Система Возвышения. Хаос в разгаре (СИ)
Лина, мать её, Молния. И как она умудрилась попасться? Чисто качеством экипировки и общей энергетикой она любого из этой троицы раза в полтора превосходит. Ну да похуй, мне какое дело?
— Приведите Андрюху. Я, конечно, всё понимаю, но такие вопросы решать надо не с вами, — покачал я головой.
Откуда-то из глубины строя вывели Андрея. Выглядел он так себе — из под шлема на меня смотрело бледное, как у вампира, лицо, из носа и глаз текли тонкие струйки крови. Он практически висел на плечах двух бойцов, поддерживающих его с боков.
— Хуево выглядишь, брат, — нарушил я напряжённую тишину. — Кто тебя так?
— Можно сказать, что сам себя, — тихим, сиплым и полным усталости голосом ответил Андрей. Каждое слово давалось ему с явным трудом, глаза так и норовили закатиться, дыхание с хрипом вырывалось из груди. Тем не менее, он изо всех сил старался говорить ровно и чётко. — Как ты и сказал, Полководец из меня вышел весьма ущербный. Два применения навыка второго ранга — и вот моё состояние.
Вновь воцарилась тишина. Я не знал, что сейчас сказать былому другу и товарищу. Мне было больно видеть его в подобном состоянии.
— Как и сказали мои подчинённые, у нас всего одна просьба — позволь им забрать родных. Сам я готов сдаться и предстать перед судом, — нарушил он неловкое молчание. — Я полностью осознаю тяжесть своих проступков, и готов понести за них всю ответственность.
Никто не ничего не сказал, но я невольно почувствовал возросшее напряжение. Оглянувшись, я увидел спешащих к нам Алёну, Мишу, Пашу и прочих, вместе с их отрядами.
— Сложите оружие, предатели, — потребовал Миша.
— Они не твои пленники, — ответил я раньше, чем кто-либо успел хоть что-то сказать. — И вообще — они не обязаны ничего складывать. Андрей и его люди спасли нам жизнь.
— Мы бы не оказались в подобном положении, если бы не эти пидрилы! — повысил голос Миша.
Смотрю, ему моча в голову ударила на радостях от победы. Уже видит себя в роли командующего армией Гранда? Это он торопится с выводами, слишком торопится.
Алёна, как и всегда в подобных ситуациях, молчала, предпочитая выжидать. Она не торопилась лезть в перепалку, рассчитывая, видимо, как и обычно, загрести жар чужими руками. Из действительно значимых людей сейчас присутствовал ещё и Кирилл. От него веяло нетерпением, но, тем не менее, в этот вопрос он лезть явно не собирался, всем своим видом демонстрируя, мол, это ваше дело, сами разбирайтесь.
— Мы бы оказались в этом положении в любом случае. И, возможно, дойди до конфликта позже, их божок, которого я прикончил, был бы мне не по зубам. И вас бы тут всех размазал! Повторяю — эти люди спасли наши жопы в самый ответственный момент. Что бы там ни было до, но одним этим они уже доказали, что зла Гранду не желали. А то, что вы с Андреем власть поделить не смогли мирно — это уже другой вопрос. И притом довольно спорный, как по мне. Кое-кто, — повернулся я к Алёне и зло посмотрел ей в глаза. — Явно преувеличила в моих глазах степень предательства Андрея и его людей. Сильно преувеличил. Так что повторяю — никто ничего складывать не будет.
Ну давай, поведись на провокацию, красавица. Дай мне повод растоптать твою репутацию.
К счастью или сожалению, но мой замысел был слишком очевиден для девушки, и она ничего не ответила, лишь яростно сверкнула глазами. Да, дорогуша, именно так, Рус решил вернуться с концами. И оставлять тебя единоличной хозяйкой положения не намерен.
— Командир, но ведь остальные, те пять сотен, что всё же участвовали в мятеже, были именно из числа их подчинённых, — заметил Валера.
Блять, ну кто тебя хлеборезку открывать просил?!
— Ну что ж. Тогда предлагаю следующее — они забирают родных и мы с ними уходим, — зло ответил я, чувствуя закипающий гнев. — Будем считать это платой за то, что они вернулись и спасли вас. Ну, и моей платой за то же самое, — сказал я. И, увидев довольные улыбки Алёны и Миши, яростно взревел, используя Волю. — А вы можете и дальше играть тут в свои игры с политикой! Вот только обещаю, нет, Клянусь Системой, в следующий раз, когда ты, как сегодня, — ткнул я пальцем в Алёну. — Будешь на коленях, в слезах и соплях, уговаривать меня вам помочь, я хуй пальцем о палец ударю! Это я ко всем вам обращаюсь! Или вы принимаете их обратно, или вы окончательно сами по себе! Решайте!
