Бог не Желает (ЛП)

Даже крик превратился в утробный стон. Слова текли пьяно и бессвязно.
Невозможно было понять, долго ли он боролся, продвигаясь пядь за пядью. Его тело было незнакомым... нет, это тело он знал раньше. Он стал малышом лет семи. И полз к маме, хотя ее не видел. Был страх, но отдаленный и глухой.
Через вечное мгновение он проснулся снова, поняв, что лежит под мехами, что никуда не ползет и никуда не отполз. Темнота вокруг казалась безумной, полной хаотических лучей почти-света. Дрожь пронизала его, дрожь последнего воспоминания о сне со всеми его нелепостями.
Рент перевернулся набок, всматриваясь в странно озаренную ночь. Вспомнил закат прошлого дня, когда оказался в Великой Армии Элейда Тароса. Когда его окружило множество воинов-Теблоров. Обнаженные чувства - гнев, горе и смущение - снова охватили его. Толпы саэмдов, со злорадными криками окруживших Говера и Нилгхана, размахивая оружием. Лесные дикари, сновавшие у всех под ногами подобно шавкам. Могучий рев, ответ на известие о поимке злосчастного следопыта Дамиска.
Рент ощутил себя маленьким, ничего не значащим. Ощутил, будто снова тонет в озере. Но ничья рука не тянется сверху, суля помощь. Все эти воины, все эти люди и псы крупные и мелкие, все эти шатры и юрты, звуки и запахи - он был ошеломлен.
Когда воевода Элейд Тарос встал подле него и заговорил, Рент ничего не понял. Язык был теблорским, среди его родичей лишь Делас Фана и Тониз Агра могли разговаривать с ним на понятном наречии, но им не позволили говорить и даже переводить, ведь встреча гостей была обязанностью вождя.
Тон Элейда Тароса был дерзким, резким, презрительным. Многие его слова вызывали хохот в толпе, недовольство Тониз Агры и черную ярость Делас Фаны. Рент понимал, что его унижают - такое случалось и раньше, много раз в Серебряном Озере. Не нужно было знать слов, чтобы понять настроение. Он понял также, что Элейд лицедействует. Много раз слышалось имя Карсы Орлонга, произносимое тоном презрения и с жестами пренебрежения.
Воевода приветствовал Делас Фану без всякого энтузиазма, тут же чего-то потребовав, на что женщина фыркнула и сердито отвернулась. Воевода не ответил на оскорбление гневом. Нет, он усмехнулся и пожал плечами. В дальнейшем он словно не видел Делас.
Третья сестра, о которой говорили Делас и Тониз - Сетал - ничуть на них не походила. Бледная и рыжеволосая, она казалась едва ли ниже Рента. Воссоединение после кратких объятий переросло в жаркий приглушенный спор. Когда Сетал наконец обернулась к Ренту, он понял, что глаз более синих не видел. Синих, как лед в Озере. Она хотела подойти, но Тони Агра удержала ее за руку.
Этот жест родил в Ренте разочарование. В тот миг он предпочел бы не оставаться один. Даже Говер и Нилгхан были заняты. Воины сновали повсюду, острия копий жидко блестели на уходящим солнце, отбрасывая алые и золотые пятна. Жеккам неслись угрозы, в основном от саэмдов: рычание и вопли, и танцы, имитирующие убийство дичи. Каждый раз, когда Говер и Нилгхан пытались подойти к Ренту, их оттесняли; Рент видел, что терпение владыки Черных Жекков истончается.
Дело могло кончиться плохо; но тут притащили Дамиска.
Лежа в мехах под бледнеющим небом, Рент ощущал слезы в глазах. Он мог бы сразиться за друга. Мог бы сразить Элейда Тароса, отмстив за все непонятные оскорбления. Тут его не приветили как родного. Никаких отличий от Серебряного Озера, от лет жизни рядом с людьми. Он устал, устал быть диковиной, годной лишь для насмешек.
Во всем виноват отец? Это было слишком просто. Глядя на Элейда Тароса, он гадал, чем бы ответил воеводе Карса. Растолкал бы всех, встав над Дамиском, вытащив нож или меч и бросив вызов всем, желающим старику дурного?
Заметив Дамиска в двадцати шагах, за спинами дюжины Теблоров, Рент повернулся спиной к Элейду Таросу с его незаконченной грубой тирадой. Вынул нож и шагнул к другу.
Двое Теблоров заступили ему дорогу, но тут же отошли - Рента внезапно окружили псы, опустив головы и оскалив зубы. Грузные бестии не издавали ни звука, шагая вместе с ним.
