Светлая помощница темного дракона

– Поговорим о нашем проклятом преступнике? – спросил Абель, вертя отключенный артефакт в руке – словно пытался его загипнотизировать.
– А без этого обсуждения никак? – ответил Шейн.
Его длинные волосы, которые из-за сражения выглядели кроваво-красными, внезапно превратились в иссиня-черные, да и сам он вместо дикого необузданного воина стал напоминать аристократа.
– Ты можешь поклясться передать мне камень глубинной магии и ничего не рассказывать. – Пожал плечами Абель. – Но что-то мне подсказывает, что такой вариант тебя не устроит.
– Абсолютно. В любом случае, Абель, ты уже опоздал. Я убил проклятого, зафиксировал его смерть, а также доказательства его причастности к разрушению светлых артефактов, – сказал Шейн. – И, прежде чем ты подумаешь, как быстрее убить меня, скажу еще, что уже направил все эти доказательства королю. Так что награду ты не получишь.
– Серьезно? – фыркнул Абель. – Тогда что-то здесь не сходится. Потому что около пятнадцати минут назад, согласно отчету моих людей, светлый артефакт погас в одном из городов на самой границе. Если проклятый мертв, то кто уничтожил артефакт?
Шейн не слишком красиво выругался сквозь зубы, Карина тут же вскочила из-за стола:
– Я уточню.
Получив кивок от Шейна, она выбежала за дверь. А следом вышел и Абель, у которого замигал артефакт связи. Эм, а это нормально? Оставлять меня тут наедине с господином кровавым магом, а?! Точнее, оставлять меня рядом с тем, кто пристально смотрел на все время, не скрывая ни любопытства, ни недоумения.
– Раз нас все покинули, госпожа светлый маг, не хотите ли заключить со мной сделку? – внезапно сказал Шейн, от чего я едва не подавилась чаем, который пила. – Я много чего могу предоставить за интересующие меня сведения.
Прямо так сразу? Он нормальный? Нет, в отличие от Карины, его Абель не прибьет. Но меня-то может! Господин Шейн желает моей смерти или что?
– Информацию про Абеля предоставлять не буду, – тут же сказала я.
– Про него не нужно. Мне интересно узнать о вас, – ухмыльнулся Шейн. – Что вы такое сделали для Абеля, раз он с легкостью решил бросить меч? И не надо рассказывать сказки про удачу. Темному настолько трудно выпустить из рук свой меч, что он не станет этого делать, даже если пара сотен человек погибнет в процессе. Но ради вас он его бросил.
Меч темного? Я что-то такое слышала. Мол, темные маги создают мечи из собственной тьмы, а потому очень привязаны к ним. Но это же Абель, он вообще исключение из всех исключений!
– Расчет? – предположила я.
– Вовсе нет, любовь темных магов к мечам не поддается логике и пониманию. Это на уровне инстинктов, – мягко возразил Шейн. – Но ради вас он этот инстинкт переборол. Это не объяснить ни выгодой, ни расчетом, ни вашим благословением.
– Надеюсь, вы не начнете нести бред о том, что я ему нравлюсь, – с сарказмом ответила я. – Это сказки для романтичных девочек, не так ли?
– Верно, я бы не стал утверждать это так однозначно, хотя у Карины другое мнение. Но и Абель не относится к вам как к простому полезному существу. Вы что-то сделали для него. Что-то очень важное. И тут лишь стоит вопрос – что и когда? Не расскажете, как вы познакомились? Всего лишь история вашего знакомства – а я подарю вам, допустим, артефакт, способный отвести от вас смерть?
Артефакт, отводящий смерть? Шейн так шутит, развлекается, как и Абель, но немного в другом стиле? Кто в здравом уме вообще отдаст такую ценность? Артефакт, способный спасти в самой безнадежной ситуации, слишком ценен, чтобы предлагать его за какую-то историю знакомства!
Смешок вырвался сам по себе.
– Вы мне не верите. – Шейн утверждал. – Могу предоставить магический контракт. Могу даже передать артефакт и закрепить на посмертное использование.
Так, если Шейн и шутит, то очень странно и специфически. Посмертное использование означало, что Шейн не сможет забрать этот артефакт обратно, даже если я умру.
