Их чужие дети (СИ)

– Ты глупостей-то не говори. – Костя сжал холодную ладошку и поднёс её к губам. – Помнится, ты с Димкой тоже за учёбу переживала, и что? Смотри, какой у нас богатырь родился, всем пацанам пацан. Поэтому выбрось все дурные мысли из головы. Тебе сейчас о себе подумать надо, а со временем мы с тобой такую девочку забацаем, что мир перевернётся. А теперь спи, сон – прекраснейшее наслаждение в жизни. В отличие от других – не утомляет и не приедается.
Ира повернула голову и прищурила глаза, всматриваясь в лицо любимого.
– Костя, а ты правду сейчас сказал? Ты хочешь детей? Наших детей?
– Не просто хочу, малышка, я сделаю это! Поверь мне на слово. И никуда ты от меня не денешься. Там, кстати, наши родители в коридоре, но я им посоветовал все визиты на завтра перенести. А теперь спи, я капельницу сниму, поворачивайся на бочок и засыпай.
– Костя... – Ира повернулась, как посоветовал Казанцев, спрятала руку под одеяло и закрыла глаза. – А ещё Вера Андреевна сказала, что нам с тобой нельзя быть вместе, а я пожалела об этом. Вот и получилось всё это.
– Чего хотят девочки? Они хотят, чтобы всё было так, как они хотят, – с улыбкой ответил Костя и склонился, чтобы поцеловать засыпающую Иринку. – Уж поверь, и этого у нас тобой будет немало. Ну а чего? Секс – это весело, особенно со мной. Помнишь, как я в прошлый раз в пододеяльнике запутался?
Ира улыбнулась и сильно сжала мужскую ладонь. Он рядом, не бросил, не ушёл, хотя сидит нехорошо, видимо спина болит. Но рядом... рядом...
***
Казанцев вышел из палаты и прикрыл дверь, стараясь не разбудить уснувшую Иринку.
– Папа, папа, вот наш доктор, о котором я тебе говорила.
Константин обернулся и увидел молоденькую девушку в пушистом велюровом костюме, которая что-то тихо говорила стоящему рядом высокому мужчине.
– Добрый вечер, коллега, – с улыбкой проговорил незнакомец и протянул руку для приветствия. – Вы уж простите мою Надюшу, что она так неожиданно нас познакомила. Кучеров Валентин Павлович, ваш коллега, хирург.
– Очень приятно, Казанцев Константин Фёдорович, – устало произнёс Константин, стараясь не делать резких движений. – А в какой отрасли хирургии вы трудитесь?
Мужчины пожали друг другу руки, Кучеров повернулся к молодой пациентке и тихо проговорил:
– Иди в палату, маленькая. Отдыхай, я маме всё передам. – Он с нежностью посмотрел вслед быстро ушедшей девушке и повернулся к Казанцеву: – Ещё раз прошу прощения, просто Надюшка заметила, что вы выходили несколько раз в коридор и массировали спину. Простите великодушно, но вопрос мой не от праздного любопытства. Я – нейрохирург, Константин Фёдорович, а больная спина – это мой хлеб.
Казанцев усмехнулся и отрицательно качнул головой:
– Не думаю, что наша с вами случайная встреча что-то изменит в моей жизни.
– Но вы же обследовались? Вы знаете свою проблему?
– Конечно, знаю, – выдохнул Казанцев и пожал плечами: – Этой проблеме уже больше шести лет, исправить ничего нельзя.
– И всё же? – настаивал Кучеров.
– ДТП, переломы, ушибы, – коротко ответил Казанцев и кивнул. – Простите, у меня сегодня был тяжёлый день, хотелось бы отдохнуть. Всего доброго, приятно было познакомиться.
Он протянул руку, крепко пожал протянутую ладонь и медленно повернулся, желая как можно быстрее уйти прочь.
– Интересно, какие воспоминания связаны у вас с этой травмой, что вы не желаете расстаться с напоминаниями о ней? – внезапно раздалось у него за спиной. Казанцев остановился, стараясь найти необидные слова для ответа. Но его новый знакомый совершенно не ждал от него каких-либо слов. – Даже если человек пострадал по своей вине, он может и должен найти выход из ситуации, помочь себе выкарабкаться из болезни, думая при этом не столько о себе, сколько об окружающих его людях. Больной и повреждённый позвоночник, молодой человек, коварен и опасен тем, что вы в любой момент можете стать...
