из «дома» – статуи.
 
– Покажи мне, – прошептала я, закрывая глаза. – Покажи мне, кто разрушил твой дом, кто тебя обидел.
Рядом я услышала удивленный вздох – ну да, с такими методами взаимодействия со светлой силой не сталкивался даже дракон. Они исключительно мои, созданные мной и использованные тоже только мной.
Тепло согрело мои ладони, прошлось по рукам к груди, к шее и добралось до головы. Сразу стало горячо, щеки наверняка покраснели. И тут же возникла картинка: полдень, теплое приятное солнышко, торопящиеся люди, повозки, путники, которые подходят к статуе, чтобы помолиться или прикоснуться.
Размытая фигура в черном плаще – почти таком же, который сейчас на Абеле – появилась перед статуей. Человеческие руки прикасаются к источнику. Ощущение едкой, пронзающей и разрывающей магии. Она словно отравляет статую, заставляет свет сжиматься, убегать, прятаться.
А потом фигура уходит, никто ничего не замечает, жизнь идет своим чередом. Я сжала зубы – фантомная боль, которую испытывала статуя, передалась и мне. Так, ещё чуть-чуть, посмотреть, куда этот человек – это точно был человек! – уходит. Еще бы и боль не мешала…
– Достаточно. – Меня буквально за шкирку оттащили от статуи, из-за чего я не могла ее касаться – и, конечно же, потеряла связь.
– Кха-кха, – я невольно закашлялась. Поглубже вдохнув, спросил: – Что вы делаете?
– То, что обещал. Внимательно наблюдал, чтобы ты не умерла, – заметил Абель.
– А было похоже? – сипло спросила я.
– Очень даже.
– Фантомная боль. Отголосок. Умирал свет внутри артефакта, а не я, – ответила я.
– О, вот как? Прошу прощения. В следующий раз я в полной мере наслажусь тем, как ты корчишься от боли, – без капли злости или ехидства заявил Абель. – Люблю смотреть на чужие страдания.
– Рада, что доставила удовольствие, – пробормотала я, начиная приходить в себя.
Внезапно рука Абеля легла между моих лопаток, и чуть прохладная магия разогнала противный жар. Это не лечение, а, скорее, нейтрализация. Он и такое может?
– Хочу слушать адекватный рассказ, а не сипение, – тут же пояснил Абель. – Пойдем отсюда. Ты сведения собрала, я – тоже, поговорить можно и в переулке.
– Человек, – сказала я, как только мы покинули площадь и оказались в очередном узком проходе между домами. – Это точно был человек, не черный маг, не марионетка, не демон. Статую разрушил человек. Понимаете, что это значит?
– Что-то очень нехорошее, – ухмыльнулся Абель. – Как разрушил?
– Магией, какой – я не поняла, – честно ответила я, прислоняясь к пошарпанной стене дома.
Голова немного кружилась после применения моей силы, а на плечах была чужая одежда, которую не мне стирать, так что хоть на землю ложись, если захочется. Главное, чтобы мой дражайший начальник не решил, что я ленюсь.
– Принуждение? Промывка мозгов?
– Невозможно. Стоит человеку под ментальным воздействием приблизиться к статуе, как все это воздействие спадает, – заметила я. – И… я бы поняла.
– Значит, группа фанатиков, которые верят, что с падением света придет тьма и всем станет хорошо, – сделал выводы Абель.
– Почему группа?
– Потому что, дорогая моя помощница, любое существо, повредившее светлые артефакт, будет проклято и умрет через пару дней в страшнейших муках, – подмигнул мне Абель. Да-да, очень веселая тема. – А светлые источники уже несколько месяцев гаснут, так что в одиночку не справится.
– Только если это не бессмертный, – заметила я, отлипая от стены – кажется, пришла в себя.
Абель же махнул рукой, призывая следовать за ним. Он… давал мне передышку? Или до сего момента не решил, куда нам идти?
– Невозможно, – тут же отверг мое предположение Абель. – В этом мире осталось всего трое бессмертных, включая меня. Один погрузился в глубокий сон и не выходил из него уже более ста лет, а эльфийка Маресса слишком занята увядающим древом жизни, чтобы добраться до Асфорта и проклясть ни в чем не повинный артефакт.