Горькая правда (СИ)

— Точно не в тебе, — подхожу и целую Артёма в губы, прощаясь, — слишком много тараканов в этой голове, — пытаюсь пошутить, показывая на свою головушку, натягиваю улыбку, а самой хочется расплакаться.
А еще я вдруг вспомнила, что сегодня седьмая годовщина нашей встречи. Ночь, которую я бы предпочла не помнить…
Стоя на улице, продрогшая он ледяного ветра, я решила, что мне нужны ответы. Все это время, единственный вопрос, который я хотела задать Стасу — зачем ты это сделал тогда? В полной решимости узнать, я направилась прямо в его клуб. Теперь я знала, что он принадлежит ему, ведь на досуге «погуглила» о нем в интернете…
Но, когда Стас открыл дверь, набросившись на меня с поцелуем, мое тело мгновенно откликнулось, и я почему-то очень быстро решилась сделать шаг в эту пропасть, чтобы не было потом…
С годовщиной, Юля! С самой странной годовщиной, которую только можно праздновать диким сексом! Только об одной мысли о Стасе, об одном воспоминании мое тело сладко скручивает. Мой личный кошмар, как мне жить теперь, зная, какое удовольствие я могу получить от тебя, с тобой?
  
Глава 13
 
Глава 13
Стас
— Добрый день! — приветствует меня дежурный голос.
— Добрый день! Пачку презервативов Contex Large XXL.
— Еще что-нибудь? — такой же вежливый тон.
— Мне нужны таблетки для прерывания возможной беременности. Вчера презерватив порвался, — говорю зачем-то я фармацевту в аптеке, вернее нагло вру, потому что никакого презерватива не было. А то, что ведьма меня так завела, что мозг позабыл впервые о безопасности, я предпочитаю не думать. Осечка. Не более того.
— Экстренная контрацепция. Возьмите «постинор». Необходимо выпить две таблетки, вторую через двенадцать часов. Обязательно, а то эффекта может не быть.
— Спасибо, — коротко благодарю я, расплачиваюсь и выхожу из аптеки возле дома Юли. Адрес я узнал уже давно, просматривая ее личное дело.
Суббота. Десять утра. Сегодня, на удивление, я проспал свой бег. Ведьма магическим способом действует на мой сон, вернее секс с ней. Я понимаю, что явиться и просить выпить таблетки — это, как минимум, странно, но просто напомнить ей об посткоитальной защите и надеяться на ее благоразумность я не мог. Ее беременность в мои планы точно не входит! Она разрушит все…
Нестерпимо хочется закурить. Не знаю, почему так происходит, ведь я никогда не страдал этой зависимостью, но иногда, особенно под действием алкоголя или стресса, я достаю сигарету, выкуриваю, и мне становится легче. Я шарю в бардачке, ища пачку, которая всегда лежит там для таких случаев.
Едкий запах проникает в легкие. От непривычки после первой затяжки закашливаюсь. Но все равно получаю необходимую мне дозу никотина, докуриваю сигарету до фильтра. Бросаю окурок в урну, направляясь в магазин.
Проникаю в подъезд дома Юли через консьержа, не желая ее будить (или предупреждать, что пришел я), о чем и сообщаю консьержу, даря свою улыбку, которая мне безоговорочно верит, думая, что я парень Юли, и пропускает.
После звонка, слышу за дверью шуршание, которое прекращается, а дверь так и остается закрытой.
— Я знаю, что ты дома! — говорю громко.
— Подожди, — тут же отзывается Юля, и открывает дверь через минуту, запахивая на себе махровый халат по самое горло.
Юля стоит передо мной в смешных тапочках с зайцами, розовом халате, который достает до пола, еще с заспанным лицом без косметики, только волосы собраны в хвост. Наверное, проснулась совсем недавно. Такая домашняя, такая милая, что я непроизвольно улыбаюсь.
— Привет, — говорю я, продолжая разглядывать ее.
— Привет, — отвечает почти шепотом. Но не отходит от дверного проема, перегораживая вход в квартиру, смотрит на меня растерянно.
— Я нам завтрак принес, — приподнимаю пакет из супермаркета, чтобы показать, что не вру.
— Нам? — переспрашивает ведьма.
— Нам! — отвечаю, нагло хватая свободной рукой Юлю за талию, протаскивая нас в ее квартиру. Юля от возмущения только открывает рот, как рыба, чем вызывает приступ смеха, который я давлю в себе всеми силами. Опускаю Юлю в коридоре, захлопывая дверь.
 
