Преторианец. Тетралогия (СИ)

— Фантомные боли, такое бывает не расстраивайся, через пару часов все пройдёт. Я тебе сделал укол успокоительного, у тебя просто организм находится в шоковом состояний. Ладно, тебе пора идти.
Попытался попрощаться, но смог просипеть, что-то не разборчивое и пошел в сторону двери. Когда я вышел в коридор, то двери остальных операционных были открыты. Повернул направо и пошел в сторону выхода, люди в этих операционных меняли какие-то расходники в капсулах, но я не стал сильно акцентировать свое внимание на этом, передо мной открылась дверь, которая вела в большое помещение, тут меня ждал лаборант, который сюда нас привел и восемнадцать ребят. Я увидел лицо Ирвина, он был хмурый и время от времени его тоже потряхивало, поэтому я направился в его сторону. Когда оказался рядом, то заговорил лаборант, так что спрошу Ирвина, чуть позже.
— Все, это был последний, а теперь прошу за мной, я вас выведу отсюда, и потом вы сможете отдохнуть до завтрашнего дня. Завтра все будет примерно, так же как и сегодня, так что ждите оповещения о подъеме. А теперь пошли за мной.
Он направился к лифту, после чего мы спустились на тот уровень, с которого поднялись и через другой коридор вышли в то место, где была платформа, на которой мы приехали. Тут стояло еще несколько платформ, наверно, привезли еще несколько групп для прохождения операций. Я сел рядом с Ирвином, чтоб задать пару интересующих меня вопросов. Платформа плавно набирать скорость и я спросил Ирвина.
— Ирвин, скажи, где Бигги? Он же с нашей группой пошел на процедуры.
— Эх… нет больше Бигги.
— Как нет, тогда где он.
— Арт, ты же не дурак, наверно, Бигги уже в лучшем мире где нет грязи, крови, кишок, боли и этой долбаной войны. Из-за которой мы влезли в этот проект.
Я посмотрел в его глаза, ледяным взглядом и не мигая по слогам сказал.
— Ирвин отвечай, что именно случилось.
Он глубоко вздохнул и начал говорить, стараясь сильно не дергаться, а то это ему доставляло дискомфорт.
— Арт, у Бигги были проблемы при пересадке сердца. Все вроде было нормально, а потом произошло резкое спонтанное отторжение нового сердца, при котором у него произошло несколько инфарктов за один раз. Новое сердце, так же создало такое сильное давление в кровеносной системе, что сосуды не выдержали и начали лопаться, что по телу, что в его голове. Врачи ни чего не успели сделать, кстати, мне врач сказал, что завтра нам будут, что то с кровеносной системой делать.
— …как ты мог Бигги, ты же здоровый как бык и вот так, раз и нет человека… не на войне, а в безопасном месте.
— Арт успокойся, тут уже ничего не сделаешь. У него сердце начало выдавать пятьсот ударов в минуту, а сосуды у нас рассчитаны максимум на 200–220 ударов в минуту, тогда они еще справляются с давлением, но все равно, это тогда уже полная ж…а и для сосудов и для нашего старого сердца.
— Ты откуда знаешь?
— Ну, вообще то я хотел стать врачом, когда вырасту и поэтому немного увлекался медицинской литературой, вот так вот. Жалко Бигги, но если ты сейчас перенервничаешь, то станет только хуже и только тебе, потому что Бигги уже все равно. Теперь у него ничего больше болеть не будет. Эх… лучше давай я тебе скажу, почему в самом начале, одну девушку от нас отделили. Как ты думаешь почему?
— Знаешь у меня сейчас такая каша в голове, так что я не могу тебе ничего конкретного сказать. Если знаешь, то говори.
— Она была… парам-пам-пам… в положений, то есть беременная, вот её и отделили от нас. Не знаю как она, но плод бы такие нагрузки бы точно не выдержал. Раз по ней не было видно, наверно срок вообще был маленький. Вот у народа голова только в одном месте работает, тут не понятно, выкарабкаешься после процедур или как, а они тут «любоф» крутят.
— Да ты прав, не место и тем более не время. Спасибо, что отвлек.
— Ну, я же болтун, так что всегда к твоим услугам.
