Снотворец (СИ)

— Смотри-ка, автор темы онлайн, — удивилась Дженн. — Получается, он сидит на этом форуме уже десять лет? Наверно, перечитать здесь все просто нереально.
Я нахмурился, глядя на профиль автора.
— У меня к нему миллион вопросов.
Дженнифер подняла на меня озадаченный взгляд:
— Неужели ты поверил в теорию другого мира?
— Сложно не поверить, слишком много совпадений. Но… Господи, если все это правда…
То Кай настоящий! И Эйендер, и моя зависимость от флайтера, и клуб, и психбольница — все взаправду! Пусть и в другом мире!
В грудь будто камней наложили: стало тяжелее дышать, на виски давили мысли о несуразности и глупости прочитанного. По телу бегали мурашки, а есть уже абсолютно не хотелось.
Я быстро зарегистрировался под именем «Мадар», указав в своем профиле электронную почту, чтобы Кийго смог отписаться туда, ведь на сайте не было предусмотрено личного чата, а в профиле автора отсутствовали какие-либо контактные данные. А потом оставил сообщение в чате темы:
«Я тоже вижу этот мир уже более двух недель. Я научился управлять телом, но до сих пор мало что понимаю. Кийго, у меня много вопросов. Надо поговорить лично».
— Уверен, что хочешь в это ввязываться? — спросила Дженн, сделав глоток газировки. — Вдруг он какой-то чокнутый и верит в параллельные миры, реинкарнацию и прочую фантастическую чушь?
Я кинул на нее неодобрительный взгляд:
— Ты там не была. Не видела, не ощущала. Там все такое реальное. И так же говорят еще триста с лишним человек. Не может это быть простым приколом или бреднями сумасшедшего. А если они все в этом чате сумасшедшие, то и я тоже.
Дженнифер отвернулась и подперла голову рукой, глядя на свое тающее мороженое.
— Ну, даже если предположить, что тот мир существует, — начала она, макнув картошкой фри в мороженое, — то что? Что ты сделаешь? Какая разница настоящее там все или нет? Ты не сможешь там жить, твой мир здесь.
— Но автор как-то живет ведь, — пробубнил я, листая чат.
— Значит он либо смертельно болен, либо калека. Ты же не бросишь лечение ради мира снов, который если и существует, то это никак не доказуемо?
Я снова перевел напряженный взгляд на подругу:
— Но я должен хотя бы понимать, как мне там себя вести. Неизвестно как долго мне еще предстоит лечиться. Может, это растянется на года. А я совсем не знаю правил и законов, и если спрошу, то время моего пребывания в психушке, боюсь, в разы увеличится. Я хочу сделать мою жизнь там комфортной и приятной, хотя бы попытаться.
Телефон оповестил о новом сообщении. Я открыл почту.
«Здравствуйте. Я постараюсь ответить на все ваши вопросы. Скажите только для начала, сколько вам лет, где живете и какой у вас диагноз? Это для моей личной статистики».
Я быстро описал все необходимое и спросил, как давно он живет в мире снов.
Дженнифер тем временем уже слопала свои картошку с мороженым и попивала газировку, заглядывая над моим локтем в экран смартфона.
— Если у тебя и правда куча вопросов, то вам проще созвониться, — сказала она и, взяв палочку картошки из моего заказа, поднесла ее к моему рту. — Ешь давай. Холодное потом невкусно.
Я на автомате взял губами предложенную фри.
— Возможно, — тихо ответил, все так же листая чат. Чем больше я погружался в мелькающие сообщения, тем больше убеждался — люди спрашивали о вещах, которые для меня ценности не представляли. Практически никто не относился к своим снам серьезно. — Если он захочет, конечно, разговаривать. Мало ли из-за каких травм он тоже видит эти сны.
На экране снова всплыло оповещение о новом мэйле.
«Надо же, мы с вами соседи. Впервые встречаю аватара из своего города. Я предпочитаю не называть тот мир «миром снов», потому что для меня это самая что ни на есть другая реальность, ставшая вторым домом. И живу я там уже почти пятнадцать лет. Что вас конкретно интересует? И почему вы не задали все вопросы в общем чате?»
Я неуверенно замялся, почесав щеку. Не хотелось начинать разговор с того, что я в том мире — шлюха. Именно это ведь и стало для меня главной преградой в понимании происходящего. Окажись я обычным мадаром, работающим в офисе и имеющим все свободы простых жителей Аллебри, моя судьба там наверняка сложилось бы иначе, а мой персонаж, или кто он, не оказался бы в психушке.
