Преторианец. Тетралогия (СИ)

Организовывались точки сопротивления в городах и прилегающих территориях, мирное население, получившее оружие в пользование, делилось на небольшие отряды в десять человек. Командование такими группами производилось бойцами СНБ, включенными в их состав. Некоторые представители мирной прослойки населения пытались сбежать или дезертировать, при первой попытке выносилось устное предупреждение, если член народного ополчения уклонялся от своего долга во второй раз, то округу оглашали выстрелы из шокеров и станеров. Представители военной полиции уносили прочь будущих заключенных, так как они послужат материалом при сортировке на категории и, возможно, попадут на фронт, чтобы искупить страх и бегство.
Министр Вооруженных сил решил посмотреть, что творится на орбитальных станциях и подключился к одному из сенсоров. Прямо перед его глазами разворачивалась картина прощания молодой женщины и её чада. Подросток сильно прижимался к матери, а она тихо шептала ему на ушко. Мальчик не хотел разжимать руки, как будто если выпустить мать из объятий, то его близкий человек бесследно исчезнет. Женщина приподняла его голову и посмотрела в глаза, по щекам сынишки текли безмолвные слезы, а во взоре застыла паника и отчаяние. Каким бы взрослым не был её сын, в материнских глазах он всегда будет несмышлёным малышом, которого нужно оберегать от жестокого мира и невзгод. Перед внутренним взором представительницы прекрасного пола на мгновение всплыло давнее воспоминание, как она учила его делать первые шаги и поддерживала за руки, а вот теперь нужно было его отпустить.
— Томми, ты уже большой мальчик и не должен плакать, — она вытерла мокрые дорожки на его лице. — У нас получилось улететь из системы Альдаран и нормально устроиться на Марсе. Ничего страшного, мы с тобой снова переедем, и у нас все будет хорошо, но ты должен лететь первым. На этом корабле больше нет мест, поэтому мы должны ненадолго расстаться. Обещаю, прилечу за тобой на следующем транспортнике, главное, дождись меня. Сынок, ты же мне веришь?
Мальчишка немного побледнел, но у него получилось вытолкнуть из себя слова, хоть и было очень тяжело говорить и стараться не сорваться.
— Мы… потеряли папу… я не могу… потерять и тебя… мама, — из-за отворота его комбинезона высунулась мордочка кошки и непонимающе взирала на суматоху вокруг, пару раз жалобно мяукнула, но рука Тома аккуратно затолкала любопытную голову обратно. — Если надо, я буду больше работать… только не оставляй меня одного… пожалуйста. Давай вместе подождем следующий звездолет, а потом вместе улетим… пожалуйста… я боюсь тебя потерять.
— Эххх… везде ты таскаешь с собой эту кошку, — женщина внимательно посмотрела на лапу, которая в этот момент высунулась и пыталась поймать один из шнурков. — Кое-кто сам притащил в дом котенка и сказал, что будет о нем заботиться. Томми, ты отвечаешь за Мурку, как только доберетесь до соседней системы, то дождитесь моего прилета, я обязательно вас найду.
Женщина уже не знала, как уговорить своего упертого сына, поэтому решила надавить на его небольшую слабость в виде пушистого представителя семейства кошачьих. Прошло уже много времени с того случая, когда её сын вернулся весь побитый домой, а за его пазухой был мяукающий комочек шерсти. В тот момент она сильно перепугалась, это помогло привести мысли в порядок, так как кое-кто был на грани срыва из-за тяжелого бремени ответственности и моральной усталости. Этот котенок стал символом и надеждой на лучшее завтра, потому что вместе с ним появились средства от одного благодетеля, а затем получилось нормально устроиться на новом месте.
Стабильный небольшой заработок по меркам Марса, а также подработка обеспечивали сносные условия для проживания, но эта пара была неприхотлива и могла довольствоваться и меньшим. Были времена, когда у них не было кредитов на простой синтетический хлеб, а мальчишке приходилось постоянно подрабатывать, чтобы помочь своей матери. После того случая в системе Альдаран, их жизнь разительно преобразилась, а Томми часто рассказывал про одного преторианца с порядковым номером шестьсот тринадцать на боевом скафандре. Опять судьба готовила новые испытания и разъединяла близких людей. Рядом с этой парой находилось несколько солдат, следивших за порядком в зоне ожидания.
