Восхождение лорда Темпера (СИ)

— Внимательно послушай меня, Волкан. — Обратился я к своему Мастеру над оружием, который от моего тона мгновенно стал серьезен и стал сосредоточенно внимать моим словам. — Наши планы на поход в Простор уже готовы и одобрены остальными лордами и принцем Дораном. И из-за моего назначения лордом-знаменосцем наши воины будут там далеко не на первых ролях.
— Как это связано, милорд? — Не изменившись в лице, спросил Волкан, пока его глаза привычно бегали от солдата к солдату, ища недостатки в состоянии амуниции или здоровья варгов. Все же к своей работе он подходил очень серьезно, едва ли не с маниакальным педантизмом.
— Просто. — Усмехнулся я, опершись на перила. — К сожалению, большинство лордов очень сильно отличаются от Мартеллов, Фаулеров и интриганов сидящих в Королевской Гавани. Они не умеют думать на перспективу. Если обобщить, то вся их жизнь строится на трех столпах: увеличение своей власти, получение удовольствия и наслаждение своей исключительностью. Им плевать на происходящее в северных королевствах, им плевать на месть за любимую народом принцессу и им плевать на возможные блага для всего Дорна, которые он получит после войны. Для них пир, пару недель назад, запомнился лишь возвышением безродного выскочки до недоступного им титула и возможностью пограбить очень богатое королевство, которое веками было их кровным врагом. Так что пришлось пойти на уступки — грабить Простор мне никто не позволит, скинув самую «ненужную» работу.
— Судя по вашему спокойному тону, милорд, вы не были против. — Заметил Волкан, слегка улыбнувшись. Он прекрасно знал мою натуру и помнил уроки, которые я ему давал, когда он был мелким. И один из них звучал так — «удачной сделка становится тогда, когда обе стороны считают что обманули друг друга».
— Терять своих людей в стычках со злыми просторцами или сражаться с Кровавым охотником, которого Королева Шипов пошлет сразу, как узнает об осаде Хайгардена? — Шутливым тоном спросил я, вызвав улыбку у огневолосого. — Конечно, нет. Денег у меня и так достаточно, а то, ради чего я вообще надоумил Дорана идти на Простор, прекрасно можно сделать чужими руками.
На мои слова Волкан лишь шире усмехнулся, едва подавив смешок, и сказал:
— И вы еще говорили своему сыну, что плохой интриган?
— Опыт, мой друг. Только опыт. — Сказал я, пригладив бороду. — У Лайона еще все впереди. Даже его авантюра с Матерью Драконов, хоть и являлось неоправданным риском, но дала нашей семье очень надежную защиту на непредвиденный случай. Ведь история знает слишком много случаев, когда победителем становилась самая неожиданная и слабая сила.
— Вам виднее, милорд. — Согласно кивнул Волкан, устремив взгляд в сторону стоявших на площади людей. — Но рекомендую вам подать сигнал к выступлению. Столько времени на солнце в полных доспехах никому не пойдет на пользу.
— В этом ты прав. — Признав правоту командира, который даже в таких мелочах заботился о своих людях, я прокашлялся и приготовился сказать короткую, но хорошую речь. — Воины!
Воины… 
Вои… ны… 
Во… ины… 
Мой голос, подобно эху, разнесся над площадью, скрестив на мне внимание всех солдат и небольшой толпы зевак, стоящей по краям. Вот что значит хорошо поставленный голос и крепкие голосовые связки — не зря голос Роберта мог спокойно разносится на многие сотни метров вокруг, привлекая к себе внимание и друзей, и врагов. В реалиях нынешнего времени, когда немногие полководцы, подобно Тайвину Ланнистеру, могут позволить себе командовать из-за спин своих людей, этот навык был одним из важнейших, наравне с владением мечом и знанием тактики и стратегии.
