Катастрофа четырёх миров (СИ)

— Совсем забыла! Я же вчера в город выходила и вот, — Люба протянула мне синюю коробку. — К сожалению, на одежду у меня денег не хватило. Сама понимаешь, заработать я не могу, а проживание на территории академии бесплатное.
Я повернулась к домовушке, нахмурив брови. Одета она была во всё тот же сарафан, неизменный платок прячет чёрные волосы, а на щеках горит румянец стыда.
— Ну, не смотри так. Платье у меня хорошее, благо магия домовой не позволяет ему испортиться или даже запачкаться… — потупив взгляд стала оправдываться она.
А я только начала осознавать, что эта чу́дная девушка столько лет жила абсолютно одна. Преподаватели не считаются. Не думаю, что ректор спустил бы им с рук порабощение аро́эма. На глаза адептам она не попадается, а значит и друзей нет.
Неожиданно в груди поселилось чувство ответственности. Уж теперь я никому не позволю обидеть эту девушку.
— Преподаватели тебя не трогают? — в моём голосе зазвучала строгость. Откуда только взялась? Словно мамка на защиту дитя своего встала.
— Нет, что ты, — смешно округлив глаза, уверила Любушка.
— А кто обижает?
— Да никто. Меня же не видят. Знают, что есть среди адептов неспящий аро́эм. Пытаются найти, заманить, но я вижу больше других. Даже больше самих домовых. Мир благосклонен к неприкаянному ребёнку своему. И помогает выжить.
— Может и мне он поможет выжить, — вздохнув, я плюхнулась на кровать. — Иначе меня разорвут…
Вопрос был риторическим, но домовушка восприняла его всерьёз. Посмотрела на меня как-то странно, словно решая стоит знать мне ответ или нет.
— Мир не встанет на твою защиту, напротив, он будет делать всевозможное, чтобы закалить твой характер. Наилйти — избранная миром для своей защиты.
— Хах, — нервно хмыкнула я. — Так это он закрыл меня в чемодане, и вешалки швыряет? Его магию пытался учуять дракон?
Люба кивнула, переступая с ноги на ногу. Ей кажется было неудобно за свой мир, будто за дитя проказливое.
— Ну ладно. Я уже привыкла к вечным неудачам. Но всё же было бы неплохо, чтобы их сыпалось на мою голову поменьше. Всё-таки искалеченная Наилйти мало чем может помочь…
Встав с кровати, подошла к Любушке и взяла из её рук коробку. Внутри были черные туфельки на низком каблуке. Очень похожие на наши балетки, простенькие и на вид удобные.
— Спасибо, Люба. Это сейчас для меня самая необходимая вещь, — я улыбнулась на зардевшие щёчки и строго добавила. — Но я обязательно сделаю ответный подарок, и ты не посмеешь отказаться!
— Но…
— Никаких "но"! Ты мне не прислуга, ты мне подруга! — и чтобы Любушка не стала спорить, я обулась и спросив у своего ручного монстра о расписании, стала собирать сумку.
Как же хорошо, что теперь нет нужды таскать его с собой! Стоило только порадоваться, как этот одноглазый артефакт застучал по полочке в моем шкафу острыми лапками. Из-за приоткрытой дверцы выползал мой одноглазый помощник.
— Нет, нет, нет! — я стала пятиться к выходу. — Отдыхай, мой хороший. Ты устал, набирайся сил, — уткнувшись попой в дверь, я, подмигнув улыбающейся Любоньке, выскочила в коридор.
Ну что ж впереди марш-бросок до стен академии. Причём надо незаметно миновать лестничный проём и холл дома, где по-любому сидят в засаде ведьмы.
  
Глава 14 Коротышка
 
Первая половина пути была преодолена спокойно. То ли все ещё спят, я же так и не знаю, как тут исчисляется время, то ли все уже в академии, но сигнала начала занятий не было слышно. Да и Люба сказала если бы я опаздывала, а она даже сама не торопилась. Значит, встала я рано. Ну ничего, планов много. И первый пункт в нём — это вытрясти из ректора приличный гардероб или стипендию. Хватит, клоуном я ходить больше не собираюсь. Я наследница рода Нэарт, а значит хоть что-то, но мне положено. Не думаю, что дорогие родственники спешат окутать заботой ту, что грозит отнять их славу.
С такими мыслями я ринулась к спасительной двери, но в одном шаге неожиданно интуиция завопила об опасности. В мгновенье оказавшись на корточках скрестила руки над головой. И вовремя. Дверь чем-то ощутимо приложило, а надо мной развеялся серый дым.
 
