Охотник на богов (СИ)

Мария схватилась за грязный лоб ладонью, замолчала на пару секунд и только потом продолжила:
— Вокруг неё всё начало рушиться… сталактиты начали падать с потолка, будто их кто-то оттуда сталкивал. Грувимов завалило, и Афена успела сбежать вместе с Элегией. А вот меня дикарка всё-таки схватила и снова пленила. — Она опять с гневом глянула на шаманку. — Дикая сука! Чтоб ты сдохла! Ты убила целый отряд из Гильдии!
Дикарка сурово сощурилась.
— Нэт. Они должны быть живые. Я их нэ убивать. Мне нужны только плэнные. Мне нужны три. Я ждать здэсь, чтобы забрать ещё хоть кого-то, раз остальные сбэжать. Например, ты. — Она с презрением посмотрела на меня и повторила зачем-то: — Да, ты.
Я приблизил к её шее клинок косы и спросил:
— Зачем тебе пленные? Да ещё трое.
Она помолчала, но недолго, и всё же призналась:
— Сделать обмэн. Три на три.
— Обмен? На кого?
— На мои сёстры! — От гнева ноздри дикарки раздулись, она скрипнула зубами. — Их забрать ваши! Мои сёстры владэть магией, и их украсть и использовать… в Гильдия!
А вот об этом я даже не догадывался.
Ну надо же. А Гильдия не чурается использовать магов из диких племён. Шаманок всяких.
Тогда выходит так, что дикарка лишь обездвижила отряд из Гильдии, подготовив для них ловушки с ядом, а убили людей уже грувимы, которые искали Афену. Только какого хрена отряд из Гильдии сюда вообще приехал? Кириос Хан говорила, что они бы не отклонились от маршрута, если бы не что-то очень важное.
— А что тут делал отряд из Гильдии? — в лоб спросил я у дикарки. — Почему ты ждала их именно тут?
Раз она их ждала и всё тщательно подготовила, то должна была знать, почему они сюда приедут.
Девушка поджала губы. Ей не нравилось со мной разговаривать и быть в роли пленной, но деваться было некуда, и она ответила:
— Они сюда часто приходить. Я за ними слэдить. У них тут тайник, они хранить там волшэбные камни. Они их находить и прятать от начальства.
Я нахмурился.
— Ты про мута-алмазы?
Она кивнула и повторила:
— Волшэбные камни. Те мужчины часто сюда приэзжать, и я знать каждый их шаг.
Услышав всё это, Мария открыла рот.
— А нам они сказали, что срочно надо забрать оружие, что хранится на тайном резервном складе. Мол, это быстро, а потом мы поедем к руслу реки Зохи.
Я выдохнул.
Ну вот всё и выяснилось. Отряд Гильдии заехал проверить тайник или взять оттуда пару камешков, но напоролись на ловушку дикарки. Та обездвижила их и увела картографов. Ну а потом прибыли грувимы, которые убили частично обездвиженный отряд из Гильдии, после чего настигли и дикарку с пленными. Они окружили Афену, но та разозлилась, и тогда сталактиты повалились с потолка, потому что вокруг Афены всё рушится, когда она злится. Вот так Афена и сбежала от грувимов вместе с коллегой. Только где они сейчас? Я ведь слышал её голос.
— Отпустить меня, — вдруг потребовала дикарка.
Я вскинул брови.
— Ага, сейчас, разбежался. Ты со мной пойдёшь и покажешь, где яд по дороге намазала.
Она поморщила аккуратный носик и покосилась на клинок моей косы, а потом вдруг спросила:
— Ты вэликий шаман? Твоё оружие… нэ как у всех. Оно как у богов.
— Да, я великий шаман и отрублю тебе голову к хренам, если дёрнешься и попытаешься сбежать или обмануть меня. Поняла? Я же понятно выразился?
Девушка опять поморщилась.
— Понятно. Я нэ глупая.
— Ну да, надеюсь, что так. А теперь повернись ко мне спиной и вытяни назад руки. Мария, свяжи её!
Ту не надо было просить дважды. Она дождалась, когда дикарка повернётся ко мне спиной, и охотно обмотала запястья пленницы верёвкой, которой до этого были связаны её собственные руки. Да так туго, что шаманка закусила губу от боли.
— Вот мы и поменялись местами, мерзкая козлица, — процедила Мария.
— Сама козлица, — тут же отреагировала дикарка. — Крэтинка, дрянь, тварь, мразь…
За словами она в карман не лезла, хоть и слабовато знала язык.
