Любовь начинается с брака (СИ)

— Нет, об этом точно забудь, — тут же пояснил он.
Никакого аборта!
— Даже если отец не ты?
Гавру резко захотелось выпить, как никогда раньше. Чтоб оказаться в такой ситуации… это просто немыслимо! Даже встряхнуло, когда по нервам прокатилась напряженная дрожь.
— А если да? Когда это можно узнать точно?
— Только после родов, — решила слегка слукавить. — Да и вообще я уже никуда не тороплюсь.
— Значит, ты рожаешь, — пояснил он.
За что Злата натянуто улыбнулась и ответила:
— Вообще-то, я спрашивала всего лишь твое мнение. Дальше буду решать сама, что мне делать. И отпусти уже, в конце концов, дышать нечем.
Она дернула плечами, заставляя ее отпустить. Но отходить далеко не стала. И хорошо, потому что он не закончил. Эта новость о беременности его по-настоящему всколыхнула, подняв внутри настоящую бурю из смешанных чувств. Но одно Гавриил знал точно — он хочет детей, он почти готов к ним. Он понял это еще в тот момент, когда взглянул на своего племянника, которого Мария подарила Рафаилу. Возможно, поэтому Гавр не собирался пасовать в этой ситуации.
— Нет, Злата, никакого аборта не будет. Не согласишься — мне придется принять меры.
— И что ты сделаешь? Замуж опять потащишь? Запрешь меня в какой-нибудь больнице до самых родов?
— Если потребуется. Но, если это мой ребенок — я не позволю… Я прошу, по-хорошему, не надо. И предупреждаю.
Он закипел. И вроде начал ругаться, а Злата вдруг взяла и засияла с довольной улыбкой. А потом и вовсе шагнула к нему, обжигая щеки своими теплыми ладошками и припадая сладкими губами к его рту. Он даже не ожидал, ощущая себя так, словно дух вышибли с одного удара.
— Как приятно, что тебе не наплевать, — прошептала она ему в губы.
И вроде такой удачный момент для примирения, да только поцелуй этот выходил слишком болезненным. Потому что двигаться дальше не стоило, когда так сильно по ней соскучился. Но и отталкивать совсем не хотелось, ведь сам же когда-то позволил его целовать — только ей.
— Погоди секунду, — попросил он, все-таки прерывая поцелуй. — Давай пока без этого, иначе я могу сорваться.
На удивление, Злата быстро его поняла. Отошла и присела обратно на диван. И хитро добавила:
— Ладно. Только ты не думай, что я вот так сразу растаяла и всех простила. И в жены к тебе обратно не прошусь, даже из-за ребенка. Я еще подумаю. Обо всем.
Подумать было бы неплохо, ему в том числе.
— А что на это сказал твой новый парень?
— Он как раз хочет, чтобы я сделала аборт.
— Твои родители знают?
— Только мама.
— Кто еще?
— Рафаил, — произнесла она с недовольством.
А вот это было сюрпризом. Знал, но не стал ему говорить. Наверняка опять из-за чувства гиперопеки.
— И какого они мнения на этот счет?
— Что я должна рожать.
— Значит, большинство «за».
— Да, но, если отцом окажется Коля, которому этот ребенок не нужен, выходит не очень хорошая ситуация, и я остаюсь без этого большинства.
— Тебя никто не бросит.
— Даже ты?
— Даже я. Повторять свои ошибки не собираюсь.
Злата улыбнулась, очень мило и душевно. Кажется, он ее убедил. Оставалось все-таки понять, как исправлять ситуацию с ужином, когда девушка в таком интересном положении.
— Так чем тебя все-таки накормить?
— Ой, теперь это так сложно… хочу соленых огурцов… и ванильного мороженого.
А более поздним вечером, стоило увидеть Рафаила, сразу первый вопрос:
— И когда ты собирался мне сказать про интересное положение моей бывшей жены?
Брат усмехнулся, сразу признавая себя виноватым.
— Когда придумал бы, что с этим делать. Ведь Злата не знает, от кого же все-таки залетела. Не хотелось бы тебя волновать попусту.
Так, все, ему это надоело.
— Маша улетает в Лондон ведь завтра? А ты опять остаешься?
— Пока да.
— Знаешь что, брат, — сказал он своему близнецу, подходя ближе. — А ты знаешь, как сильно я благодарен тебе за все поддержку и помощь. Но иногда ты перегибаешь. И отвлекаешься от своей семьи. Поэтому собирайся и езжай вместе с женой и сыном. А я здесь дальше разберусь уже как-нибудь сам.
 
