Суженая для дракона (СИ)

Вон, как дядя на готовые тренажеры поглядывал, чуть ли не облизывался. Но, конечно, при деде, не выказывавшем радости от помощи любимой внучке, заниматься ни на одной тренажере Аорон не решался. А хотелось бы, в этом Вика была уверена.
А потом пришел муж. Прямо как в пошлых анекдотах. Только здесь любовников не было. Зато были тренажеры, которые дражайший супруг окинул недоуменным взглядом.
Мол, что за дичь здесь творится?
Чтобы показать, что да как, Вика легла на пол, начала качать мышцы рук. Качала недолго, заметив масленый взгляд мужа. Ну точно у кота, примерившегося к куску мяса, оставленного без присмотра на столе. Мысленно скрутив кукиш, Вика поднялась.
— Теперь понятно, какие тренировки здесь будут? — уточнила она.
— Распутство, — отрезал муж.
Вика удивленно подняла брови:
— А я когда-то кого-то спрашивала о разрешении или мнении?
Муж недовольно поджал губы. Аорон тихо фыркнул.
  
Глава 22
 
Своевольная супруга вела себя излишне смело. Эдуард привык к другому отношению. Да что скрывать, он и к другим женщинам привык: мягким, скромным, тихим, слабым, нуждающимся в мужской помощи. Та, что сейчас показывала, как качать мышцы, по мнению Эдуарда, была способна голыми руками завязать в узел виверну или отломать рог единорогу. Ни почтения к титулам, ни уважения к возрасту — у нее не было ничего.
Остаток дня Эдуард провел, вместе с отцом занимаясь государственными делами. Отцу, довольно долгое время проведшему в ином мире, требовалась помощь, чтобы вникнуть в некоторые государственные вопросы.
— Сегодня, сын, — наконец-то оторвавшись от документов, отец посмотрел на Эдуарда. — Сделай ее женщиной сегодня.
Эдуард раздраженно поморщился:
— Не удивлюсь, если не получится, — проворчал он. — Она своим поведением все желание отбивает.
Отец ухмыльнулся:
— Что я слышу? И главное — от кого? А кто несколько лет назад утверждал, что от него все женщины в восторге?
Крыть было нечем.
К молодой жене Эдуард шел с боевым настроением. Пора было наконец-то показать, кто хозяин в этом доме. Женщина, пусть она и наполовину богиня, наполовину демоница, обязана слушаться своего мужчину!
Супруга, в коротком халатике, длиной всего лишь до середины бедра, сидела в кресле и что-то читала.
— Стучаться не учили? — не подняла она даже головы от книги, едва Эдуард переступил порог ее комнаты.
— Ты — моя жена, — ядовито просветил он.
— Жена — не вещь.
— Жена обязана подчиняться мужу, а не устраивать невесть что.
Эдуард наконец-то подошел к супруге, навис над ней, пожирая взглядом голые ноги.
— На мне еще и нижнего белья нет, — любезно просветила она.
Отсутствием воображения Эдуард не страдал. Сглотнув, он почувствовал возбуждение.
— Развратница, — сообщил он супруге.
В ответ она поднялась, буквально прижимаясь к нему всем телом, вызывающе улыбнулась и спросила:
— Что, никогда еще не спал с развратной женой? Представь себе, я девственница, но…
Она не договорила. Эдуард надоело слушать бессмысленные слова.
Он махнул рукой за спину — дверь закрылась сама. В следующую секунду Эдуард накрыл губами губы своей законной супруги, подчеркивая эту самую законность и стремясь сделать ее женщиной прямо сейчас.
В принципе, Вика была не против секса. Надо же когда-то становиться женщиной. Так почему не с типом, выбранным ей в мужья?
Вымывшись с помощью приставленной к ней служанки, ее ровесницы, Вика решила не надевать нижнее белье. А смысл, если потом все равно раздеваться придется? А так — халатик расстегнула, и можно мужа шокировать.
Приняв наиболее соблазнительную позу. Вика открыла книгу, принесенную служанкой из местной библиотеки, и сама не заметила, как с головой погрузилась в сюжет.
Сложные любовные перипетии в сочетании с приемными детьми, подкидышами, загадками и тайнами прошлого захватили ее целиком.
И когда дверь без стука открылась, Вика как раз дочитывала эпилог.
— Стучаться не учили? — поинтересовалась она, перелистнув последнюю страницу.
 
