Светлая помощница темного дракона
– Неужели совсем не страшно?
– Страшно, – не стала отрицать очевидное. Да и если бы не согласилась, кто знает, не доказал бы Абель из-за драконьей гордыни, что очень зря я его не боюсь? – Но очень не хочется барону свое тело на блюдечке преподнести.
– А мне свое душу? – хохотнул Абель. Увидев моё удивление, пояснил: – Разве среди вас, светленьких, не ходит легенда, что я чужие души высасываю, потому и бессмертен?
Я на секунду задумалась и честно ответила:
– Такую прям не припомню. Было исключительно про опыты и расчленение.
– Какая честная, – усмехнулся Абель. – Забавно. Что ж, Флер, твое предложение не такое уж и плохое. Неизвестного светлого, а уж тем более полноценного лекаря, я бы точно не взял. Потом совет весь мозг бы выел, почему у меня лекарь то ли сбежал, то ли покалечился, то ли от нервного срыва уехал лечиться, то ли помер. Да и с жалобами от него на моих людей мне разбираться не хочется. С тобой этой проблемы не возникнет. Но и не возникнет ее и в том случае, если светлый будет приходящим.
– Что вы хотите? – прямо спросила я.
Абель действительно ценил свое время. Если бы он хотел отказать мне, то сделал бы это сразу, без рассуждений. А это значит, что он хотел какие-то условия добавить. Вопрос только один – какие?
– Что-нибудь еще, – улыбнулся Абель. – Предложите мне, Флер, что-то еще, чтобы я счел вас небесполезной и согласился приютить на своей территории.
Ах да, как же я могла забыть? Абель был отнюдь не мрачным и нелюдимым злодеем. Он был злодеем, которому нравилось подшучивать над людьми. Не по-доброму, конечно же. Я бы назвала это своего рода издевательством. Обычное поведение бессмертного, которого смертные могли лишь забавлять.
Вот и сейчас начнется.
Предложу какую-то мелочь – скажет, что я оскорбляю его глупостями.
Предложу что-то серьезное – будет смеяться, что слишком уж высоко оцениваю работу под его началом. И обязательно добавит, что не готов к подобной ответственности. Мол, он хороший бессмертный, негоже ему развлекаться за счет миленьких наивных красавиц.
Знаю, видела уже такое, правда, исключительно со стороны. Теперь, видимо, придется стать непосредственным участником. С другой стороны, хороший признак: Абель никогда не шутит над тем, кто ему не нравится или от чьего общества желает избавиться.
Так что шансы есть. К тому же, я знаю, что он хочет. И я могу помочь ему достигнуть желаемого. Потому я пошла с козырей:
– Как думаете, почему я, простая целительница низкого ранга, присутствовала на всеобщем собрании?
– Почему же? – спросил Абель. – Или вы хотите, чтобы я поиграл в угадайку?
– Ничуть. – тут же мотнула головой. Спорить с бессмертным темным драконом – абсолютное безрассудство, как-нибудь обойдусь.
– Я свидетельница. Лично видела, как статуя угасла. На собрании я лишь описала то, что видела невооруженным взглядом. Но было и еще кое-что… Мои ощущения. Мой дар отличается от того, которым обладают лекари, поэтому я с уверенностью могу сказать, что артефакт пришел в негодность не сам по себе. Его кто-то целенаправленно испортил. А так как на нем не было черноты, то сделал это не демон, а кто-то…
Абель цокнул и схватил меня за руку.
Перед глазами все закружилось, я едва не прикусила язык. Когда я проморгалась, то увидела, что мы стоим в какой-то комнате, подозрительно напоминающей спальню. Судя по разбросанным вещам – черным и с серебристой каемкой – спальню Абеля. Только он позволял себе носить все черное даже на всеобщем собрании, где этот цвет считался притягивающим неудачи.
– Зачем?.. – спросила я, когда Абель отпустил мою руку.
Я впервые была в спальне мужчины. И наедине с мужчиной. Как-то… неудобно.
– Затем. Думаешь, в коридоре нет лишних ушей? – презрительно фыркнул Абель, не обратив на мое смущение ровно никакого внимания. – Твои слова – серьезное обвинение. К артефактам могут прикасаться исключительно светлые маги. А повредить артефакт и не получить смертельное проклятие – только высшие светлые маги. Таких всего пара десятков. И все они занимают серьезные должности. Хочешь, чтобы тебя тихо убрали?