Брат хмыкнул. Но зато понял его с первого раза — понял, что Гавриил совсем не шутит.
— Уверен в этом? — только спросил, на всякий случай.
— Уверен. Я справлюсь. А ты в Париже будешь сейчас нужнее.
— Хорошо, уговорил. Даже рад, что наконец-то могу себе позволить отдохнуть от вас. И кстати, будет здорово, если этот ребенок окажется твоим. Держи меня хотя бы в курсе.
— Обязательно.
  
Эпилог
 
Наконец-то хоть что-то наладилось. Например, я окончательно решила, что намерена рожать. Поддержка мамы и Гавриила вдохновляли на подвиги. Так мы пришли к единому выводу — сначала я рожаю, потом делаем тест-ДНК, а дальше… будем решать, тоже все вместе. Хотя, задачу можно было бы и упростить. Все-таки сделать этот злополучный тест-ДНК и узнать отцовство практически уже сейчас. Но я откровенно боялась, что результат все испортит. Что это окажется не Гавр. Что он просто развернется и уйдет, снова, и именно тогда, когда так сильно нужен. Возможно, с моей стороны это было немножечко эгоистично. Но я же беременная, мне простительны маленькие капризы, пусть даже крупного масштаба.
Расстраивал один Колька, который снова меня разочаровал. Ведь, стоило ему услышать про мою беременность, как я сразу перестала его интересовать. А все красивые слова оказались сплошной мишурой. Первые дни он звоним мне лишь затем, чтобы спросить:
— Ну что, аборт будешь делать?
Что мне показалось откровенным свинством, просто до отвращения, к самому парню в том числе. В итоге этот засранец сразу вышел из круга моего общения. Я даже как-то внутренне себя убедила, что он не может быть отцом моего ребенка. Просто потому, что не достоин.
Другое дело Гавриил. Он оказался рядом очень вовремя. Мы как-то быстро уладили все наши разногласия и стали общаться почти как раньше — почти. Потому что секс был исключен, только культурная программа. Мы начали ходить в театр и в оперу, даже в кино. Либо я частенько устраивала для Гавра сольные концерты в собственном доме или же на его квартире. А когда к нему приехал Огава, я с удовольствием составила Гавриилу компанию на деловом ужине. Ведь для его партнера мы не бывшие муж и жена, а самые настоящие. Мы становились ближе друг к другу с каждым днем. И все это с постепенным познанием моего нового состояния. Потому что очень скоро у меня стал вырастать животик, который заставлял Гавра трогательно улыбаться. А первое УЗИ, на котором можно было увидеть очертания малыша, едва не заставило расплакаться.
Что же касается родственников, тут оказалось сложно и просто одновременно. Так как мы еще никому не успели рассказать о разводе, то моя беременность отлично вписалась в наши отношения. Правда отцу не очень понравилось, что мне придется отложить учебу. Но это не значило бросить. Подумаешь, поступлю через годик на что-нибудь заочное. Зато две мои подруги, Сашка и Дашка, начали активно спорить, кто же достоин стать крестной мамой для моего малыша. А вот с Полей так и не получилось наладить отношения. Вроде бы и начали потихоньку общаться, а потом она снова стала встречаться с Коляном. Мне было бы на это наплевать, если бы не мысль, что этот гад — наш потенциальный папаша.
Я буквально была готова молиться, чтобы отцом оказался именно Гавр. Даже психанула и чуть не поехала сдавать тест-ДНК. Правда быстро успокоилась и решила вместо этого поспать. Все-таки у нас с Гавром все складывалось так потрясающе, как я и не мечтала. Мы сблизились, стали больше проводить времени вместе, причем занимая это время чем-то интересным. Мой мужчина вообще открылся для меня с другой стороны, как очень внимательный и заботливый человек. И лишь одно до сих пор не давало мне покоя. Когда единственная просьба Гавра состояла в том, чтоб между нами не проскакивало ни искринки, ни намека на секс.