Кос Тихий - помощник егеря (СИ)

— Кос, я и не знаю, что сказать, — наконец обратился он ко мне, когда утолил дикий голод, что вызвала регенерация.
— Тогда ничего и не нужно говорить, дядька. Я рад, что все получилось.
— Спасибо тебе тогда за все. Ладно, чем планируешь заниматься сегодня и в ближайшие дни?
— Сбегаю к гоблинам, заберу шкурки и расскажу про заказ для Толстого Ляри. Потом отправлюсь в Дымки, а из них к одному фермеру. К Хограгору, слышал про такого?
— Старый орк, коз разводит, ведет себя тихо.
— Меня к нему мастер Курган направил. Может получится пару уроков боевых взять. И вообще, я ж никаких орочьих премудростей не знаю!
— Ну, Курган, знамо дело, лучше в своих соплеменниках разбирается. А этот старый орк в наших краях появился лет пятнадцать назад. Не торгуясь, купил ферму с садом и возится там по-маленьку. Ни в каких мутных делах не замечен. Разводит небольшое стадо коз тонкорунных, короче, нормальный мужик.
— Тогда я побежал. А сам чем займешься?
— И я тоже пробегусь сегодня на новых ногах. Заодно глухарей с тетеревами маленько постреляю, соскучился я по этому делу. Хоть и не сезон еще, но коптильню будет чем загрузить.
— Тогда по коням. До Большой Охоты осталось совсем недолго, а сделать еще нужно много.
Все-таки невероятно полезная штука эта «магическая сумка»! Бегать налегке дорогого стоит. Я отправил в сумку полезные растения, которые заготавливал для Магды, переоделся в свой повседневный лесной наряд, а праздничный засунул в нее до лучших времен. Тем не менее, в ней осталось ещё очень много свободного места, куда я планирую загрузить шкурки бобров от гоблинов и всю добычу, которая попадется по дороге.
Итак, я остался босиком, в простых холщовых штанах и рубахе, подпоясанной обычным ремнем. При себе я оставил простой охотничий кинжал в ножнах и джид с дротиками, все остальное вооружение отправилось в бездонную сумку. Попрыгав на месте, я свистнул Стю и легкой трусцой побежал через поляну к тропинке, ведущей в Булькало. За две недели в Лаборатории я не прекращал своих ежедневных спортивных упражнений, но забег с одновременной охотой по дикому лесу это все-таки несколько другое.
В этот раз пути к селенью гоблинов я пёр, как беспощадный комбайн. Еще ни разу я не был таким яростным охотником и собирателем. Преодолев всего половину пути к Булькалу, я уже отправил в сумку пару кабанчиков, неосторожную косулю и целую кучу всяких зайцев-кроликов и тетеревов-рябчиков. Травы, плоды-ягоды и грибы, что могли бы заинтересовать травницу, тоже летели туда без разбору. Благо у сумки есть собственный каталог и найти в ней то, что нужно обычно не составляет труда.
Когда я добежал до отважной стражи селения гоблинов, Стю уже вымотался так, в попытках угнаться за мной на своих лапках, что последний час ехал у меня на плечах, вцепившись коготками и болтаясь, как колбаса.
Увидев меня, стражники побросали копья и рванули к своим, дабы предупредить о прибытии важного гостя. Я сбавил скорость, чтобы дать гоблинам немного подготовиться.
Когда я через пять минут вошел в Булькало и приблизился к помосту, на нем уже стояли столпы общества, а остальные собрались вокруг, растягивая в зубастых улыбках широченные рты и радостно шевеля ушами.
Я легко запрыгнул на помост и поклонился собравшимся жителям деревни, после чего обнял сразу вождя, шамана и Мамку Хнюклу. Пусть это и выглядело немного не солидно — здоровый оркид кружащий над землей троих важных гоблинов, но, если судить по всеобщему ликованию, никакого этикета я не нарушил. После чего я сам их унес в апартаменты вождя Дрыуса-Сникла Лёгкого.
— Вы уж извините меня, уважаемые, за такое самоуправство, — попросил я прощения у несколько обескураженных столпов общества гоблинов, — У меня совсем нет времени, а успеть за сегодня нужно очень много.
— Да, ничего, уважаемый Кос, — сказал за всех вождь, — Что у тебя за дела?
Я рассказал про заказ на раков от Толстого Ляри, а так же попросил собрать бобровые шкурки, которые для меня приготовили.
— Сейчас все будет, дорогой друг Кос, — заверила меня Мамка Хнюкла.
