Система Возвышения. Хаос в разгаре (СИ)

Я молчал, переваривая услышанное. Конечно, следовало ещё проверить слова Валеры, но пока всё сказанное им звучало достаточно логично. Эта мерзкая дрянь действительно была невероятно красива. Думаю, ей было вполне по силам залезть в кровать убитому потерей Юли Андрею. А уж то, что ночная кукушка всегда перекукукивает дневную, известно издавна. Вертеть мужиками, пойманными в ловушку податливой пизды, женщины обучены с рождения. Но блин, Андрей… Если честно, проблем я опасался именно со стороны Алёны, будучи уверенным, что Андрюха будет на моей стороне. Но если всё услышанное мной хоть на половину соответствует истине, масштабы проблемы в разы превосходят мои худшие опасения. Радовало лишь то, что с Орденом я точно сумею найти общий язык. Видимо, Кирилл единственный, в ком я могу быть уверен, что он не замаран связями с сектантами.
Возвращаясь сюда, я рассчитывал, что именно в Гранде я получу необходимую мне поддержку. Я ожидал, что мне придётся смириться с тем, что я не буду единоличным правителем, довольствуясь ролью в лучшем случае одного из равных им по положению. Рассчет был на то, что бы взять со временем на себя управление армией, в процессе подчинения остальных анклавов.
Но теперь мир со зверями под большим вопросом. У меня всего шесть дней на то, что бы что-то сделать с рыщущими по Лесу отрядами охотников, а для этого нужен как минимум контроль над Грандом.
— Ты же понимаешь, что я не могу верить тебе на слово в столь серьёзных вопросах? — сказал я ожидающему моей реакции собеседнику. Тот кивнул, и я продолжил. — Я не думаю, что ты затеял весь этот разговор только ради того, что бы рассказать мне о том, что я и так бы узнал от Алёны. Переходи к главному.
— Как я и надеялся, ты умный мужик, командир, — улыбнулся он. — Да, мне есть что предложить. Но сперва… Ты в курсе, сколько сейчас бойцов в Гранде? — неожиданно спросил он.
— Нет, — ответил я.
— Двадцать четыре роты, командир. Из них сформированы три батальона. Одним командует Миша, из числа первых ротных, что ты назначил. В этом батальоне пять рот, включая мою. Двумя другими командуют Кирилл Буря и Влад Айсберг, те самые двое Генералов, которых улучшили сектанты. У них по шесть рот, — перечислил Валера. — Да, ты, наверное, не в курсе, но у всех по-настоящему сильных бойцов теперь есть прозвища. Так вот, у этих двоих по шесть рот в подчинении. Плюс семь отдельных, так называемых Вольных Рот — это подразделения, которые выполняют задачи по охране торговцев, контролю рынка и рейды за пределы города в поисках всякой всячины. Это бойцы, которых набирали люди Алёны, так что по факту они Андрею не подчиняются. Есть ещё спецотряд — полсотни сильных бойцов, что-то вроде гвардии Андрея. У них даже есть пять человек с навыками высокого ранга. Так вот, я к чему веду, Рус, — наконец перешёл к сути он. — Мой командир, да и остальные офицеры с бойцами нашего батальона, поддерживают Алёну. Мы хотим отстранить от командования Андрея, но пока мы это сделать не в силах. С нами, само собой, не только наши пять рот, но и Вольные Роты. Но мы хотим обойтись без большой крови. Если ты будешь с нами, я уверен, до большой драки дело не дойдет. Мы не ждём от тебя немедленного ответа. Осмотрись сам, поговори с людьми, и ты убедишься в нашей правоте.
— А к чему был спектакль с затаскиванием меня сюда? — поинтересовался я. — Все, кто в курсе происходящего, и так поймут, что именно тут обсуждалось. Или… Ах ты ж сукин сын! — удивлённо присвистнул я. — Отличный ход, признаю. Алёна придумала?
— Ты о чём, командир? — удивился он. — Ну да, мне сказали с тобой пообщаться на эту тему сразу, как встречу. А что?
Ну да, вряд-ли он сам бы догадался до этого. Дело в том, что если бы со мной действительно хотели поговорить обо всём этом тайно, то меня перехватил бы какой-нибудь неприметный человечек, да отвёл бы в такое же неприметное местечко, где меня бы и ждал кто-то из этих доморощенных интриганов. И сделали бы это не прямо у ворот, на глазах у целой кучи народа. А вот сейчас, утащив на разговор почти в открытую, меня ловко поимели. Теперь, вне зависимости от моего ответа, даже если я откажу им, все заинтересованные придут к нужным Алёне выводам. Сторонники Андрея решат, что я с ней, сомневающиеся, чью сторону принять в этой заварушке, подумают, что у Алёны прибавилось сильных союзников, её собственные люди воодушевятся от того, что самый известный в регионе Полководец теперь с ними. И совершенно наплевать, что сам факт этого разговора не означает того, что я принял их предложение. Уверен, её люди уже пускают нужные ей слухи, и уверен, что до прямого столкновения этой парочки осталось совсем немного времени. Думаю, считанные часы. У меня просто не будет времени кому-то что-то объяснять. Девушка выжала из моего возвращения практически максимум возможной пользы. Склонить на свою сторону максимум сторонников в той буре, которая вот-вот грянет, куда важнее, чем просто ещё один, пусть и сильный, боец. Политика-с, мать её.
 