— У тебя уютно, — говорю я, продолжая пользоваться растерянностью хозяйки квартиры.
— Ладно, пошли, — сдается Юля, разворачиваясь в направлении кухни. Видимо так и не придумала, как возмутится.
Я быстро скидываю кроссовки и куртку, и иду следом за ней, подмечая, что голых участков тела, кроме лица и пяток я не вижу, а хотелось бы. Юля проходит на кухню и демонстративно садиться на стул, а я замечаю, в ее глазах играют смешинки.
— Ну, корми завтраком!
— Да не вопрос, — подмигиваю ей. Быстро ставлю пакет с продуктами на стол, достаю из него содержимое. Раз Юля решила мне не помогать, я хозяйничаю сам, нагло открываю ящики, чтобы найти сковороду. Так как готовить я умею только яичницу, именно это и будет нашим завтраком. Нарезаю ветчину, кидаю на сковороду, затем яйца и сверху зелень. Пока яичница готовится, завариваю чай, расставляю кружки и тарелки. А еще нарезаю кекс, который тоже купил. Всё это время Юля сидит молча, лишь сильнее сжимая рукой ворот халата, прикрывая свою шею, но глаз с меня не сводит, изучает. Но ее явно забавляют мои метания по кухне, потому что улыбку сдерживает с трудом.
— Завтрак готов! — сообщаю я, выкладывая яичницу на тарелки, правда, у меня не все получается, и на тарелках оказывается какая-то яичная каша.
— Выглядит аппетитно, — в открытую смеется Юля. Но я делаю вид, что не замечаю ее саркастичного тона.
— Приятного аппетита, махровая принцесса.
— Почему махровая?
— Ты свой халат только на голову не натянула, — смеюсь уже в ответ я.
Юля демонстративно накидывает капюшон от халата на голову.
— Так лучше? — саркастично выгибает бровь.
— Нет, — снимаю ее капюшон обратно, проводя тыльной стороной ладони по ее щеке, из-за чего Юля смущается, но не подает вида. А я одергиваю свою руку, не понимая сам, зачем это сделал.
Ох! Как же мне нравится ее румянец на ее щеках…
Юля молча берет вилку и начинает есть.
— Снимаю шляпу перед шефом, — с улыбкой говорит она.
— В следующий раз готовишь ты, — отвечаю не задумываясь.
— А я не умею, — весело сообщает она.
— Значит, будем вместе учиться.
Юля смеется, мотая отрицательно головой. Я тоже принимаюсь за еду, продумывая, как перейти к главной цели моего визита. Юля справляется с яичницей, подцепляя вилкой кусок шоколадного кекса.
— Ммм… — мурлыкает Юля, прикрывая глаза.
Юля наслаждается десертом, а я ею, вновь любуюсь ею. Пока Юля ела, она разжала ворот своего халата, и я замечаю синяки на шее, спускающиеся ниже. Меня непроизвольно передергивает, ведь я понимаю, что их оставил я.
Я встаю и подхватываю Юлю, ставя ее на ноги, резко развязываю халат, сбрасываю его на пол, желая рассмотреть все отметины, которые оставил. От неожиданности Юля роняет вилку, которая со звоном падает на пол. Я делаю все быстрее, чем успеваю подумать даже сам, потому что под халатом у Юли только трусики. Сейчас Юля стоит передо мной почти обнаженная, я сглатываю, продолжая пожирать ее глазами.
Мне одновременно хочется попросить прощения у нее и снова завладеть ей. Синяки спускаются от шеи вниз до живота, лишь иногда прерываясь. На руках есть тоже синяки… и бедре. Я сканирую ее взглядом, находясь на расстоянии вытянутой руки. Никогда прежде я не видел такого результата от своих ласк! У нее слишком нежная кожа для меня. Юля же замерла, сверля меня своими голубыми глазами, которые сейчас уже темно-синие.
Я беру аккуратно Юлю на руки, усаживая ее обратно на стул, встаю на колени, начиная покрывать синяки на ее теле поцелуями. Нежными, легкими.
— Прости меня, прости, — шепчу я искренне, — прости.
Юля молчит, но я чувствую, что от моих прикосновений проснулся не только мой член, потому что ее соски затвердели от этих невинных ласк. Я отрываюсь от нее, встаю и бережно поднимаю ее на руки, зарываясь носом в ее волосах. Груша с корицей! Как же вкусно пахнет. Умопомрачительно. Видимо Юля открыла мне дверь, только выйдя из ванны, потому что сейчас она не пахла парфюмом, а только собой. У моего личного афродизиака запах Юли.