Грешник. Вернуть бывшую (СИ)

— Что вы себе позволяете, Рамиль Александрович? — подшучивая, слегка отталкиваю его и иду в кухню. — Минутку подожди, еду подогрею. 
— А сын где? — спрашивает Рамиль. 
Оборачиваюсь к нему и всматриваюсь в черные глаза. Он серьезно? Я подумала, он с матерью своей договорился, чтобы со мной наедине остаться. 
— Лариса Петровна увела на прогулку. Вы не столкнулись внизу? Они как раз перед твоим приходом ушли. 
— Нет, я их не видел, — хмурится. 
— Я позвоню ей. Попрошу, чтобы вернулись, окей? 
Странно. Ведь свекровь знала, что Рамиль захочет увидеть сына. Наедине мы останемся в любом случае. Пусть не сегодня, завтра уж точно. Зачем она так поступила? 
— Не нужно. Подождем немного. 
Я отворачиваюсь и ставлю еду в микроволновку. Разворачиваться не хочу, потому что по телу пробегает приятный холодок, который тут же сменяется на тепло от одного взгляда Рамиля. Я уверена, он не сводит с меня своих черных, как бездна, глаз. 
— Лер, — чувствую горячее дыхание на затылке. Руки бывшего обвивают мою талию, а потом каким-то образом, всего за секунду, я оказываюсь с ним лицом к лицу. — У меня есть для тебя очень хорошая новость. Но! — он ставит ударение на последнее слово и смотрит в мои глаза с такой нежностью, что я уже таю, как мороженое. — Эту новость я тебе скажу, если ты примешь мое предложение. 
— Условия? Опять? — вопросительно выгибаю бровь. 
Специально огрызаюсь. На самом деле злюсь на саму себя, потому что я чувствую себя как много лет назад. То же самое волнение. У меня мурашки по коже ползут от его легкого прикосновения. Будто он впервые меня трогает. Вроде бы я взрослая женщина, но в то же время как маленькая девочка, ей-богу. 
— Предложение, — улыбаясь, поправляет. — И, поверь, оно тебе очень понравится, — тихий шепот в губы. 
— Вот как? Ну я тебя слушаю тогда, — обвиваю шею Рамиля руками. 
Утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю мужской парфюм. Как же я люблю этот запах, боже…
— Переезжай к нам, а? — говорит аккуратно, осторожно. Взяв меня за подбородок, поднимает вверх, дабы я заглянула в черные глаза. — Я пойму, если откажешь. Возможно, тебе нужно время. Но… Лер, какая разница, сегодня, через неделю или месяц? Стрелки часов не стоят на месте. Время течет сквозь пальцы как вода. Я уже ни минуты терять не хочу. Не хочу я больше без тебя. Это капец как сложно и больно. Тебя хочу в своей жизни. До последнего вздоха. Я тебе верю больше всех в этой жизни, родная. Пожалуйста, хорошенько подумай, перед тем как ответить. 
— А я не хочу думать, — равнодушно пожимаю плечами. — Переедем, я согласна. Но… Ответь на мои вопросы сначала. 
— Я тебя слушаю, — напрягается. 
Упираюсь ладонью ему в грудь и чувствую, как бешено колотится его сердце. 
— Что с сестрами делать будешь? Я надеюсь, Тимур их уже отпустил? 
— Да. Вчера, — отвечает раздраженным голосом. 
Потом меня сильнее к себе притягивает и впивается в губы. На секунду просто расслабляюсь и отвечаю ему. Рамиль обхватывает мою голову руками, углубляет поцелуй. Если мы сейчас не остановимся…
— Рамиль… — шепчу, задыхаясь от его напора. 
— М? 
— Они твои сестры. 
— Давай не будем о них, а? — предлагает, все-таки отпускает меня и слегка отстраняется. — После смерти отца я делал все ради них. Буквально заставил учиться, чтобы самостоятельно на ногах стоять научились. Аня замуж побежала, несмотря на то, что я был категорически против, — качнув головой, садится за стол и морщится. 
— Что случилось? Больно? 
Он трогает рукой плечо. 
— Все отлично. Не волнуйся, — натягивает улыбку. — Лер, я был против ее брака, потому что тот отморозок мне совсем не нравился. И я был прав. Буквально через несколько месяцев он исчез, а Аня беременная осталась. Родила Димку, потом вообще стала странной. Ты же знаешь все… Я ее с помощью психиатров вернул к жизни, но, как видишь, — усмехается уголками губ. Качнув головой, откидывается на спинку стула. — Мне не нужны такие сестры, Лера. Не нужны. 
— Но тем не менее, Рамиль, они ими являются. Не руби с плеча. Я думаю, они наверняка поняли свои ошибки. Со временем все…
 