Я хмыкнул, после чего просто замолчал. Давай лучше напишу письмо Кире, узнаю, прошла она процедуры или еще нет. После того как написал, то через пару минут получил от неё ответ, что уже час как освободилась. Скинул, чтоб подходила к столовой, через минут двадцать, там и пересечёмся. Я сказал Ирвину, что мы как доедем то пойдем в столовую, я как раз его познакомлю с одним человеком. Так мы и ехали примерно минут десять, а потом нас повели по знакомому коридору пока не вывели к жилому корпусу. Лаборант попрощался и пожелал удачи, после чего пошел за новой группой. Я посмотрел ему в след, глубоко вздохнул и кивнул Ирвину. Конечно жаль молчаливого Бигги, который ни фига не помнил, но он был добродушным парнем, хоть и огромных размеров, про которого ты скорее подумаешь, что он перекачанный бандюган, чем добрый парень. К сожалению, таких людей становится все меньше и меньше, а сегодня стало еще на одного меньше, почему хорошие люди уходят рано, а разная мразь, как пидофилы и всякие маньяки с убийцами живут и здравствуют. «Жизнь» ты не справедлива и жестока, если я когда ни будь смогу, то я тебя сверну в бараний рог и пропишу клизму, за то, что ты такая жестокая и злая, к хорошим людям и милостива к плохим. Мы с Ирвином шли молча и замечали, что некоторые парни и девушки ходят хмурые, а другие на оборот искренне радуются. Наверно, хмурятся потому, что узнали, через что скоро пройдут или прошли и еще не оклемались, думаю, причин может быть много. Вот те кто радуются, скорее всего, рады, что выжили. Первая такая процедура, а люди уже начали не выдерживать и умирать, буду стараться держать себя в руках, с меня хватит вспышек агрессии. А то выйду отсюда законченным психопатом, я мотнул головой, чтоб выбросить такую мысль из головы.
 
Перед входом в столовую нас ждала Кира, мы с Ирвином подошли к ней.
— Знакомьтесь, это Ирвин, а это Кира. Ирвин скажи полное свое имя, чтоб Кира могла с тобой общаться, сразу предупрежу твой вопрос, она не может говорить и она с Окамы, так что ты должен понимать её.
Он выпучил свой гляделки на неё, и не сразу смог связать пару слов, а потом все же пролепетал свое полное имя, после чего Кира смогла и с ним говорить. Мы прошли в столовую и взяли себе, немного еды. Вот теперь наша компания смотрелась еще сюрреалистичней. Сидят два парня и девушка, молча и кушают, а время от времени начинают то краснеть то смеяться, но при этом без единого слова. Ну, вы поймете, когда прочитаете нашу переписку.
— Кира, скажи как вы познакомились с Артом? Извини, то есть напиши.
— Ну… это… он упал на меня.
— …? Как упал, не понял? Думаю если бы он откуда то навернулся и упал на тебя, то он бы тебя просто раздавил.
— Ну… там… так получилось… было не высоко.
Я в этот момент чуть не подавился, а потом начал краснеть вспомнив обстоятельства знакомства.
— Блин скажи Арт, как вы познакомились если Кира, нормально написать не может и краснеет. В самом то деле, ну не в постели же вы проснулись, посмотрели друг на друга и сказали «А ты кто?».
Кира подавилась, а я икнул и не мог выдавить из себя и слово. А он переводил свои взгляд с меня на неё и обратно, а потом подскочил и указал пальцем на меня.
— Ты гад Арт, скрывал от друзей такие новости, что ты встречаешься, ладно если бы она страшненькая была. Так выбрал же себе красивую девушку, которая мне понравилась.
Кира сидела красная как помидор и не могла написать и слова, я когда понял как это смотрится со стороны, начал смеяться.
— Ирвин ты придурок, мы просто с ней столкнулись в парке и я на неё упал. Вот так и познакомились, у тебя просто шикарная фантазия. Ладно Киру заставил краснеть, так меня с такими заявлениями в гроб раньше времени загонишь. А ты Кира смотри, парень тебя в первый раз увидел и уже признается, что ты ему нравишься. Пользуйся моментом и хватай его тепленького.
Через пару секунд до них тоже дошло, и они тоже начали смеяться, особенно когда я сказал, как мы со стороны смотримся. Прям театр абсурда и пантомимы.
— Ладно, ребята я к себе в комнату, а вы тут поворкуйте голубки.