Горькая правда (СИ)
Стас паркуется, глуша мотор и выключая тем самым доносящийся ор с колонок совсем.
— Юль?
— М? — смотрю на него, но тянусь к ручке, понимая, что дверь по-прежнему заблокирована.
— Приеду завтра вечером за тобой? — говорит с теплотой в голосе.
— Зачем? — приподнимаю бровь.
— Второе свидание, — с улыбкой отвечает это засранец! А засранец потому что секунду назад хотела убить, а сейчас хочу поцеловать! Оба ненормальные, наверное…
— Не могу. У меня встреча.
— С кем это? — говорит встревоженно.
— С подругой, с Соней! — огрызаюсь я, — не забыл такую?
— Не забыл, — цедит Стас, поджимая губы.
Я сижу и сверлю взглядом Стаса, а он улыбается опять в ответ с теплотой и нежностью. Проникает опять своим зеленым зельем глаз в меня.
— Ладно, — вдруг соглашается Стас, — я тебя заберу после встречи.
— Ну уж нет! — возмущаюсь я.
— Как с тобой сложно!
Я не успеваю возмутиться, потому что Стас сгребает меня в свои объятия, впиваясь в мои губы жарким поцелуем. Таким, от которого не бабочки порхают, а настоящий ураган желания скручивает низ живота. Поцелуй длиться так долго, как только мы оба можем выдержать. Уже задыхаясь, я отстраняюсь от Стаса, пытаясь сфокусировать свой затуманенный взгляд на таком же взгляде зеленых глаз.
Стас молча разблокирует двери, а я пулей выскакиваю из машины и бегу к дому, не оборачиваясь. Не знаю, кто ты такой, Станислав Станиславович! Уже не знаю! От похитителя до любимого, от любимого до предателя, от предателя до любящего — это все о тебе с такой скоростью, что теперь я не успеваю за своими и твоими чувствами и эмоциями.
Проваливаюсь в сон сразу, как только голова коснулась подушки.
Проспав пол субботы, я наконец-то продираю глаза. Звоню Лие, договариваясь с ней о встрече на завтра, позже Соне, которая прилетела сегодня ночью, уточняя детали встречи. Конечно, ей бы не мешало отдохнуть после дороги, но я хочу увидеться перед тем, как уеду, и она тоже. С трудом набираю маму, с которой разговор не клеиться. Что-то сломалось между нами невидимое, но ощутимое. Сообщаю о том, что уезжаю учиться. Мама вроде искренне радуется за меня, желая приехать проводить, но я запрещаю. Обещаю через месяц приехать сама. Покончив с разговорами, начинаю собирать чемоданы. Как уместить всю жизнь в два чемодана? Ох, не знаю. Не знаю.
Соня летит ко мне, как ураган, сминая со своего пути, оступается и заваливается на меня всем телом, мы обе падает, растекаясь по асфальту, при этом обе хохочем до слез.
— Ну, привет, Синичка! — чмокает меня в нос Сонька.
— Привет, Соник! — отвечаю я, смеясь.
Мы встаем, отряхиваясь, и идем прогуливаться по парку. Людей, на удивление, не много. Я ловлю себя на мысли, что впервые иду с Соней гулять по парку просто так, обычно наши встречи в клубах, на танцах, барах, редко в кафе.
— Как отдых? — спрашиваю я.
— Ой, когда-нибудь я перееду жить в Испанию! — мечтательно отвечает Соня, — супер!
Соня начинает рассказывать про достопримечательности, культуру, вина, которые там попробовала и вечеринки, на которые она сходила. Я слушаю, киваю, задаю наводящие вопросы. Соня трещит без умолку. А я не знаю, как начать разговор о том, о ком говорить не хотелось бы. Когда Соня делает паузу, я решаюсь.
— Сонь, я бы хотела попросить прощения у тебя, — говорю робко.
— За что это? — удивленно спрашивает Соня.
Мы находим лавочку под старым дубом, усаживаемся на нее.
— Даже не знаю с чего начать, — честно отвечаю я, — Стас…
Делаю глубокий вдох, чтобы продолжить рассказ.
— Ты про то, что Стас, желая тебе отомстить непонятно за что, решил влюбить тебя в себя и замутить со мной, чтобы тебе побольнее было?
Я удивленно смотрю на Соню, пытаясь переварить информацию.
— Откуда… — шепчу я.
— От Стаса. Он меня в аэропорту встретил и пока вез, вывалил на меня информацию. За что мстить хотел так и не сказал, но то, что встречался с тобой параллельно со мной, рассказал, — спокойно отвечает Соня.
