Горькая правда (СИ)

Два дня достаточно, чтобы уговорить ее остаться?
— Могу я тебя проводить? — осторожно уточняю у нее.
Спрашиваю, но мой вопрос звучит скорее, как утверждение.
— Я попросила Артура отвезти меня в аэропорт, — неуверенно отвечает Юля, округляя глаза и вздрагивает, видимо, понимает, что не следовало сообщать мне это.
Я еще не знаю, кто такой Артур, но уже хочу прикопать его. Злюсь. Опять злюсь. Но пытаюсь себя контролировать, не показывать ей этого. Смотрит на меня так, как будто желает мне что-то сказать, но слова будто застряли в ее горле. Не говори мне, что у тебя есть другой мужчина! Лучше не говори! Убью на хрен!
— Пусть Артур катиться к чертям, — бубню я, не в силах опять сдержаться, но я замечаю, как Юля улыбается, а значит, не все ей равно. Хоть что-то!
— Стас, — зовет меня ласково, желая, видимо, разрядить обстановку, а то воздух в машине так наэлектризован, что вот-вот бомбанет. Поворачиваю голову на секунду на нее, взглядом впитывая ее, а Юля, замечая мои красные глаза, добавляет еле слышно, — отвезешь меня в аэропорт?
Я лишь утвердительно киваю, выдыхая. Маленькая, но победа. Иди к чёрту, Артур! Кем бы ты ни был!
Мы подъезжаем к офису, паркую машину, глушу ее, но не выхожу, смотрю на нее, а она на меня, но быстро отворачивается.
— Спасибо, что подвез, — шепчет Юля и торопливо тянется к ручке, но тут же понимает, что двери заблокированы, резко оборачивается ко мне с немым вопросом в глазах.
Делаю глубокий вдох, мой нос улавливает ее запах, и я не могу сдержаться! Знаю, что не следует, но, чёрт возьми, она же тоже меня любит! Уверен! Перетягиваю ее к себе на колени одним рывком. Она поддается, как безвольная кукла, не в силах мне сопротивляться. Прижимаю к себе. Я целую Юлю нежно, ласкаю языком, сокрушая стены, построенные ею между нами. Я чувствую вкус сигарет и мяты, которым наполняю поцелуй я, и ее — сахарный, до того сладкий, настоящая карамель! Не люблю даже запах сигарет (поэтому и не курю, только когда нервничаю), но мне нравится этот поцелуй со вкусом горечи, сладости и свежести. Как странно, но именно с ней мне нравится всё! Она отвечает мне также нежно и кротко. Юля начинает елозить, чувствуя, окаменевший член под ней. То, что я ее всегда хочу, думаю, для нее не сюрприз.
Я отрываюсь от нее, хоть мне и тяжело это сделать. Очень тяжело. Беру в руки коробочку со своим подарком, открываю и одеваю на Юлю подвеску, нежно проводя шершавыми ладонями по ее нежной шее.
— Будь счастлива, Синичка! Может она принесет тебе удачу, — произношу ей в губы, трогая подвеску, обжигаю своей ладонью.
Вижу, что хочет отказаться, но я не даю сделать ей этого, задавая следующий вопрос.
— Можно я тебя заберу после работы?
Юля неуверенно кивает. Три дня, только три дня у меня есть, чтобы доказать ей, что мои слова о любви — не шутка, не издевка, не обман. Слишком мало для упрямой Синички.
Отпускаю и провожаю Юлю взглядом, которая убегает в офис. Я стою на парковке, желая только одного: чтобы она было со мной. Только со мной. Я не знаю, кто такой Артур, но готов за нее бороться, если нужно. Свободен ты, Артур! Свободен. Закуриваю очередную сигарету. Какую по счёту? Уже не знаю. Это превращается в плохую привычку.
Она мне не верит, чтобы я не сказал. Мне сложно, очень сложно сдерживать себя рядом с ней. Но я буду стараться. Я не отпущу. Я знаю, что она меня любит, или хочу, чтобы любила, верю, что любит.
Впереди у нас два дня выходных, а значит, у меня есть ещё два дня, чтобы побыть с ней, любить её. Я делаю несколько звонков, планируя наши выходные. Не могу ей дать уехать! Не могу, не хочу, не буду. Никакая наша история не закончена, и закончена не будет! Чтобы там маленькая Синичка себе в голову не вбила.
  