— Игры закончились! Теперь ваши враги не евнухи Древнего Гискара! Не трусливые наемники Вольных городов! Не немытые дикари-дотракийцы! Не кучка разбойников с горных перевалов! Теперь вам предстоит выступить против таких же воинов как и вы! Закованных в броню! Обученных! Бесстрашных! — Продолжал говорить я, надрывая голосовые связки. Хотя с последними словами я немного преувеличил — такими характеристиками в Вестеросе обладали лишь алые гвардейцы Ланнистеров, гвардии крупнейших родов Простора и настоящие рыцари, которым честь не позволяла показать врагу спину. — Так идите и докажите им что вы не хуже! А в десятки и сотни раз лучше! Докажите себе и мне что вы сильнейшие в мире воины! Оставьте после себя такую память, что вспоминать вас будут только с трепетом и уважением! Аху!
 
Закончил я вскинув к кулак, ожидая ответной реакции, которая не заставила себя ждать.
— АХУ! 
— АХУ! 
— АХУ! — Невероятный рев воинов, выращенных с простой мыслью, что всем в своей жизни они обязаны мне оглушал, заставляя меня невольно улыбаться от переполнявшего внутри чувства гордости. Ведь сейчас я смотрел на результат десятилетий труда и вложений, и было бы кощунством не наслаждаться таким моментом.
— Выступаем Волкан. — Сказал я своему полководцу, развернувшись на носках и направившись к спуску на пощадь, где уже ждал запряженный конь. — Скоро имя нашего дома будет греметь как на суше, так и на море.
— Вы правы, милорд. — Ответил мне мужчина, приложив сжатый кулак к груди.
Вскоре наше войско выступило из долины Солнечного пламени, в сторону стоявшей возле Королевской гробницы дорнийской армии. В солнечную долину вел всего один широкий проход, бывший раньше несколькими десятками мелких горных тропок, позже расширенных и превращенных в широкий и удобный тракт, который, если сравнивать с тем же Королевским выигрывал у него сто очков вперед. Но оставлять мой домен с таким уязвимым местом было бы форменной глупостью — в самом узком и крутом месте тракта была выстроена вторая крепость, полностью убирающая саму возможность прохода здесь вражеского войска.
Минас-Анор. Страж Запада.
Крепость, построенная на крутой скале чуть в стороне от основной дороги, не перекрывала сам путь. Все было немного хитрее — если вражеское войско когда-нибудь вторгнется в мои земли, ему, чтобы не оказаться под ливнем из стрел, камней и болтов, придется брать замок, по своей неприступности не уступающий Орлиному Гнезду. Да, всегда имелся шанс, что быстрый отряд конницы сможет прорвутся через обстрел Минас-Анора, но в дальше их ждали многочисленные засады егерей и Ворота — высокая стена, служащая входом в саму долину, которую небольшой отряд неприятеля взять не сможет.
Простая и почти неприступная защита, обеспечившая моим потомкам безопасность на уровне Ланнистеров из Утеса Кастерли и Арренов из Орлиного Гнезда. Хотя за все приходилось платить и когда началось освоение этого тракта, казна Осгилиата несколько лет оставалась почти пустой.
***
P.O.V. Оберин Мартелл 
Середина десятого месяца 299 года от З.Э. Неделю спустя. 
Замок Ночная Песнь, граница Штормовых земель, Простора и Дорна. 
Ночная Песнь.
Врата, запирающие Дорн.
Замок, который веками, наравне с Черным приютом Дондаррионов, сдерживал армии дорнийцев и просторцев от разорения и захвата Штормовых земель, и у которого наша армия готовилась пролить немало крови, пал.
За считанные часы.
Без штурма.
— Феликс, вот как? — Спросил я, одной рукой массируя виски, а второй пытаясь нащупать небольшую фляжку с огненным вином. — Как ты, пеклов монстр, это сделал? А?
— Все просто, Оберин. — Улыбнулся этот гад, из-за которого я чуть челюсть не вывихнул, когда увидел открывшиеся сами по себе ворота. — Нет ни одного замка или города, в который не пройдет конь нагруженный золотом.
— Феликс, не считай меня за дурака. — Невольно сжал я поводья коня, на котором сидел, пока мы с Темпером разговорили на вершине одного из многочисленных холмов, окружающих Ночную Песнь. — Думаешь я поверю, что даже у тебя найдется столько денег, чтобы подкупить Каронов? Дом, который веками восхвалял свою преданность сюзеренам? У которого гордость за свою роль простых стражников едва-ли не в крови? Несмешная шутка.