"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Будем вам признательны Валентина Степановна, если вы нас проводите. Хотелось бы сейчас поговорить с этими шутниками.
— Хорошо, — отозвалась та и встала из — за стола.
Идя следом за женщиной по коридорам и лестницам, мы с Малаховым разговаривали не о нашкодивших детях, а о дальнейшем сотрудничестве. Рассуждая о серьезных бизнес — вопросах, мужчина смотрел на меня с явным интересом, но, увы, не так, как на партнера.
«Еще один тестостероновый самец, — вздохнула я мысленно. — Вот почему мужики такие?»
Остановившись, твердо посмотрела в улыбчивые глаза Малахова и сказала:
— Валентин Степанович, я очень рада сотрудничеству наших родов. Сегодня познакомлю вас с директором моей фирмы. В дальнейшем с вами будет работать он, — сделав вид, что не заметила мелькнувшего на лице мужчины разочарования, добавила: — Василий Юрьевич — дворянин и слуга рода Изотовых, я ему полностью доверяю. Уверена, вы с ним сработаетесь.
Помолчав несколько мгновений, Михайлов огорченно вздохнул и произнес:
— Отлично. Когда и где встреча?
— Если вы не торопитесь, то после школы. Василий ожидает меня в машине.
Я вопросительно взглянула на мужчину.
— Договорились, — кивнул тот и добавил: — Для такой юной девушки у вас великолепная деловая хватка, Софья Сергеевна. Вы настоящая глава рода, — он почтительно склонил голову.
Я ответила легкой улыбкой. Не знаю, как с остальными, но опыт подсказывал, что с ним мы сработаемся: на редкость понятливый мужчина.
— Господа! — окликнула Тепликова.
Остановившись возле одной из дверей, она с укоризной посмотрела на нас. Переглянувшись, мы с Малаховым усмехнулись. Дела делами, но предстоял еще разговор с проказниками.
Пройдя в учебный класс, я тотчас заметила грустную троицу. Тяжело вздыхая и понуро опустив головы, Тихон с близняшками плечом к плечу стояли подле доски. Возле них прохаживалась тучная темноволосая женщина.
— …вы меня разочаровали! — долетел до нас расстроенный голос учительницы.
— Добрый вечер, Вера Павловна, — подойдя ближе, произнесла я.
Чувствуя, как в кармане пальто завибрировал поставленный на беззвучный режим телефон, мысленно поморщилась. Вот совсем не время.
Резко повернувшись, учительница мгновенно сжала узкие губы в тонкую полоску. Быстро скользнув по нам взглядом, тяжело вздохнула и ответила:
— Здравствуйте, господа.
— Вера Павловна, мы уже знаем о том, что произошло, — сообщил Малахов, а после, встретившись с обиженной женщиной взглядом, бархатистым голосом добавил: — И сожалеем о случившемся.
Ярко — алые пятна, прежде покрывающие лицо учительницы, начали медленно светлеть.
«Молодец! Нашел нужный тон и слова», — одобрительно подумала я.
Мобильный вновь начал вибрировать. Вот кому так неймется?
— Тихон, я жду объяснений, — меж тем строго произнес глава рода Малаховых, грозно нахмурившись. Тоненько вздохнув, мальчик еще ниже опустил голову.
Телефон продолжал настойчиво вибрировать. Не обращая на него внимания, я шагнула вперед и спокойно спросила у близняшек:
— Что вы хотели в итоге получить?
Медленно подняв головы, те с удивлением посмотрели на меня, а затем переглянулись. На их лицах явно читалось недоумение. Приятно поразив, первой заговорила не Александра, а Елизавета. Глубоко вздохнув, девочка посмотрела на меня и сказала:
— Мы хотели, чтобы было весело…
— И как? Получилось? — спросила заинтересованно, наклонив голову набок.
Вновь переглянувшись, проказники слаженно протяжно вздохнули.
— Вначале да, — бесхитростно призналась Александра.
— А сейчас? — продолжила спрашивать я, не выказывая ни тени раздражения.
— Совсем невесело, — пробормотал Тихон.