Однако она зря считает себя самой умной. Наша красавица, видно, совсем забыла, что я тоже не пальцем делан. Придется напомнить. Лавина событий набирает обороты, а я в этой лавине лишь камушек, ставший спусковым механизмом. И раз уж мне не под силу остановить эти события, я извлеку из них максимум пользы.
— Веди меня к Алёне, мой прямолинейный друг, — сказал я, решительно вставая.
— Она сейчас занята переговорами с людьми Князя. Обсуждают что-то на тему возможного союза. Просили тебе передать, что она… — начал было Валера.
— Мне насрать, Валерон, — с широкой улыбкой прервал я его. — Или ты ведёшь меня к ней, или я иду сам. И хана тем, кто попытается меня остановить. Не знаю, что из себя представляют ваши Айсберги и Бури, но поверь, они рядом не валялись со мной. И если ты не хочешь, что бы я силой прорвался к этой наглой пизде, ты сейчас поднимешь свою жопу от стула и сделаешь всё возможное и невозможное для того, что бы через двадцать минут я уже стоял перед ней. Иначе первым, кому я переломаю конечности, окажешься ты. У нас с тобой, дружище, не осталось времени на лишнюю болтовню.
— Командир, да чё случилось-то? — удивлённо воскликнул боец, даже не думая вставать.
Он ведь действительно не понимает, в какой мы сейчас жопе по его вине. Я не злился на него лично, но у меня действительно не было времени церемониться, если я хотел сыграть свою игру.
— Встал, нахуй! — Взревел я, стегая растерянного Валеру своей Волей. Тот подскочил, испуганно глядя на меня. — Веди!!!
Плана, как такового, у меня не было, так что сейчас начиналась чистой воды импровизация. Не исключаю даже того, что своим поступком я сейчас опять сыграю на руку Алёне, но да и хрен с ним. Во мне уже разгорелся азарт. При всех своих плюсах, у отрицательной Воли был и существенный минус — она делала меня слишком импульсивным.
Уже через десяток минут мы шагали по десятому этажу донжона, в направлении комнаты Алёны. Нас лишь раз пытались задержать, но хватило одного моего гневного рыка, что бы пресечь все возражения на корню. Тут, в самой цитадели, меня ещё помнили. Наконец мы оказались у самих дверей в её покои. Тут тоже стояла охрана — та самая девка, сторожившая в своё время бордель и получившая тогда от меня хорошую трёпку.
— Нельзя сейчас, она не принимает, — угрюмо, с тоской и обречённостью глядя на решительно шагающего меня, сказала она. Мне её даже жаль немного стало.
— Так иди и скажи, что пришёл старый знакомый, — сказал я. — Не хочу тебя ещё раз бить.
Десяток находящихся тут бойцов настороженно пялился на меня, не решаясь вмешаться.
 
— Пропустите его, — раздался голос из-за дверей.
Бойцы со вздохом облегчения расступились, пропуская меня. Я решительно шагнул к дверям и мощным пинком распахнул их. Дверь жалобно грохнула о стену, и я вошёл, закрыв её за собой.
— Ты меня поимела, подруга. И я жду убедительных доводов в пользу того, что это было пиздец как необходимо! — заявил я.
— Тебе уже должны были рассказать о происходящем. Что тут может быть не ясного? Раз ты тут, значит, сам всё понял, — сказала девушка, пожав плечами.