— Со временем ничего не забудется, Лера. Ничего! — грубо отрезает он. — Мне тебе в глаза смотреть стыдно из-за своих тупых поступков. Я прекрасно понимаю, что всю жизнь ты будешь вспоминать и ненавидеть меня… Вспоминать тот проклятый день, когда я тебя даже не выслушал. 
— Мы договорились не говорить на эту тему. 
— А я не могу. Если меня так колбасит от воспоминаний того дня, то я даже представить не могу, что у тебя внутри творится. И… Что будет, если мои сестренки, — кривится, когда произносит последнее слово. — Что будет, если они вернутся домой? Если я их прощу? Аня бросила Димку. Его всю жизнь ты растила и мама. Аня свалит в другую страну при первой же возможности.
— А если не свалит? Я просто думаю, что тебе нужно поговорить с ними…
— А ты не думаю, Лер! 
Он злится. Но эта злость не в мой адрес. В свой и Анин с Аллой. Да, возможно, я совершаю ошибку, уговаривая его, но… Я не могу не думать о свекрови. Она мать, в конце концов. Сколько бы ее дети ни накосячили, она не может взять и вычеркнуть их из своей жизни. 
Рамиль достает мобильник и набирает чей-то номер. 
— Мам, ты где? — делает короткую паузу, встает с места и приближается вплотную. — Да? Окей, мам. Я жду. Сына увидеть хочу. Хорошо. Давай, — отключается. — Она поднимается. А ты, Лер, больше не открывай эту тему. Она закрыта. 
— Рамиль… Лариса Петровна…
— Я не стану ей ничего запрещать, Лер. Она взрослая женщина А для нас их нет. Все. Тема закрыта. Нет у меня сестер и точка. 
Не вижу смысла спорить с ним. Где-то он прав. Будь я на его месте, наверное, поступила бы точно так же. Но свекровь в любом случае будет встречаться со своими девочками, какими бы они ни были. 
Рамиль заправляет прядь моих волос за ухо, гладит щеку. Смотрит на меня с грустью. Глубоко выдохнув, целует в лоб, а потом обнимает. 
— Прости, Лер. Прости. 
Я обнимаю в ответ и прижимаюсь плотнее. Нужно все забыть и начать новую жизнь. Теперь втроем. 
Звенит дверной звонок, и я нехотя отстраняюсь от Рамиля и направляюсь в коридор. Как только открываю, Лариса Петровна в панике протягивает мне Сашку и кивает в сторону спальни. 
— Лер, ты сними с него комбинезон, иначе он вспотеет. Тут жарко, — снова кивает, а потом обнимает Рамиля. — Сыночек, рада видеть тебя дома. 
Я, честно говоря, впадаю в ступор. Не понимаю, почему она себя так ведет. Еще и рукой указывает, мол, уходи. 
Обнимаю сына, целую в холодную щеку. В нос ударяет сладковатый парфюм. И я узнаю этот запах. Алла… Свекровь встречалась с ней и, видимо, Сашку для этого на прогулку вывела. 
Черт! Если Рамиль узнает…
История Алёны в романе Жена брата, которая подходит к концу))) очень жду вас там! 
  
Глава 29
 
Что Рамиль разозлится, я знаю точно. Нужно понять, почему свекровь так поступила.
Поспешно снимаю с сына верхнюю одежду. Чувствую тяжелые шаги. Чернов заходит в комнату и внимательно смотрит на Сашку, которого я уложила в кровать.
— Я… Могу его на руки взять? — бросает короткий взгляд на меня, а потом снова возвращает свое внимание к сыну.
— Конечно. Сядь, — киваю на кровать. Забрав малыша, протягиваю бывшему мужу. Он как-то странно смотрит на меня. Такое ощущение, будто боится. — Ты чего?
— Он крошечный, — сглатывает. В его глазах пробегает что-то непонятное…
— Не бойся, — шепчу. — Лариса Петровна ушла?
— Да, — говорит он, прижимая к себе ребенка.
Как я мечтала об этой картине. Мы. Рамиль и я. А еще наш малыш. Но я не могла представить, что это будет в таких обстоятельствах. Чужой дом. Я живу тут с сыном. А с Рамилем мы в разводе, и пришел он как гость.
Глубоко выдохнув, выхожу из спальни, отгоняя грустные мысли. Направляюсь на балкон. Набираю номер свекрови, плотно закрывая за собой дверь. Отвечать она не спешит, потому что знает: я буду ругаться. Ее поступок мне не понравился.