Клинок, рассекающий демонов: Дыхание крови (СИ)
Его клинок, оставляя за собой черный след электрических дуг, опустился на место, где мгновением ранее была спина Санеми. Санеми быстро пригнулся и произвел кату. Да-да, ту, которую при приземлении.
"Дыхание ветра, ката пятая: Суховей"
Кольцевой разрез отсек наши с Кайгаку ноги. Но я успел сохранить одну, так как отшатнулся от Санеми при нападении Кайгаку. И потому, напряг единственную ногу, отскочил подальше и там, в прыжке, восстановил ее.
А вот Кайгаку не повезло. Он вообще без ног, но атаковал Столпа и так.
Я, в полете, сменил хват на рукояти. Ката, которую собираюсь произвести, не требует твердой опоры.
Наши каты, всех троих, произошли одновременно.
"Дыхание грома, ката шестая: Рев электрических молний"
"Дыхание ветра, ката седьмая: Неожиданный порыв ветра"
"Дыхание крови, ката седьмая: Летящие алые капли
Окутанный электричеством меч прорезал плечо Санеми вниз до легкого. Горизонтальный взмах клинка Столпа Ветра отсек голову Кайгаку вместе с руками, которые держали клинок. Три моих алых прознающих удара размололи голову Санеми в фарш.
Два тела осело на землю.
— Не… ет… Госп… один Сан… ем… и… — пробулькал недалеко Охотник с распоротым животом. Я подошел к нему и посмотрел в глаза.
— У вас просто нет шансов против Господина. Я ведь даже не Луна! Ладно, прощай.
— Ублю… Ублюдок… Ты… поплатишься… — ненавистно посмотрел тот на меня.
— Конечно. Я всегда жду расплаты и смерти. Потому что я уже испытал адские муки, мне они не страшны.
Я поднял катану и практически пронзил сердце этого Охотника, как он пошевелил катаной, расположенной около моей ноги и каким-то образом порезал ее. Кожу ноги, то-есть, на миллиметр.
— Ай.
С хлюпающим звуком катана вошла в плоть Охотника и тот, забившись в агонии, вскоре замолчал навсегда.
Я вытащил катану, отряхнул ее от крови и посмотрел на порез на ноге.
— Черт, мне даже смешно от этого пореза.
Вытерев рукой каплю крови с ноги, я посмотрел на нее и усмехнулся.
Я победил. Все умерли. Было интересно. Но почему-то, мне сейчас так тускло… А, к черту идите. Все-таки это из-за того, что только что было насыщенно интересно, а сейчас — пусто… Хочу поесть.
Я стряхнул каплю с руки и пошел к Санеми. Ой, не к Санеми, а к заслуженному обеду, и со вздохом приступил к трапезе.
Я не обратил внимания, что капля крови, которую я стряхнул, попала на рану Охотника — по присутствию, он был для меня мертв.
В приподнятом настроении я аккуратно трапезничал. Все-таки редкая кровь — просто нечто.
Глава 21. Токио
Уходя от места сражения, я забрал себе все катаны. Клинок Ничирин Кайгаку — золотой с черными молниями, Санеми — зелено-бирюзовый, а для третьей катану у меня места не хватило. Нет, ну ножны для ношения катаны на спине были, но только одни — у Кайгаку, и потому я повесил один клинок за спину, и два — на пояс. Четвертый клинок был бы перебором, и я оставил самую слабую катану здесь.
Посмотрел на красноватое освещение заходящего солнца. Что ж, пора идти дальше выполнять приказ Господина. Убивать Охотников, становиться сильнее, а может и все вместе. Главное, не попасть один на один к столпу, иначе зашибет — мне нужно съесть еще триста чтобы стоять на равных, а лучше семьсот человек, чтобы я мог побеждать их. Хотя, победа не на сто процентов зависит от боевой мощи, даже слабый (относительно — 9-й ранг) может побить Высшую Луну при удачном стечении обстоятельств.
В отличии от остальных демонов, мне довольно легко поднимать сейчас силу. Как я уже говорил, чем больше людей съел демон, тем меньшая прибавка силы дается за одного человека. А я съел мало. Всего 49. Мощи мне привалило как за 150, ибо Санеми был очень вкусным. В общем, столпам я проиграю, а вот остальным Охотникам — вряд ли. Это в один на один, естественно. Подлая сила дружбы, которой воспользовались мы с Кайгаку в сражении против Санеми, может все изменить.