— И ты не злишься?
— Злюсь! Но только не на тебя, Синичка! Стас полный придурок, если честно. Но если он тебе нужен — забирай. Мне по барабану. Честно.
Я пытаюсь переварить услышанное.
— Все равно прости меня. Если бы не я, то… — не успеваю договорить, как Соня меня перебивает.
— Перестань! Ты знаешь, я ведь с ним встречалась и чувствовала, что в сердце у него другая. Может я и глупая, как некоторые считают, но чувства других хорошо понимаю. Ты знаешь, я ведь фактически сама к нему в постель залезла, он все время меня избегал, придумывая сказку о том, что секс — после свадьбы, — весело засмеялась Соня, — но я-то понимала, что это бред. Хотелось проверить слухи о нем.
— Какие слухи? — тихо переспрашиваю я.
— Я же давно знаю, кто он такой. Я в его клубе завсегдатай гость. У него столько женщин было не счесть! И все говорят, что он «по жёсткому» любит. Я проверить хотела, что ли. Ничего мне с ним не понравилось, хоть и не было так, как судачат сплетники. Но я ощущала, что сдерживает себя зачем-то.
Меня кольнула обида за то, что он мне изменял с Соней. Ревность, меня мучала ревность. Хоть я и понимала, что изменял он Соне, а не мне. Я опустила глаза, чтобы не выдать себя.
— В общем-то, я им пользовалась в своих целях. Он мне на выступления групп лучшие места давал, в рестораны водил, оплачивал расходы. А делал он это вообще без эмоций — ни радости, ни сожаления. Откупался может, не знаю. Так что фактически он мне заплатил за роль своей невесты. Кстати, предложение он мне не делал, просто попросил перед входом в ресторан подыграть, типа меньше вопросов будет у друзей. Хотя по мне это было странно. Но я согласилась. Не сразу я поняла, что спектакль для тебя разыгрывался. А когда поняла, решила узнать, зачем сначала. Только Стас со мной порвал без разговоров, оплатив мой отпуск в Испании. Чему я рада. Вот как-то так.
Я молчала. С одной стороны, я радовалась, что Соня не влюбилась и не обиделась вроде. Но с другой, он же проводил с ней время, устраивал настоящие свидания, а ко мне прибегал за своей дозой секса только. Очередной раз напомнила себе, каким Стас может быть жестоким.
— Юль! Это ты меня прости! Знала бы, что Стас — твой бывший, или кто-то там, не стала бы с ним ни в жизнь встречаться! — воскликнула Соня.
— Мне кажется, единственный, кто должен просить прощение — это Стас, — отвечаю я.
— Он и попросил. А еще знаешь, что он сказал? — с лукавой улыбкой говорит Соня.
— Что же?
— Что любит тебя, и всей этой ситуацией наказал себя. И что ему жизни не хватит замолить свои грехи перед тобой. Уж не знаю, чем он так раньше провинился, — сказала Соня, ожидая, что я посвящу ее в подробности нашего прошлого.
— Он не мой бывший. Просто в одной ситуации винил меня, но не знал, что я совсем не виновата, — ответила расплывчато я, не желая посвящать Соню в грязь своего прошлого.
Соня кивнула.
— А ты его любишь? — полюбопытствовала Соня.
Я растерялась. Не знала, как ей признаться.
— Понятно. Любовь — зла… — ответила Соня, а я лишь улыбнулась.
— Это точно!
— Пошли сахарной ваты купим? — резко сменила тему Соня.
Я рассмеялась, кивнула, и мы пошли на поиски самых больших сахарных ват, которые продают в парке.
Глава 33
Глава 33
Стас
Сначала я хотел предложить Соне денег, потому что знал, что товарно-денежные отношения в каком-то смысле у нас и были, но отмел эту мысль, решив, что расскажу все, как было, в общих чертах. Таким образом, избавлю Юлю от ненужных рассказов, а у Сони будет время переварить информацию перед встречей с ней. Я надеялся на благоразумие Сони, но она обозвала меня столь красноречивыми эпитетами, что я не был уверен, что поступил правильно.
После Сони у меня была еще одна важная встреча — это встреча с моим адвокатом, который вел дело семилетней давности. Зачем я продолжаю ворошить прошлое? Вроде бы все сказано, но у меня есть четкое ощущение, что нет. Кажется, что есть что-то еще, чего я не знаю. Что-то осталось такое, о чем я не догадываюсь. Найти его было легко, потому что Александр Медведев стал одним из самых высокооплачиваемых и успешных адвокатов столицы, а вот попасть к нему на прием не просто. Но мне это удалось.