Глава 30
 
Глава 30
Юля
Вихрь, под название работа, закручивает меня, не успев я перешагнуть порог холдинга. Материалы, сметы, проекты, чертежи — всё валиться на меня с космической скоростью. Сегодня узнали абсолютно все, что я уезжаю, и пытаются решить свои вопросы до моего отъезда, хоть я и обещаю всем быть на связи. Удаленную работу же никто не отменял! День пролетает быстро. Даже мгновенно!
 
Устало скидываю босоножки с ног, которые гудят. Я набегала километров сто сегодня, мне кажется. Понимаю, что я не ела, не пила ничего весь день. Желудок напоминает о себе в секунду расслабления мгновенно, раздавая протяжный стон. На часах перевалило давно восемь, офис опустел. Пятница выдалась потрясающе тяжелой. Впервые не хочется делать ничего самой, просто забраться под одеяло, и чтобы кто-то покормил с ложечки! Кто-то… Да уж, понятно кто!
В моем кабинете стоит небольшая софа, на которую я, не раздумывая, сажусь, закидывая ноги на нее. Прикрываю глаза, впервые вспоминая Стаса за весь день. Интересно, ждет меня еще? Я его не видела сегодня совсем. Делая вдох, собирая поток воздуха в легкие, ощущая знакомый запах, открываю глаза и поворачиваю голову к выходу, в дверях которой стоит Стас. У него такой взгляд, что я не знаю, куда себя деть, в нем столько ласки и добра, похоти и желания, и даже любви, как мне кажется, что я не произвольно улыбаюсь. Иногда мне кажется, куда бы я от него не сбегала, он все равно будет в моей жизни. И сама не знаю, радуюсь этому, боюсь или расстраиваюсь. Какой-то неизвестный клубок эмоций, распутать который я пока не в силах.
— Устала? — подходит ко мне вплотную Стас, поднимает мои ноги, садиться на софу рядом, и закидывает ноги на себя.
— Да. Настоящий дурдом сегодня, — честно отвечаю я.
Стас кивает, и начинает массировать мне ногу. Сначала легкие поглаживания, а потом точечное надавливание большим пальцем.
О боже! Я в раю! Прикрываю глаза от удовольствия!
— Ммм… — мурчу я, погружаясь в приятные ощущения.
Стас продолжает массировать мои стопы, воздействуя на активные точки и нервные окончания, после чего я ощущаю приятную боль и расслабление. Усталость и напряжение уходят на второй план. Я прикрываю глаза, желая, чтобы он не останавливался. Стас гладит, надавливает, и, кажется, даже ласкает мои стопы и икры!
— Ах! — срывается стон с моих губ.
— Если ты так будешь стонать, то наш вечер продолжится прямо здесь, — говорит серьезно Стас, укладывая мою ногу поверх своей ширинки, и я ощущаю напряжение в его штанах, понимая, насколько близки к правде его угрозы.
Распахиваю глаза, и пытаюсь опустить ноги на пол, но Стас не дает мне этого сделать.
— Я еще не закончил, — сообщает мне серьезно, но я вижу веселый блеск в его глазах.
— Тогда не угрожай мне! — отвечаю ему в тон.
Стас лишь ухмыляется, продолжая гладить мои ноги. Но сейчас напрягаюсь уже я, чувствуя, как скручивает низ живота от желания. Нет, нельзя! Каждый раз все выходит за рамки разумного! Поэтому я резко вскакиваю и обуваю свои белые босоножки.
— Довезешь меня до дома? — спрашиваю я, желая сменить тему.
— Да, — отвечает Стас, о чем-то явно задумываясь.
Стас ждет, пока я соберусь, сидя на диване, ловя каждое мое движение. Невозможно, просто невозможно так чувствовать человека. Мое тело горит в том месте, куда он переводит свой взгляд, даже если не смотрю на него. Прожигает лазером. Я пытаюсь быстро собрать все, что мне нужно, но горит моя филейная часть все чаще и чаще, а еще зона декольте.
— Стас!
— М? — переводит на мои глаза помутневший взгляд зеленых глаз он.
— Глаза мои выше!
— Угу, — что-то мычит в ответ.
Нет, нам нельзя находиться наедине в замкнутом помещении. Однозначно. Решаю, что приеду собраться завтра утром, бросая свое занятие.
— Пойдем, — говорю уверенно, хватаю сумку и направляюсь к двери.
Стас быстро меня нагоняет, но идет не рядом, а позади, так близко, что я кожей чувствую его присутствие, которая покрывается мурашками. Не знаю, каких сил стоило Стасу не накинуться на меня в лифте, потому что я это сделала с трудом, старалась даже не смотреть на него.