И тут, к моему изумлению, мне пришло сообщение от Системы:
— Один из основателей анклава, Руслан Мераев, воззвал к «Праву Воинов». Каждый житель второго класса и выше увидит произошедший диалог и в течении десяти минут будет обязан проголосовать за или против решения о прощении. В случае отрицательного исхода голосования Руслан «Мясник» Мераев, бойцы «Первой Роты», бойцы «Специального Отряда» обязуются покинуть территорию и никогда больше не выступать союзником анклава Гранд. В обратном случае все перечисленные вновь вернутся в состав гранда. Предупреждаем! Гарантом выполнения сторонами означенных условий выступит Система Возвышения!
Вот так поворот. Военная демократия во всей красе. Судя по удивлённым лицам присутствующих, сообщение видели все. Я посмотрел на количество тех, кто был допущен к голосованию. Таких оказалось 1464 человека. Судя по всему, все выжившие бойцы и сколько то ещё тех, кто не являясь воином, занимал достаточное высокое положение.
Признаться, я пожалел о сказанных словах. Одно дело пригрозить в гневе, другое дело — реально выполнить угрозу. Если Система выступит гарантом выполнения обязательств, я действительно не решусь нарушить своё слово. Я не дурной герой из комикса, что даст свою голову на отсечение за других.
На лице Алёны была видна внутренняя борьба. Ей явно хотелось усидеть на двух стульях — и удержать единоличную власть, и сохранить меня и отряд Андрея в союзниках. Ей, по большому счёту, нужна была голова лишь самого Андрюхи, и всё это прекрасно понимали. Однако вмешательство Системы спутало карты и ей, и мне. Кирилла же ситуация явно забавляла. Насколько я понимаю, он, как глава вассального анклава, видел происходящее. Наконец, Алёна решила подать голос.
— Я готова согласиться со всеми твоими условиями, — сказала она. — Кроме одного. Андрей должен быть казнён. В этом случае никому не придется покидать Гранд, а все ваши преступления будут забыты.
— Я согласен, — ответил Андрей.
— А я нет! — высказался один из его бойцов, выходя вперёд. — Мы могли помочь сектантам с братками, и тогда вы бы все уже сдохли. А вы вместо благодарности нам тут условия ставите?! Может, выясним всё в духе нового времени?! — прорычал он, с яростью уставившись на Алёну. Над поднятой ладонью собрался крупный шар магмы, а сам боец окутался личной защитой. — У нас ещё хватает Духа на схватку. Потянете, суки неблагодарные?!
Судя по помрачневшим лицам Алёниного окружения, очень вряд ли. А парень молодец, напомнил всем, что они, в отличии от прочих, сберегли достаточно сил. Вокруг нас вновь поднялись барьеры, бойцы придвинулись, прикрывая меня с Андрюхой.
— Стоп, стоп! — повысил я голос. — Не хватало нам сейчас ещё между собой сцепиться. Давайте…
— У нас нет претензий к вам, — перебила меня Алёна. — Но Андрей — предатель, и вы все это знаете. Мы не можем доверять ему. Предавший раз, передаст и снова.
— Ребят, я ценю вашу поддержку, — подал голос Андрюха. — Но если такова цена моей ошибки, то я готов её заплатить.
Умом я понимал, что это самый разумный выход. Для меня так вообще идеальный, ведь после этого бойцы Андрюхи точно станут именно моими бойцами. Да и Алёна в плюсе — покажет своим, что готова идти до конца, и повяжет всех поддержавших её командиров. После этого она точно станет самой влиятельной персоной в Гранде. Я уверен, она точно сможет в кратчайшие сроки восстановить анклав, несмотря на все потери. В конце концов, враг потерял куда больше народу. Да и наверняка у неё есть свои планы и виды на ситуацию. В общем, с политической точки зрения это был идеальный размен. Андрей становился козлом отпущения, мы все получали, что хотели. И может, в другое время я бы поддался жадности, но… Даже Карина меня бросила после первой же неудачи. И хоть я не показывал этого, но меня это задело. Так неужели я поступлю так же, как поступили эти трусливые неудачники со мной? Ведь Андрей, хоть и совершил ошибку, но вернулся и спас нас. И я уверен, он понимал, что даже победив, рискует головой. А ведь при желании мог и к Князю присоединиться.