Горькая правда (СИ)

Алимовы ждали нас с ужином. Я наблюдал, как Юля, стиснув в объятия Анютку, зацеловывала ее, поражаясь, как она любит эту не родную ей девочку. Юля станет хорошей матерью когда-нибудь, а я, надеюсь, буду достойным ей мужем и отцом наших детей. От одной мысли, что у меня будет настоящая семья, тепло разливается в моей душе, мне так хорошо, что я боюсь пошевелиться, боюсь проснуться и почувствовать пустоту, которая была в моей душе до встречи с моей Синичкой. С моей Юлей, которая вернула меня к жизни. Отрезвила. Указала путь…
— Пойдемте за стол, — позвала Лия, после того, как Юля наобнималась с Аней, подарив ей ворох подарков.
Нас ждали стейки и запеченные овощи, какая-то нарезка, и восхитительный яблочный пирог.
— Очень вкусно, — уплетая очередную порцию, сказал я.
— Да, Лия прирождённый повар, — согласилась Юля.
— Ты, видимо, просто не пробовал, как готовит Юля, — возвращает комплимент Юле Лия, но смотрит на меня.
А я прищуриваюсь, наблюдая за реакцией Юли, ведь она ни разу не готовила для меня (что меня, кстати, вообще не смущало раньше), она же заявила на первом совместном завтраке, что делать этого не умеет. Но Юля не показывает никаких эмоций на лице, делая вид, что не замечает моего изучающего взгляда.
— Врушка, — шепнул Юле на ушко.
Юля не реагирует, тогда я решаю ее подзадорить, обращаясь ко всем.
— Не пробовал, потому что Юля сказала, что готовить не умеет.
Лия заливается смехом, а Юля метает в мою сторону глазами молнии, но с довольной ухмылкой на лице.
— Стас, не переживай. Юля два года от меня скрывала этот факт. Всегда готовила только я! Только когда я забеременела Аней, Юля стала меня баловать! Стала готовить только ради Ани, не меня, — сообщает мне Лия.
— Боюсь, я не смогу забеременеть. Не видать мне твоих блюд, да? — говорю гробовым голосом.
Все начинают смеяться, а Юля поворачивается ко мне с хитрым взглядом.
— Тогда извини. Легенда о том, что я не умею готовить, будет жить, — широко улыбается Лия.
— Эх! — говорю я, а затем наклоняюсь и шепчу на ушко Юле так тихо, чтобы слышала только она, — лишь бы ты была рядом, дорогая. Можешь никогда не готовить.
Юля улыбается, поднимает правую руку, проводя пальчиками по моей щетине.
— Вау! — вскрикивает Лия, замечая кольцо на пальце.
— Вы женитесь? — понимает Марат Лию с полувзгляда.
— Она согласилась сегодня, — отвечаю я за двоих, расплываясь в дольной улыбке еще шире.
— Поздравляю тебя, Стас! Тебе досталось настоящее сокровище! — восклицает Лия.
Юля смущается, прижимаясь ко мне.
— Юле не так повезло, — смеюсь я.
Лия теряется на секунду, смущается, а потом выдавливает из себя.
— Я не это хотела сказать…
— Да я полностью согласен! — перебиваю я.
— А какие у вас новости? — вмешивается Юля, переключаясь на Лию.
Марат и Лия переглядываются друг с другом, в их глазах сквозит такая нежность, что это видно невооруженным взглядом.
— Боже мой! Я вас поздравляю! — вскрикивает Юля, а я не понимаю о чем она.
Юля подскакивает, чтобы обнять Лию, что-то шепча ей на ухо.
— Марат? — обращаюсь я к другу.
— У нас будет ребенок, примерно через месяцев шесть, — отвечает Марат, расплываясь в улыбке.
— Ого. Поздравляю, дружище, — обнимаю Марата, а затем и Лию.
В скором времени Юля и Лия уходят под предлогом, что нужно укладывать Аню, хотя я понимаю, что им просто нужно пообщаться наедине.
— Стас, ты серьезно женишься? — спрашивает Марат.
— Да. Это так удивительно?
— Я думал, этого никогда не случится, — отвечает Марат, смеясь.
— Никогда не говори никогда, — парирую я, понимая, что сам еще год назад ни за что бы ни поверил, что добровольно пойду под венец, желая этого, пожалуй, сильнее, чем невеста.
От Алимовых мы отъезжаем уже глубокой ночью, довольные оба прекрасным вечером. С Юлей мы непринужденно болтаем всю дорогу. Я же подмечаю, что Юля то и дело трогает кольцо на своем пальце, крутит его.
— А куда мы едем? — спрашивает Юля, обращая внимание, что едем мы не к ней.
— Ко мне, — улыбаюсь я.
 