– Обузой? – зло прошептал Казанцев, оборачиваясь к мужчине. – Неподвижным лежачим бревном? Не трудитесь, я это уже слышал.
 
– Значит, всё-таки предательство, – задумчиво протянул Кучеров и криво усмехнулся: – Поверьте, я тоже знаю, что это такое. Но это было давно, вы сами сказали, что прошло уже немало лет. Так почему вы не хотите подумать о той девочке, что лежит за этой дверью? Ей и так тяжело, а вы добавляете ей переживаний своим здоровьем, хотя во многих случаях травм позвоночника пациенту можно помочь.
– Валентин Павлович, в своё время меня консультировали, поверьте, лучшие нейрохирурги нашей Северной столицы. Все сошлись во мнении, что консолидация прошла успешно, а боли... На то они и боли, чтобы напоминать о себе.
– Согласен, но не со всем, – уверенно ответил Кучеров и чуть склонил голову набок. – Не уделите мне несколько минут?
Через некоторое время Казанцев и сам не понял, как очутился в ординаторской своего отделения, чётко и откровенно рассказывая о своей проблеме, разложив на столе данные исследований многолетней давности.
– Ну-с, могу с уверенностью сказать только одно, вам повезло, Константин. К тому же, несмотря на столь короткий период, что прошёл со дня вашей травмы, медицина сделала несколько шагов вперёд. Иногда она шагает и в сторону, вам не надо рассказывать, но я предлагаю вам свою помощь.
– Гарантии?
– Ну, гарантий не давал даже Моисей, так что я могу только заверить вас, что никогда и ни при каких обстоятельствах, кроме угрожающих жизни пациента, я не хватаюсь за нож. А для начала я бы посоветовал пройти кое-какие исследования, а потом мы с вами решим, как поступим в дальнейшем.
Казанцев подумал и согласно кивнул, потом улыбнулся и тихо заметил:
– Как у вас здорово получается убеждать пациентов. Я даже не успел глазом моргнуть, как вы смогли несколькими словами убедить меня прислушаться к вашему мнению.
– Поверьте, если бы ваши мысли не были заняты той девочкой, вы бы так не отреагировали на мои слова о том, что вы добавляете ей проблем. Только любящий человек думает о любимой, стараясь любыми доступными способами снять с её плеч тяготы и заботы. В том числе и о своём здоровье.
– Вы извините меня за резкость.
– Ну что вы, я давно пришёл к пониманию, что каждый человек, которого мы встречаем в жизни, сражается в битве, о которой мы ничего не знаем. А посему – надо быть вежливым и терпеливым всегда и везде. Тем более мы с вами коллеги вдвойне, если так можно сказать. Я наслышан, что вы закончили Академию. Разрешите представиться, выпускник того же учебного заведения. Так что не вините себя ни в чём.
– Спасибо. А Надюша – это ваша дочь?
– Нет, – спокойно ответил Кучеров. – Это дочь моей жены, но я считаю эту девочку своей от плоти и крови. Бог не дал мне возможности иметь детей, – увы! – детские инфекции коварны и жестоки. Но у меня есть Надюшка, и хочется верить, что скоро будут внуки. К большому сожалению, наша девочка поступила в это отделение с такой же проблемой, что и ваша... жена? А у вас есть дети?
– Нет, но есть сын моей будущей жены. – Казанцев прикрыл глаза и выдохнул. – Сегодня моя Иринка потеряла нашего ребёнка.
– Мне жаль, – искренне проговорил Кучеров и пожал плечами. – Но думаю, что произошедшее должно было случиться. Мы с моей женой тоже расставались, даже успели создать подобие семей, и Наденька родилась, и жили в разных городах, но потом всё равно всё случилось так, как должно. И у вас ещё будут радости и слёзы, поверьте. А пока вам надо отдохнуть, а все остальные вопросы мы с вами решим обязательно. Верьте мне, вы справитесь.
Он поднялся, высокий, поджарый, почти полностью седой, и чуть склонил голову на прощание. Константин смотрел ему вслед, замечая быструю пружинистую походку уверенного в себе человека, и вдруг отчётливо осознал, что этот человек, так внезапно появившийся в его жизни, несколькими словами смог убедить его в том, что он откладывал долгие годы. И оказался прав! Можно и должно бороться за жизнь и здоровье, потому что ему ещё свою дочку на руках носит надо будет! Костя широко улыбнулся и медленно развёл руки в стороны. А ведь не болит, зараза, вот что значит поговорить с профессионалом!