— Ты — моя жена, — последовал нахальный ответ.
— Жена — не вещь.
— Жена обязана подчиняться мужу, а не устраивать невесть что.
— На мне еще и нижнего белья нет, — поддела любимого супруга Вика.
— Развратница, — последовал вполне ожидаемый ответ.
Вика фыркнула про себя: какие мы нежные. Как без трусов, так сразу развратница. При этом спать со всеми бабами подряд не стесняется.
Она поднялась из кресла, прижалась своим телом к телу мужскому, вызывающе улыбнулась и спросила:
— Что, никогда еще не спал с развратной женой? Представь себе, я девственница, но…
Договорить Вика не смогла: ей банально заткнули рот. Да, поцелуем. Но все же!
Первые две-три секунды она приходила в себя, а затем ответила, со всей страстью, на которую была способна.
По венам словно пробежал жидкий огонь, внезапно стало жарко. Вика почувствовала, как начали подрагивать ноги. Голова закружилась, то ли от недостатка воздуха, то ли от избытка эмоций.
Целовался муж умело. Мужской язык поглаживал ее язык, его губы ласкали ее. Вика ощущала небывалую легкость.
Когда в дверь замолотили чем-то тяжелым, Вика готова была послать на голову той сволочи все известные ей проклятия.
— Госпожа… — послышался взволнованный голос служанки. — Ваша сестра, госпожа…
— Что еще, — Вика все же отстранилась от мужа. — Кого она там убила?
Супруг сверкнул глазами, тяжело дыша:
— Так и пойдешь выяснять? Без трусов?
— А мне кто-то будет халат поднимать, чтобы в этом удостовериться? — насмешливо поинтересовалась Вика.
И, не слушая брани за спиной, в два шага оказалась у двери. Надо было идти спасть того идиота, что посмел обидеть ее ненаглядную младшую сестричку.
  
Глава 23
 
Жена выскочила за дверь в том самом легком халатике, в котором встречала Эдуарда. Сейчас, когда она шла, халат едва прикрывал ей колени. Настоящее распутство! Но рядом с женой по коридору размеренно шагал один из гортарнов, предупреждающе косившийся на Эдуарда. И тому ничего не оставалось, как молча скрежетать зубами от бессильной злости. И идти следом, конечно!
Несмотря на то, что власть теперь вернулась в руки отца, Эдуарду все же был дорог этот дворец. Да и придворных он жалел. Не всех. Некоторых. А потому стоило выяснить, что и где произошло.
Вместе со служанкой, показывавшей дорогу, они толпой завалились в то самое помещение, с тренажерами.
— Четче движения! Четче, я сказала! А ну не ленись! Ать-два! Левой, правой! Эй, ты, в красных штанах! Еще десять наклонов! Десять, я сказала, а не пять! Куда ты там намылился, синештанный?! Кого давным-давно ждет велотренажер?!
Крича, словно торговка на рынке, сестра жены; в обтягивающих штанах и кофте ходила по комнате и внимательно следила, чтобы трое придворных выполняли все упражнения. На кончиках ее пальцев то и дело вспыхивали разноцветные огни — несомненный признак демонической крови. Возле двери в комнату обнаружился второй гортарн, сидевший с видом надсмотрщика.
Эдуард стоял в растерянности на пороге и не знал, злиться ему или смеяться. Первый раз в его относительно длинной жизни женщина, не стесняясь, приказывала сразу нескольким мужчинам. Да не просто приказывала.
— Ты хочешь, чтобы они инфаркт схватили? — с насмешкой в голосе поинтересовалась жена. — Вон тот, крайний, уже и дышит тяжело.
— Ничего, назвался драконом, пусть соответствует, — небрежно бросила через плечо сестра жены. Она даже не оглянулась на скрип двери. Словно не хотела отвлекаться от процесса воспитания. — Ты представляешь, что они мне предложили? Развлечься с ними, сразу с тремя. Ну, я и устроила им развлечение. Только они, гады, почему-то не оценили моего жеста доброй воли.
«Гады», все дружно, бросили умоляющие взгляды в сторону Эдуарда.