 
Как выяснилось все хозяйство Булькало управлялось под надзором этой достойнейшей гоблинши, и она быстро прекратила радостный хаос в селении и раздала распоряжения и указания. Мы с вождем и шаманом успели выпить только по кубку аировой бражки, как все уже было готово.
— Уважаемый друг Кос, мы все сделали, — гоблинша подросток позвала нас наружу. Вождь и шаман недовольно закряхтели, что придется подниматься с таких удобных циновок, а ведь так хорошо сидели. Я тоже вспомнил земную жизнь и поддержал их своим кряхтением, за что получил одобрительные взгляды почтенных гоблинов.
На помосте под присмотром Мамки Хнюклы с боевой поварешкой лежали тюки бобровых шкурок, а перед помостом стояли настороженные и притихшие гоблины. А вдруг этому серьезному дядьке егерю Косу не понравится плата за зубра?
Благодаря дядьке Виту, я уже немного разбирался в шкурах и их первичной обработке. На первый взгляд все было в порядке. Для пущей серьезности я развязал один из тюков, чтобы рассмотреть предметнее. Как я и ожидал, прицепиться с претензиями было не к чему — великолепный мех и отличная обработка. Я уже второй раз за сегодня поклонился с помоста жителям Булькало.
— Спасибо вам, гордые гоблы! Расчет за зубра принимаю полностью! Великолепная работа! Мое уважение! А это вам всем от меня в подарок.
Я вывалил на помост всю добытую дичь, которую наохотил по пути сюда. Кабанчики, косуля, а также зайцы и всякая птица сложились во внушительную кучу. Ликование гоблинов не имело границ. Возможно что-то и отправится на хранение в погреба ответственного завхоза Мамки Хнюклы, но, судя по всему, большая часть будет сегодня уничтожена на стихийно организованном Празднике Обжорства — любимом празднике во всех племенах гоблинов.
Пока я упаковывал тюки со шкурами, шаман Фытыр Сонный притащил мне еще подозрительный бурдюк, литра на три объемом.
— Держи, Кос. Здесь отборная бобровая струя. Думаю, ты сможешь ею нормально распорядиться — лекари и парфюмеры за такую хорошие деньги дают. А мне чем отдариться сам придумаешь потом.
— Спасибо, мудрый Фытыр, — поблагодарил я шамана. Вот же старый пройдоха! Теперь мне искать, кому это сбыть, и чем потом отдарить. Ладно, у Магды спрошу, все-равно сегодня собирался к ней зайти.
Распрощавшись с гоблинами, я побежал в сторону Дымков. Снова пришлось поохотиться, но без добычи я и в этот раз не остался.
Я уже и забыл когда смотрел на часы в интерфейсе, но судя по положению солнца на небе, был уже полдень, когда я прошел через ворота Больших Дымков с тушей молодого оленя на плече.
На воротах скучал в одиночестве старший стражник Амаз, по совместительству мой тренер по обращению с древковым оружием и кулачному бою.
— Привет, служивый! — я пожал его твердокаменную ладонь, — А чего ты один тут паришься? Где молодые?
— Здорово, Кос. Да, отпустил их на обед. Скоро вернутся, а там и я схожу.
— А как же субординация?
— Так ведь они к середине дня от безделья и с голодухи дуреть начинают. Уж лучше так. Сытых их оставлять на воротах одних мне как-то спокойнее.
— Ну, будь здоров, пойду я. Сегодня в селе я надолго не задержусь — скину барахло и к Хогратору отправлюсь. Может скажешь мне про него что-нибудь, что знать нужно?
— Да ничем он особым не замечен был. Крепкий, но тихий старикан. Не сильно часто сюда заглядывает. Сидр кисленький любит. Обычно, как шерсть продаст, пару бочонков всегда с собой увозит.
— Ну, и на этом спасибо. А то я не знал, что ему в подарок притащить.
Пожелав фавну спокойной смены, я отправился дальше. На улицах было пустовато. Еще бы! Самая середина дня, солнцепек. Все труженики окрестностей обедают и отдыхают пару-тройку часов, чтобы потом впахивать до вечера.
А в «Желтом Шмеле», наоборот, было довольно многолюдно. Пусть местные крестьяне традиционно и прижимистые, но на пообедать у Толстого Ляри денег не жалко не только купцам или приезжим. Под присмотром Ляри Младшего я утащил оленя на задний двор, походя кивнув донельзя занятому Ляри Старшему на кухне.