 
Я быстро напечатал ответ:
«Потому что происходящее со мной в том мире — очень личное. И раз уж мы с вами соседи, то было бы хорошо встретиться и поговорить с глазу на глаз. Или хотя бы созвониться. Если, конечно, это возможно».
Ответа не последовало. Мы с Дженнифер доели заказ, еще немного порылись в чате и вернулись в больницу. Там док сразу принял меня и сообщил, что гематома, к счастью, рассосалась. А вот опухоль не изменилась абсолютно, никакого положительного прогресса. Мигрень док свалил на таблетки. Потому он предложил мне выписать другие экспериментальные препараты, а также каждый день приезжать на капельницы. Еще и на всякий случай выписал лекарство от мигреней. В общем, если захочу вдруг закинуться таблетками насмерть, можно будет не париться насчет того, где бы взять побольше убойных колес.
Когда я уже потерял надежду на то, что Кийго ответит, на мэйл вдруг пришло письмо.
«Если вам так легче, то я не против встретиться. Правда, я не очень транспортабельный, поэтому вам придется приехать в мой район».
«Когда и куда подъехать?»
«Можно сегодня часов в пять, если удобно. Западный пригород. Здесь есть небольшой парк. Я скину вам геолокацию».
Западный пригород? Это ведь мой район. Не о том ли парке шла речь, где я не так давно порвал с Мелиссой?
«Хорошо. К пяти буду. Как мне вас узнать?»
«Я практически ваш сверстник, русоволосый, но главное, что я буду в инвалидном кресле и приеду на встречу не один. Думаю, не ошибетесь».
— Ты была права, Дженн, — проговорил я, не отрывая взгляда от экрана телефона. — Он инвалид и, видимо, неизлечимый. Потому он может там жить…
Мы ехали в автобусе, сидя на соседних местах, но размышляли каждый о своем. И подруга не сразу вынырнула из своих мыслей.
— Мы договорились сегодня в пять встретиться, — добавил я, все же посмотрев на Дженнифер. — Пойдешь со мной?
— А у меня выбор есть? — Она подняла на меня недовольный прищур. — Мне не нравится эта твоя увлеченность снами. Может, у вас просто один из типов коллективного бессознательного или вроде того? Например, вам снится очень похожее, но все же каждому свое. Вот в это я быстрее поверила бы, чем в теорию о другом мире. И я бы посоветовала тебе не лезть в эти дебри, а просто лечиться. Но ты ведь меня все равно не послушаешь, да?
— Дженн, я не могу оставить все так просто. Я должен понять.
Подруга тихо вздохнула:
— Не знаю. У меня из-за твоей затеи нехорошее предчувствие. Зря, наверно, рассказала про сайт.
Я промолчал. Дженнифер меня не понимала. Ей сложно было представить, что мои сны не просто яркие и необычные, а слишком реалистичные, чтобы не думать о них и не вспоминать. А если это и правда не просто сновидения…
Дома мы с Дженн почти не разговаривали: она о чем-то болтала с Эрикой на кухне, а я читал чат, сидя в гостиной. Нашел информацию о валюте Аллебри — ксионах, еще алфавит и примеры письменности, а также вполне реалистичные портреты жителей того мира, на этот раз законченные, а не эскизы. Судя по всему, Кийго — художник. Чуть дальше он выкладывал пейзажи городов, изображения каких-то необычных зданий, похожих на футуристичные замки, и неизвестных мне конструкций. Позже я нашел изображение темного дрэйда: в отличие от Кая, у него были намного более грубые черты лица, полоска аккуратной бородки под губой, собранные в тугую косу волосы, а рога — по два из каждого виска — очерчивали овал головы и смотрели вниз. Подпись гласила, что шесть лет назад этот получеловек был избран правителем Аллебри. Как я понял, их мир не делился на страны. И как можно управлять всей планетой?
Время приближалось к вечеру. Эллиот мне так и не написал, а я не хотел его тревожить. В пятом часу мы с Дженнифер отправились к назначенному месту встречи. И хотя мы пришли раньше, парень на инвалидном кресле уже был там. Он выглядел очень миловидным. Рядом с ним на скамье сидел другой — поблондинистей, чертами лица погрубее и явно постарше.