— Любое действие имеет последствия, — хладнокровно произнесла и аккуратно засунула руку в карман: мобильный все никак не желал успокаиваться. — Есть невинные шалости, но есть и злые. Отличному педагогу, славному человеку вы ради развлечения причинили боль, — проговорила я тихо, но отчетливо. — Уверена, что вы не желали вреда, — выдерживая паузу, скользнула взглядом с одного угрюмого личика на другое. — Но не подумали о том, что будет дальше; не подумали о чувствах Веры Павловны. Вы — умные ребята, надеюсь, сделаете правильные выводы.
 
В классе воцарилась звенящая тишина. Задумчиво хмурясь, одноклассники поглядывали друг на друга. Взрослые же молча и напряженно ожидали реакции детей на мои слова. Посмотрев на Тепликову, я заметила одобрение в ее глазах.
— Вера Павловна, — внезапно прозвучал срывающийся от напряжения голос Елизаветы, — примите, пожалуйста, наши искренние извинения. Сестрица права: мы не желали вам вреда и не подумали, что обидим. Нам очень жаль. Мы все поняли. Больше никогда такого не повторится.
— Простите нас, — синхронно выдохнули Тихон с Александрой. Не отрывая взглядов, они смотрели на учительницу… с надеждой.
— Я больше не сержусь, — как — то удивительно по — доброму улыбнулась Вера Павловна. — Я вас всех очень люблю.
Сделав пару робких шажков, близняшки быстро рванули к педагогу и, неожиданно для нас, обняли. Немного помедлив, к ним присоединился Тихон.
— Хорошо то, что хорошо кончается, — прошептал Малахов и улыбнулся.
Быстро достав из кармана вибрирующий телефон, взглянула на дисплей. Звонил Михаил. Помедлив всего пару секунд, приняла вызов и хладнокровно произнесла:
— Слушаю вас.
— Софья, мне надо с тобой поговорить, — раздался в трубке встревоженный голос Потапова.
— Я сейчас занята, — с поразительной для самой себя невозмутимостью ответила я. — Как только появится время, я с вами свяжусь.
Медленно нажав на отбой, вернула мобильный обратно в карман.
Между педагогом и учениками воцарился мир. Видя, как проказники льнут к Вере Павловне, я скупо улыбнулась. Никогда прежде детей не воспитывала, да, по правде говоря, и сейчас не собиралась. Просто попыталась их понять, поделиться своими знаниями, опытом. Права оказалась или нет — время покажет.
Попрощавшись с детьми и учителями, я в сопровождении Малахова покинула здание школы. Едва заметив нас, Василий тотчас подошел. В разговор мужчин я не встревала, просто внимательно слушала.
«Как же мне с тобой повезло», — подумала, отмечая, как слуга сноровисто выстраивает диалог, и едва заметно улыбнулась.
Ну что ж, сегодня у меня все получилось. Да вот только радости — то и нет. Мысли то и дело возвращались к Михаилу. Поговорить с ним надо, но я пока не готова.
Дома приняла душ, переоделась. Не желая ужинать в столовой, уселась на кухне. Под встревоженным взглядом Надежды вяло поковыряла вилкой в тарелке с ароматно пахнущим тушеным мясом, но есть не хотелось. Не желая еще больше расстраивать и так не на шутку обеспокоенную женщину, с неохотой выпила чаю.
— Госпожа, вы совсем ничего сегодня не ели, — взволнованно сказала экономка.
— Аппетита нет, — со вздохом ответила я и, измученно улыбнувшись, отодвинула от себя чайную чашку. Бросив взгляд на тарелочку с нетронутыми пирожными, добавила: — Устала сильно.
Сокрушенно вздохнув, Надежда убрала со стола. А потом, остановившись подле меня, заботливо предложила:
— Может, молочка вам погреть?
— Не беспокойся. Высплюсь, и все пройдет, — улыбнулась грустно.
Встав из — за стола, пожелала доброй ночи и ушла к себе в спальню. Говоря Надежде, что устала, я не солгала. Да вот только… Не из — за усталости мне не хотелось есть.
Взяв в гардеробной плед, закуталась в теплую клетчатую ткань. Забравшись на подоконник, подтянула к себе ноги. Обняв колени руками, я долго — долго смотрела в окно. С неба крупными хлопьями падал первый снег. Зима полностью вступила в свои права.
На улице давно стемнело. Бездумно следя за кружащимися в свете фонаря снежинками, я размышляла о своей жизни: о прошлом и о настоящем. Так странно. Вроде все кардинально поменялось, но… ничего не изменилось. На душе все так же холодно.
«Пора ложиться спать», — решила наконец.