 
Ошеломленный Рент шел вперед. Он насчитал десять теблорских псов, своих охранников, в том числе трех потомков любимого пса Карсы Орлонга. Сзади Элейд Тарос что-то крикнул, и повторил фразу.
Воины торопливо уволокли Дамиска. На пути Рента вставали все новые.
И тут же Делас Фана оказалась рядом. - Не ходи, Рент. Прошу.
Рент показал на толпу молодых Теблоров. - У них камни в руках. Готовы забросать камнями Дамиска. - Он поднял нож. - Не люблю камни.
Делас Фана обратилась к сестре: - Чистая смерть для Дамиска, Тониз. Ты обещала. Скажи ему, пока не полилась кровь.
- Скажу, - бросила Тониз Агра, подходя к Элейду Таросу. Воевода казался взбешенным. Ему еще было что произнести, но слушатели отвлеклись!
- Не нравится мне ваш воевода, - сказал Рент Делас. - Неужели он не знает языка южан?
- Ну конечно знает, - рявкнула Делас. - Его не знают лишь в самых далеких родах. Он говорил так, чтобы не дать тебе возражать. Он насмехался над твоим невежеством и отказывался признавать сородичем.
Рент шевельнул плечами. - Я его тоже отвергаю. Не хочу видеть в нем брата или дядю. Не хочу идти за таким воеводой.
- Имя Карсы Орлонга повисло над ним, - сказала она тихо. - Сетал рассказала - Элейд Тарос ведет войну против веры в Разбитого Бога, против твоего отца и его возвышения. Он хочет вырвать из его рук божественность и присвоить себе.
- Позволь мне сразиться с ним, Делас Фана. Скажи, что я взрослый. Что прошел свою Ночь или как это зовется. Позволь мне убить его.
- С таким ножом ты мог бы преуспеть. Но воины-ратиди уже объявили всем, что в твоем ноже обитает демон. И что ты еще дитя.
Рент уже не видел Дамиска - того увели в лагерь. - Среди Теблоров у меня нет родни, - заявил он.
- Есть, Рент. У тебя есть сестры.
- Глаза Сетал холодны.
- Их цвет обманчив.
- Где же она?
- Ушла искать вдову Дейлис - еще одну возможную союзницу. Поклонники Разбитого Бога смотрят на тебя, Рент. Никому из них не пришлись по сердцу речи воеводы. Ну, прошу, спрячь нож. Или твои друзья-волки станут биться и погибнут на копьях саэмдов. Умрут и эти псы. И твои сестры.
Рент убрал клинок. - Не знаю, что делать.
- Делай как отец.
- То есть?
- Тяни время.
Вернулась Тониз Агра. - Сделано. Ему не понравилось, но смерть Дамиска будет чистой. - Она помялась. - Настолько чистой, насколько он сумеет.
- Как ты его убедила?
- Как мы и проговаривали, сестра. Южная отвага - урок, отлично выученный.
Через миг Элейд Тарос встал напротив Рента, почти рядом. - Нужно выучить язык Теблоров, щенок.
Рент взглянул воеводе в глаза. - Вы идете на юг?
- Да. И все...
- Тогда мне не нужно учить ваш язык, - продолжал Рент.
Элейд Тарос поглядел на Тониз Агру. - Теперь он твой родич. Следи за его повадками. Ну, Делас Фана, все воины присягнули мне. Несколько дней до похода, и со мной пойдут лишь присягнувшие. Еще есть время решиться. Поднеси свой меч или брось мне вызов.
- Я уже принесла клятву.
Элейд Тарос скривился. - Рискуешь изгнанием, Делас Фана.
- Смехотворный риск, коль Воевода целой армии боится единственного не связанного клятвой воина.
Воевода промолчал, тут же уйдя прочь.
Тониз Агра что-то прошипела. Повернулась к сестре: - Ты преклонилась пред Отцом? Он принял твой клинок?
Делас Фана пожала плечами. - Не люблю ультиматумов, сестра. Твой Элейд Тарос меня не впечатлил. Еще мало его видела, но пока увидела лишь капризы.
- Тебе еще многое предстоит узнать, - посулила Тониз.
- Армия кажется огромной. Но мы обе знаем, что ждет нас на юге.
- Здесь лишь одна из армий Воеводы, Делас. Тебе нужно понять. Это не вторжение. Это переселение. 
Делас Фана повернулась к сестре. - Зачем?
Тониз взяла ее под руку. - Объясню. Но не здесь. Идем, поищем Сетал и Вдовицу Дейлис.
Делас Фана колебалась. - Рент, найди для ночлега безопасное место. Если сможешь, с Жекками. Но оставайся близко, чтобы не искать тебя.