Зверь-из-Ущелья (СИ)
Не забыть. Не избавиться.
Воспоминания о Звере и его голосе, о прикосновениях, поцелуе, о тепле тела – близком, о запахе – знакомом, о мире, который он олицетворял, лишали сил. Даже если я всё себе придумала, если тронулась рассудком, и если эти чувства родились из желания бунтовать и сопротивляться судьбе, я не могу их выжечь.
А сейчас щёки пылали. Удары сердца барабанным боем отдавались в ушах. Кое-как я добралась до своей комнаты и заперла дверь.
Рискну ли я совершить самый глупый и возмутительный поступок в своей жизни? Рискну ли спуститься на равнину? Или задвину наивные мечты на задворки разума и продолжу, как ни в чём не бывало, служить Матери Гор, чтобы в далёком будущем принять пост Верховной?
Перед мысленным взором встало лицо матушки Этеры – смотрит укоризненно, качает головой. И тут же образ её развивает ветер, и на его место приходит другой. Тот, что заставляет дыхание сбиваться. И робкая надежда на новую встречу поднимает голову.
Лестриец. Чужак. Частица далёкого мира, который мне никогда не познать.
Но можно хотя бы попытаться.
Я сползла на пол и откинула крышку сундука. Постучала по кварцевому светильнику – комната озарилась приглушенным светом.
Мои камни, мои сокровища… Среди них должно быть всё необходимое, чтобы сотворить артефакт, а волос Орвина у меня уже есть.
Ох, бедный мой братец! И бедная моя голова, если кто узнает.
Магию перевоплощений юные жрицы изучали под чутким руководством матушки Этеры. Амулеты, которые могли менять обличье, стоили очень дорого и изготавливались только по предварительному заказу. Кто–то считал, что само их существование безнравственно, потому что служило обману, но награда, как обычно, перевешивала. В прошлом году мы сделали такой для одного о-очень богатого лестрийца, чтобы тот мог проследить за женой, которую заподозрил в измене. Чем закончилась эта история, мне неведомо.
А сейчас мне и самой предстоит испытать его действие.
Матерь Гор, до чего я докатилась!
Возле подъёмника меня нагнал властный голос матушки Этеры. Я замерла, как воришка, пойманный на месте преступления. Амулет под просторной рубахой жёг грудь, как будто я приладила вместо камня горячий уголь.
Спокойно, Рамона. Всё в порядке.
– Куда ты направляешься? – поинтересовалась жрица, замерев напротив меня.
– В святилище у Узвилистой.
Тонкая бровь взметнулась.
– Куда-куда? Там сегодня должна быть Инира.
– Всё верно, – я кивнула, призывая на помощь всю свою выдержку. – Но мы с ней поменялись. Это ведь не запрещено?
У нас было чёткое расписание того, кто, когда и где совершает службы, но иногда график менялся, если, например, одной из сестёр нездоровилось. А Инира всю неделю ходила бледная, и, когда я предложила ей взять службу на себя, с радостью согласилась.
С Инирой мы неплохо ладили, даже, я бы сказала, дружили. Не так давно и крепко, как с Сорой, Тирой и Коринной, но всё же. Инира была простой добродушной девушкой, никогда не задирала нос, как многие другие жрицы. А ещё коллекционировала улиток и по рассеянности надевала разные серьги.
– Нет, Рамона. Конечно, нет, – Верховная расслабила плечи и, кажется, немного подобрела. – Но это далеко. Когда ты вернёшься?
– Постараюсь долго не задерживаться, матушка. Надеюсь, что уже через три дня буду в Антриме.
Святилище у реки Извилистой было выбрано мной не случайно. После долго разглядывания карты в кабинете отца – пришлось воспользоваться Даром, чтобы проникнуть туда незаметно – я поняла, что именно оттуда будет удобнее всего попасть на равнины. От святилища, что расположилось в предгорье, до Лестры самая прямая дорога.
Стоило только подумать о том, какой сумасшедший поступок я задумала, вспотели ладони.
– Можно мне идти? – я кротко опустила ресницы. Ну, просто невинная овечка! В мыслях только долг, служение и никаких мужчин! Правда–правда.
Жрица окинула меня пристальным взглядом.