— Стерва! — позади раздался визг ведьмы-блондинки.
Я бросилась к двери, остервенело дёргая ручку, но та не поддавалась, словно стала камнем. Раздался жуткий смех ведьмы, вот как прям в фильмах, с таким мерзким хрипом, пускающим мурашки по коже.
— Из-за тебя Дилу наказали! Чистить загоны за животными и без магии!
Я обернулась, чтобы знать в какую сторону нестись от очередного заклинания. Ох, как плохо то без магии в магическом мире, то сожрать пытаются, то заморозить, а теперь и сжечь. И защититься же нечем!
Эта бешеная сцепила руки, а когда разомкнула в меня полетел какой-то чёрный комок.
— Да я тебя в жабу превращу и разберу на ингредиенты для зелья! — снова бешеный визг и очередной чёрный сгусток летит прямиком в голову.
Участь становиться жабой меня не радовала, поэтому с небывалой резвостью пришлось нестись в гостиную. Там есть за что спрятаться и много всяких метательных снарядов. А ведьма всё не успокаивалась, бросаясь своими заклинаниями, то чёрными, то цвета моего платья, то красными, парочка белых пролетела у самого носа, обдавая знакомым холодком, когда я не успела спрятаться за креслом. Магическое зрение включилось ещё как только почувствовала угрозу и сейчас я видела, как гостиная покрывалась разноцветными пятнами. Парочка кресел покрылись инеем, столик чайный превратился в труху… А ведьма начинала слабеть, это я видела по уменьшающейся сущности, а вот душа ведьмы чернела с каждым заклинанием всё сильнее.
Получается, заклинания влияют на душу магов, и чем они опаснее, тем сильнее гниёт душа. А по сущности тогда определяется магический потенциал?
Мысли мои явно текли не в том направлении, вместо того чтобы спасаться, я анализировала. Если подобным угрозам меня будут подвергать каждый день, то и учёба не понадобится, я на практике всё освою.
Оказавшись у камина полностью открытой, я потянулась за вазой, но ведьма опередила. Махнула рукой, и расщепившись в полёте на множество осколков и рассредоточившись во весь мой рост, ваза летела уже в меня. Не было времени убегать, да я даже увернуться не успела бы. Пришлось жертвовать руками. Как и у двери присела и скрестила руки над головой. Но ожидаемой боли не последовало, зато моя правая рука сама по себе сжалась, стискивая что-то разгоняющее вокруг меня тёплый кокон. Это была метёлка, та самая, что я нашла в сундуке и о которой совершенно забыла. Но она не забыла меня и сейчас послужила своеобразной волшебной палочкой. Упав на колени, в шоке смотрела как осколки едва коснувшись пёрышка, полетели в ведьму. Но та, дурой не была, хотя тоже слегка опешила от метёлки. Ведьма взмахнула руками и осколки расплавились в воздухе, оседая прозрачными каплями у её ног.
И что она забыла на факультете домоводства? Ей бы в боевики идти. Разве она не должна варить всякие зелья?
— Наставница настояла, чтобы мы закончили бытовой факультет, — читая немой вопрос в моих глазах усмехнулась гадюка, разглядывая свой маникюр. — Ведь только на нём можно подробно изучить артефакты. И этот, — тут она почти перешла на ультразвук, тыча корявым пальцем в мою метёлочку, — метла ведьмы, потерянная много столетий назад. Где ты её нашла? И почему она приняла тебя?
Внезапно, человеческий облик ведьмы стал окутывать чёрный дым, а когда рассеялся я увидела почерневшие кожу и волосы, развивающиеся словно от ветра, острый нос пугал длиной. Белок глаз покраснел, а зрачок вытянулся. До этого идеальное платье превратилось в тряпьё. Руки с чёрными длинными ногтями словно скручивали воздух в шар…
Ох, ты ж, у неё проблемы с управлением гневом? С чего она так завелась?
Я судорожно соображала, что мне делать? Почему здесь нет никаких ограничений по пользованию магией, вот прибьёт меня, и никто не заметит!
Кики! Надо звать её! Сначала вопила мысленно, а потом и вслух. Чуть ли не до хрипа кричала, но хранительница не пришла. Да, что уж там, ни один обитатель дома не выглянул. А эта больная хохотала тем самым смехом из страшных фильмов. Насколько же она сильна если даже хранительница не может пробиться ко мне, а в Кики я не сомневалась. Так же я была уверена, что дверь, что содрогается от ударов, пытается вынести Мрак.