– Абель…
– Не услышит. Хотя я мог показаться слабаком, который проиграл слишком быстро, но, по факту, мы не бились всерьез. Иначе, боюсь, половина города была бы уничтожена.
 
– Вы хотите сказать, что Абель вам проиграет?
Кому он сказки рассказывает? Я не предсказательница, чтобы определить будущее, но всегда могла проверить уровень силы того или иного существа, прикинув «пробное» благословение. Я уже делала это: мысленно создала одинаковое благословение, примерила его сначала на Шейна, потом – на Абеля. Кто требует больше сил, тот и сильнее. Абель был сильнее, намного. Такая разница позволяла пусть и не без труда в случае неудачно складывающихся обстоятельств, но все же гарантированно победить Шейна.
– Нет, конечно. Абель сильнее в бою. Я сомневаюсь, что хоть кто-то в нашем королевстве способен с ним сравниться. Но есть материи, в которых я искуснее. Например, в поиске или сокрытии информации. То, что я отыскал проклятого, когда Абель не смог, разве не лучшее тому подтверждение?
Шейн мог быть убедителен.
– Зачем это знать? – спросила я. – Честно, я не понимаю, с чего вы и Карина решили, что Абель относится ко мне как-то по-особенному. Для этого нет причин.
– Потому что я любопытен. Потому что Абель – то существо, которое я хочу видеть союзником, а не врагом. А как можно быть союзником, если напрочь не понимаешь ход его мыслей? Что для него важно? Характер? Поэтому для меня ценна любая возможность узнать побольше о нем, – улыбнулся мне Шейн. – Вы как раз и есть такая возможность. Уникальная. И я готов соответствующе за нее заплатить. Или вам часто предлагают за информацию артефакт, который не в каждой королевской сокровищнице найдешь?
Это и пугает! За что такие вещи предлагать скромному и непримечательному светлому магу?
– Боюсь, мой рассказ вас разочарует до такой степени, что вы захотите меня убить за самую невыгодную сделку в вашей жизни, – ответила я. – Все наше знакомство с Абелем – мимолетное, случайное. Стечение обстоятельств, одно совместное задание, во время которого Абель дважды предлагал меня убить, чтобы я не путалась под ногами и из-за меня никто не умер. Лишь когда он понял, что я полезна, тогда что-то изменилось. Но будем говорить прямо – он ко всем полезным людям, которые не делают глупостей, относится довольно неплохо. По крайней мере, сдерживает свое желание поиздеваться и старается случайно не убить.
Шейн рассмеялся. На удивление, он оказался куда более нормальным и человечным, чем я представляла изначально.
– Но все же… Расскажите мне, госпожа светлый маг. И, возможно, я отгадаю эту загадку – загадку уникально хорошего отношения Абеля к вам – самостоятельно. И даже вам расскажу, пусть будет бонусом к артефакту.
А у меня от такого ничего не треснет, господин кровавый маг? Жаль, что я не могла прямо сказать это! А насчет нашей первой встречи с Абелем… Да я ее без содрогания вспомнить не могу, а уж кому рассказать!
– Госпожа светлый маг? – мягко позвал меня Шейн. – Что насчет сделки?
– Пожалуй, я откажусь. Не вижу выгоды, – улыбнулась я.
– Считаете, что амулет, отводящий смерть, для вас невыгоден? – Хорошо, что Шейн закончил пить чай, иначе точно бы выплюнул его от удивления.
Ну да, не каждый день отказываются от сокровищ, ценою в небольшую страну.
– Считаю, что если я и впрямь до такой степени важна Абелю, то мне никакой амулет не нужен, – хмыкнула я, закидывая ногу на ногу. – Или вы думаете, что какой-то жалкий артефакт может сравниться со способностью Абеля защищать что-то, что ему ценно?
– А если вы не так уж и важны для Абеля? Разве это не хорошая сделка?
– Тогда это просто отвратительная сделка. Если я не важна Абелю и посмею его каким-то образом подставить, то можете предположить, что со мной будет? Ничего хорошего. И амулет, отводящий смерть, меня не спасет. От бессмертных, знаете ли, нет никакого спасения.
– Но чем вы его подставляете? Это история знакомства, не более.
– Понятия не имею чем, – откровенно ответила я. – Но когда это чрезмерно могущественных существ интересовали чьи-то мотивы и причины?