Я вздохнула. Я похожа на идиотку, которая бы не подстраховалась? Но он перенес меня… неужели ему не все равно, что какую-то малознакомую девицу, с которой он всего один раз ходил на задание, прибьют? Или хотел узнать побольше о ситуации?
– Благословение тишины, – сказала я. – Даже бессмертный дракон его не замечает, так разве мог бы кто-то прорваться и подслушать меня?
О, я удивила Абеля.
– Ты даже такое умеешь? И тебя до сих пор оставляют на позиции низшего лекаря? – усмехнулся Абель. – Чванливые глупцы, которые не в силах отбросить свои предубеждения и отклониться от давно устаревших критериев. Измерять всех небоевых светлых лишь по способности залечивать раны – это уже даже не смешно, а жалко. Рано или поздно их система рухнет. Так что ты мне хотела предложить, свидетельница?
– Так как угасание артефакта – дело рук человека, то когда такой артефакт погаснет, я смогу найти виновника, если предварительно наложу на статую определенные благословения, – улыбнулась я.
– И какой мне с этого толк?
– Камень глубинной магии. Король обещал его тому, кто первым отыщет причину и предоставит доказательства. Разве вам он не нужен?
Абель опасно сощурился, его аура, которую он сдерживал, внезапно вырвалась на волю. Моя светлая сила меня защищала, но если Абель так продолжит «давить», то долго улыбаться я не смогу. Да что улыбаться? Боюсь, я свалюсь в обморок – и совсем не из-за страха.
– Откуда ты это знаешь? Рекомендую ответить без утайки, иначе… твою целостность я гарантировать не смогу.
Камень глубинной магии – любимый предмет сильных мира сего. Его можно использовать как накопитель, сделать из него оружие, превратить в сильнейший защитный амулет. Но есть у него еще одно свойство – исправлять проблемы с магией у бессмертных. Неужели у Абеля?.. Оформиться мыслям я не позволила. Меньше знаешь – дольше живешь, больше благословляешь. Все ради всеобщего блага. Светлая я или кто?
– Увидела список претендентов на него! – тут же ответила я.
– Где увидела?
– Там же, где и распределение лекарей по территориям. – Я отвела взгляд – как-то неловко сообщать о том, что покопалась в чужих бумагах в чужом кабинете в отсутствии хозяина.
– И как тебя никто не заметил? Благословение, да? Оно же даже за магию не считается. Поэтому никто – ни могущественные маги, ни артефакты, ни драконы и бессмертные не обращают на это внимание, – фыркнул Абель, мигом успокаиваясь. – Тебя надо было не в лекарское крыло отправлять, а обучать на шпиона. Узнавать закрытую информацию у тебя получается лучше, чем лечить.
А вот и нет. Лучше всего я умею делать три вещи: благословлять, оборачивать чужие слова себе на пользу и разрушать ожидания своих недругов.
Абель взял под контроль свою ауру, чем несказанно меня порадовал: пронесло.
– Ну так что? Как вам мое предложение? Разве не выгодно? – спросила я, пряча руки за спиной в замок – не хотела использовать еще одно благословение на себе, что скрыть противную дрожь страха.
Благословлять других легко, а вот саму себя всегда трудно. И последствия чрезмерного использования этой силы наступают очень быстро. И без того наложила и удачу, и интуицию, и смелость, и… Да много чего! Я ж не от природы такая выдержанная и бесстрашная, чтобы без подготовки разговаривать с драконом, для которого смертные значат не больше, чем для нас – муравьи.
– Хорошее предложение, – довольно кивнул Абель. – Вместе с твоими эксклюзивными талантами в добыче информации даже не выглядит блефом отчаявшейся девицы.
Я криво усмехнулась в ответ.
– Хотя… Хотя изначально я хотел предложить тебе другое, – заметил Абель. – Рассчитывал на твою догадливость. Но у нее какое-то не такое направление.
– И что же? – спросила я.
– Видишь ли, я не держу на территории Реветта бесполезных людей. Со слабыми я еще могу как-то смириться, но вот те, кто бездельничает, там не нужны. – Абель шагнул ко мне.