Хотя, после становления столпом боевая мощь резко взлетает вверх. Может, из-за присутствия рядом с сильнейшими. Нежеланием показать, что ты слаб… Хотя, Шинобу это не трогало. Порхает, как бабочка и жалит, как пчела. (Шинобу Кочо, Столп Насекомого, не может отрубить демону голову и поэтому использует облегченное тычковое оружие с ядом на основе глицинии.)
Я тут понял одну вещь. У Охотников же есть вороны. И они — потенциальная для меня угроза, ибо если я приду, например, в деревню, вырежу ее подчистую и начну есть, то нагрянут Охотники, а может, даже столп, и настанет мне тю-тю. Это из-за воронов, которые наверняка передают всю информацию в штаб. А, интересно, я ведь знаю, где находится деревня Охотников. Может, нагрянуть туда?
…Нет, я все еще слаб в одиночку так делать. Вот если бы мы с Кайгаку достигли уровня Четвертой Высшей Луны, тогда да, можно. Или, можно объединиться с Кокушибо и просто не оставить им шансов, нападая с разных сторон, уничтожая и отступая.
А сейчас я пойду. Я настолько наелся "Редкой кровью", что мне теперь даже второго Охотника не хочется есть. Ну и плевать на него.
Я зашагал в том направлении, куда показывал Кайгаку, когда говорил, что там находится город. Я уже там был, в том-то городе — Токио, но, почему-то, Кайгаку назвал его Эдо.
Так я шел по лесу два дня, в изрезанной и окровавленной хаори. Вонял теперь так, что любой Охотник за милю учует, а Танджиро, небось, за десять. Но, в общем, я немного страдал из-за болей в животе. Съесть 41 человека за день — такого, видимо, даже демон не перенесет… А, стоп, а как же Энму?… Ну, он поезд, так что ему можно. Было.
Выйдя из леса, я оказался на какой-то дороге, а не пришел в город. М-да. С картографией у Кайгаку явно проблемы. Или это у меня проблемы с ориентацией на местности?
Ругаясь, я пошел в сторону ближайшего чувствуемого мной человеческого присутствия в четырех километрах от меня. Радиус действия этой моей способности снова увеличился.
Ну, и не прогадал. Кайгаку ошибся, но не намного — всего то на чуть чуть отклонил палец в сторону, когда показывал путь, а мне теперь переться туда несколько километров.
Пройдя некоторое по дороге, слушая ночные шорохи, я почувствовал присутствие множества людей. Ага. Все-таки город. Вот и отлично.
Вломившись в первый попавшийся дом, я убил и съел его обитателей и наконец подобрал себе хаори. Красное с черным, класс… Еще и узоры в виде золотистого плюща по краям… Черт, в кровяку вступил.
Досадливо посмотрев на ногу, окрашенную в алый, я впитал разлитую кровь через кожу и сам удивился, что так умею. Вышел из дома и пошел в сам город.
Ну что ж, здравствуй, Токио.
***
Ворон с посланием о смерти Санеми Шинадзугавы прилетел в штаб Охотников, а уже оттуда разлетелись птицы с посланиями остальным столпам.
Игуро Обанай, Столп Змеи, повернул свою голову к солнцу, пробивающемуся сквозь ветки дерева, и прошелестел:
— Значит, взошла новая Луна…
Томиока Гию, Столп Воды, невозмутимо-непонимающе посмотрел на ворона и продолжил медитировать, практикуя дыхательную технику
Муичиро Токито, Столп Тумана, будто пребывая где-то в другом мире, ответил на послание ворона:
— Я все равно это забуду…
Мицури Канрожди, Столп Любви, ошеломленно ойкнула, прикрыв рот руками:
— К-как же так? Даже Шинадзугава-сан…
Гемей Химеджима, Столп Камня, подняв вверх свое неизменно плачущее лицо и сложенные в молитвенном жесте ладони, произнес:
— Амидабха. Бедная, бедная душа…
Шинобу Кочо, Столп Насекомого, приостановила свою тренировку с Канаэ Кочо и с ее неизменной маской приветливой улыбки ответила:
— Ясно. Демон-Охотник со странным Дыханием, да?
Узуй Тенген, Столп Звука, услышав донесение ворона, скривил лицо в недовольном выражении и сказал:
— Как тускло.
***
— Спустя две недели-
В Токио для меня было раздолье. Трехсоттысячное население, огромная площадь самого города, множество людей. Да даже если солнце взойдет, то я спрячусь в тенях от домов.