— Ого! А я думала, ты в клубе живешь, — смеется Юля.
— Возможно, так и было раньше, — отвечаю я, паркуя машину рядом с домом.
Лифт медленно поднимает нас на последний этаж, я немного волнуюсь, потому что приготовил Юле сюрприз (не совсем сюрприз, но все же), но не знаю, как она на него отреагирует.
— Я тебе должен признаться, — говорю я, — в моем доме не было ни одной девушку, она девственна и чиста.
Юля смеется, а я любуюсь очередной раз ее улыбкой ангела с ямочками на щечках.
— Как же мне нравится твоя улыбка, — искренне сообщаю я Юле, наклоняясь к ней, целуя ее щеку, — твои ямочки свели меня с ума.
— Ты знаешь, — серьезно отвечает Юля, — с точки зрения медицины, ямочки на щеках — это генетическая деформация.
— У многих народов Азии наличие ямочек на щеках при улыбке становится символом плодородия и удачи, — отвечаю я, улыбаясь, продолжая целовать.
Двери лифта открываются, и мы сразу попадаем в мой пентхаус. Юля медленно делает шаг, рассматривая внимательно все вокруг. Наверное, как дизайнеру ей интересен интерьер, поэтому я ей даю время рассмотреть всё.
— У тебя мило, — выдает Юля.
— Лгунья, — смеюсь я, понимая, что мои белые стены, белая мебель и даже светлый пол создают впечатление больницы, чем нормальной квартиры.
Когда-то мне это нравилось, а теперь же кажется странным. Юля молчит, проходя к окну, и восхищается видом на город.
— Пойдем, покажу спальню, — говорю я, обнимая ее сзади. Юля кивает, и я тяну ее.
— У меня кое-что для тебя есть, — сообщаю я, отодвигая дверцу шкафа в спальне, указывая на содержимое в нем, — я кое-что купил, не совсем сам, при помощи консультантов. Тут несколько платьев, футболка, даже белье. Для тебя. Если что-то не понравится или не подойдет, можно вернуть.
Юля восхищенно трогает платья, висящие на вешалках, рассматривая их.
— Они очень красивые, — отвечает с улыбкой Юля.
— Юль… Переезжай ко мне?
— Сколько предложений за один день, — смеется Юля.
— Не вижу смысла тянуть. Я знаю, что ты улетишь в США, я даже не прошу этого не делать, хоть мне очень хочется, чтобы ты осталась. Но я хочу, чтобы ты переехала ко мне сейчас, и потом, когда вернешься, не думала возвращаться к себе.
— Хорошо, — выдыхает Юля, приближаясь ко мне.
Я выдыхаю.
— А еще я хочу, чтобы ты переделала здесь все так, как тебе нравится. Меняй все, что хочешь!
— Спасибо! — с облегчением отвечает Юля, я же смеюсь в ответ, а Юля целует меня в губы, прижимаясь сильнее.
Я делаю последнее усилие над собой, чтобы не накинуться на нее снова.
— Юль. Мы завтра поедем к моим родителям.
— Что?! — Юля отстраняется от меня.
— Ты же согласилась, выйти за меня, а это прилагается. Через неделю к твоим я поеду с тобой, — говорю твердо.
— У меня голова кругом от твоих предложений! — отвечает Юля, — целуй меня уже, пока не придумал, чем меня еще обескуражить!
Повторять дважды мне не нужно…
  
Глава 40
 
Глава 40
Юля
У меня острое ощущение, что я добровольно иду в логово зверя. Хоть Стас и заверил, что все будет хорошо, я бы предпочла встречаться с его родителями на нейтральной территории, где-нибудь в кафе, чтобы была возможность быстро сбежать при необходимости. Но вот мы стоим перед дверью в квартиру родителей Стаса, а я трясусь, как осиновый лист от страха. Стас обнимает меня, подбадривает, но я уже готова бежать со всех ног домой, чтобы спрятаться в свой кокон.
Дверь распахивается и на пороге нас встречает мама Стаса, которая замирает на секунду при виде меня, но тут же отступает.
— Добрый вечер, — выдавливаю из себя я почти шепотом.
— Добрый! — отвечает мать Стаса, пытаясь принять дружелюбный вид, хоть она и смотрит на меня насторожено.
— Привет, мам, — говорит Стас, приобнимая маму, но одной рукой по-прежнему держит меня, не отпускает. Чувствую, что пытается защитить, приободрить, отчего на сердце моем теплота и благодарность к нему возрастает в стократном размере.