 
— Сынок, скоро будет закончена посадка, поэтому иди и не оглядывайся назад. Самое главное, дождись моего прилета, я скоро прилечу к тебе, так что мы расстаемся, чтобы снова встретиться, — она жестами показала одному из бойцов, что этого мальчишку надо отвезти на борт транспортника.
Боец кивнул и подошел к этой паре, солдату уже не раз приходилось видеть подобную картину сегодня, поэтому он понимал, о чем безмолвно попросили глаза этой женщины. Резким движением его рука перехватила мальчугана поперек туловища и вырвала из объятий матери. За пазухой Тома кошка почувствовала резкое изменение настроения своего хозяина, а также услышала его крик. Она начала сильно шипеть, её лапа с когтями пыталась поцарапать боевой скафандр военного, но попытки были тщетны.
— Нет!!! Отпустите!!! Мама!!! Не надо!!! — мальчишка бился и старался вывернуться, как рыба, попавшая в сети, но у него ничего не получалось.
Боец другой рукой вытащил медицинский инъектор и приложил к шее буйного пассажира, раздалось приглушенное шипение. С каждым пройденным мгновением паренек бился все меньше и меньше, а его голос звучал уже совсем тихо, только губы до сих пор шевелились в попытке сказать слова, а на пол падали слезы. Через пару секунд мальчуган забылся тяжелым сном, его доставили на борт корабля и закрепили в свободном кресле.
Пустотный аппарат, отстыковавшийся от орбитальной станции начал разгоняться, а затем при достижении оптимальной скорости окутался еле заметным мерцанием и совершил гиперпрыжок. Только одинокая фигура женщины у обзорной панели еще долго вглядывалась в черноту космоса. Она прижимала к своей груди брошь, выполненную в форме круга, в котором небольшая птица в полете держала в своем клюве стрелу. Подарок её сына, купленный на его первый заработок, дешевое металлическое украшение, но его цену нельзя измерить кредитами. На её лице более отчетливо выступили морщины, щеки прочертили слезы, которые она долгое время держала в себе.
— Чтобы не случилось… ты спасешься… теперь я спокойна… самое главное, что с тобой все будет нормально… остальное неважно… остальное не имеет значения, — губы еле шевелились, а женщина тихо шептала слова, предназначенные для сына.
Вокуж давно прервал просмотр, и многое осталось за кадром, но он прекрасно понимал ее чувства. Прощаться со своими детьми очень тяжело, а боль от потери близких людей нельзя вообще с чем-либо сравнивать. Он грустно вздохнул и перевел свой взгляд на голографическую карту. Многие приготовления к приёму незваных гостей были закончены и военные корабли ждали приказ к действиям от командования, но вот гражданские звездолеты продолжали исход из системы. В этом суетном мире есть только одна константа, это обратный отсчет, неумолимо продолжающий уменьшатся, и чем меньше оставалось времени, тем более тревожные мысли всплывали в его голове.
Ему очень хотелось, чтобы все происходящее оказалось глупой шуткой, но в жизни такого не бывает, и она порой преподносит каверзные сюрпризы. Он подошел к стенке и притронулся к панели, недолгая идентификация, и фальшпанель отошла в сторону. Потребовалось немного времени на то, чтобы министр облачился в боевой скафандр, внутренние системы работали в оптимальном режиме. Его руки привычно снимали с держателей персональный набор средств защиты и нападения, а затем на автомате крепили их на его вторую мифриловую кожу. В его голове проскочила мысль, что главнокомандующий обязан соответствовать ситуации, с этого момента кое-кто стал похож на адского ныряльщика, только знаки различия говорили о высоком статусе данного бойца.
— Давно не примерял свою парадную форму, — на его лице появился хищный оскал. — Посмотрим, кто тут такой отважный решил заявиться на чужой праздник жизни? Люди мирные существа, и я готов пристрелить любого гада, который скажет, что это не так…