– Ещё кое–что, Рамона. В последнее время ты не замечала ничего… странного?
Мысли заметались, как испуганные птицы. Не могла же она что-то заподозрить? Матерь Гор, не выдай меня, пожалуйста!
Я отрицательно помотала головой.
– Нет, матушка. Но, если что–то случится, я обязательно расскажу!
– После устранения Красных Топоров в горах стало спокойней, но всё же, стоит быть начеку. И не расходуй Дар понапрасну.
Мне показалось, или она собиралась сказать о другом? Пора заканчивать этот разговор, иначе я рискую выдать себя. Вежливо попрощавшись и пожелав матушке милости богини, я почти полетела прочь.
Спустившись вниз и миновав границу Антрима, сотворила врата, хоть Верховная и просила этого не делать. Совесть напомнила о себе лёгким уколом, но в этот раз я не могла позволить себе трать много времени на передвижение. Быстрого и прямого пути до Извилистой не существует, а мне и службу надо успеть совершить, и на празднике Маков повеселиться. Середина лета уже на носу, да и зря я, что ли, так упорно трудилась над амулетом?
Переход основательно истощил мои запасы – всё-таки до святилища было слишком далеко. Зато я вышла из врат аккурат у неприметного входа в пещеру. С первого взгляда и не догадаешься, что где-то здесь, под землёй, расположился один из храмов Матери Гор.
Прежде, чем войти внутрь, я умылась в реке и долго держала в воде руки, чувствуя, как усталость понемногу отступает. Жаль, что сейчас рядом со мной нет Ренна, ведь в прошлый раз я вычерпала себя почти до дна, а восстановление прошло на удивление быстро. Как будто я вытянула силы не только из проточной воды, но и из него.
Воспоминания о том купании обожгло щёки краской. Ведь клялась же себе не думать об этом! Но, стоило закрыть глаза, как в голову упрямо ломились жаркие образы и ощущения сильных мужских рук на моём теле. Тогда я не постеснялась даже раздеться донага в присутствии Реннейра. Конечно, я была в нём уверена и знала, что он не стал бы смотреть или трогать, но собственная смелость будоражила нервы.
Такими темпами я окончательно растеряю настрой на службу и вызову гнев богини. Нет уж, хватит с меня таких потрясений! Я мысленно надавала себе затрещин и вошла в святилище.
На этот раз про закончилось быстро. Матерь Гор не посылала ни пророческих снов, ни видений, и даже рождение новых врат застать не удалось. Совершенно неожиданно в голову пришла мысль, что из храма у Трёхпалой скалы к Ущелью Забытых меня привела божественная воля. В суматохе последних событий я почти забыла об этом, не рассказала никому, словно чувствовала – пока не время. Могут посыпаться ненужные вопросы, а моей голове и так уже неплохо досталось. И ещё достанется!
Я быстро перекусила и ополоснулась в реке. До вечера было ещё далеко, но я понятия не имела, сколько придётся добираться до Лестры, и где вообще будет проходить этот праздник. Вдруг затея показалась до невозможности глупой и наивной – ну, кому я там сдалась? Буду бродить, как неприякаянная, заблужусь ещё, попаду в переделку. Ренн точно уже забыл о моём громком обещании – он занятой человек, сын лорда. Не будет же караулить, когда названная гостья соизволит явиться?
Может, да ну этот праздник? Сейчас вернусь в Антрим, сбегаю с девчонками в купальни, или запрусь у себя в комнате, напьюсь горячего взвара и лягу спать. Так соблазнительна мысль о мягкой постели, о душистой подушке, набитой травами…
Нет!
Я вытащила из-под рубашки амулет и вгляделась в сияющие глубины опала. Нет… Не время сомневаться, когда часть пути уже пройдена. Я ведь всегда мечтала увидеть мир за пределами Западных Гор, а другого шанса может и не быть. Лучше я рискну и потом пожалею, чем всю оставшуюся жизнь буду корить себя за бездействие.
Серебряный амулет нагрелся, соглашаясь. Серебро вообще лучше всего отзывалось на нашу магию, следом шла медь. А вот золото, которое так ценилось во внешнем мире, было вредным и несговорчивым. Чаще всего оно шло для изготовления обычных, безмагических украшений.