Будь моя воля, я бы отправил их обеих наверх, но выбора не было. Лучше подстраховаться и заставить дикарку провести меня по пещерам. Она должна их неплохо знать, раз пыталась через них увести пленных.
 
Ну а Мария… её тоже придётся взять с собой. Не оставлять же её тут одну. Тем более, она прихватила с собой кинжал шаманки и явно настроилась найти своих подруг, а может, даже и подраться. Это читалось на её грязном лице.
Я же решил, что фонарь мне нужнее, чем дикарке, поэтому снял приспособление с её головы. Фонарь крепился на кожаном ободе с застёжкой. Хотя это был даже не фонарь в привычном его понимании, а трубка из полой кости животного, внутри которой светился сгусток жёлтой энергии.
— Вэрни! — возмутилась девушка. — Это моё сияние!
— Теперь моё, — сощурился я, крепя фонарь себе на висок. — А это что? — Я посмотрел на крупный амулет на шее дикарки, бесцеремонно сдёрнул его, порвав нитку, и сунул в карман брюк. — Он тебе пока не нужен.
Глаза девушки ещё больше распахнулись от гнева.
— Вэрни!!! Вэрни мою совиную луну!! — заорала она и кинулась на меня, будто хотела укусить.
Я перехватил её за локоть и грубо повернул к себе спиной, взяв за связанные запястья. Затем рывком прижал к себе теснее, лопатками и ягодицами, и сказал на ухо:
— Не дёргайся. Прирежу, даже глазом не моргну.
— Тогда я выколю тебэ глаза… и скормлю диким совам… — сквозь зубы процедила она. — Это будет гнев Нари Катьяру.
Я крепче стиснул её запястья.
— Это твое имя? Нари Катьяру?
— Сдохни, шаман, — бросила она с презрением и смолкла.
— А где твой Мозарт? — спросила Мария. — Он бы переломал ей кости и заставил говорить.
— Мозарт занят. — Я толкнул перед собой дикарку. — Шагай, Нари, или как там тебя! Вперёд!
Девушка нехотя пошла впереди меня, а я крепко держал её за запястья одной рукой, а во второй находилась коса. За мной отправилась Мария.
Когда мы преодолевали зал с обломками, то Нари аккуратно переступала через куски сталактитов, часто останавливалась, а порой поднимала голову и смотрела на капли яда, что был на потолке.
Иногда она говорила:
— Там нэльзя. Здэсь можно.
И держалась то ближе к стене, то наоборот, отходила к середине. Я шёл за ней шаг в шаг, а позади следовала Мария. Точно так же мы преодолели коридор — Нари вела нас осторожно и предупреждала о ловушках:
— Нэ касаться стен. Вот тут нэ дышать. Вот тут перэшагнуть. Вот тут идти быстрэй.
В конце коридора она вдруг остановилась и потребовала:
— Нэ прижиматься ко мнэ.
— Иди уже. — Я подтолкнул её дальше.
На самом деле я действительно прижимал её к себе довольно тесно, и девушка часто касалась меня ягодицами в кожаных штанах с бахромой.
При каждом таком касании она напрягалась, что сразу же отражалось на её поведении. Нари нервно сжимала ладони связанных рук, хмурилась и шумно выдыхала от омерзения, будто её сейчас стошнит от одного только соприкосновения со мной.
Так мы преодолели ещё два зала и два коридора.
Больше ловушек Нари не показывала — она их здесь и не готовила, потому что сама ещё сюда не успела дойти вместе с пленными.
— Ты в какую сторону шла? — спросил я. — Где тут выход?
Она указала подбородком вперёд.
— Туда. Ещё далэко.
По пути я постоянно вслушивался и искал глазами, что где-то мелькнёт Жмот, или что Афена снова позовёт на помощь. Но Жмот всё не показывался, а в пещерах стояла такая тишина, что доносился только шорох наших шагов.
— Что будем делать, Тайдер? А вдруг они уже мертвы или их здесь давно уже нет? — прошептала позади меня Мария.
— Пока есть возможность искать, мы будем искать, — тихо ответил я. — Главное, постоянно прислушиваться.
— Да я и так прислушиваюсь, у меня скоро уши лопнут от напряжения… — Она вдруг ухватила меня за плечо. — Тайдер! Ты слышал? Только что. Треск или что-то такое…
При слове «треск» меня сразу бросило в холодный пот.