Огонь, вода и черный ворон

– В моем доме в сапогах не ходят, – дразняще-насмешливо улыбнулась женщина. – Обувь ждет тебя у входной двери.
– Это хорошо, что ждет. Зимой босиком прохладно, – Эйвен тоже улыбнулся и решился все же выдавить из себя: – Спасибо. Рубашка прямо как новая. – Но тут же вернулся к инвентаризации собственности: – Куртка вместе с сапогами?
Алика на это лишь кивнула и пальцем поманила оборотня за собой:
– Время ужинать. Я одним сексом не питаюсь.
– Какое совпадение, – нагло ухмыльнувшись, Эйвен вплотную подошел к магичке, приобнял за талию, наклонился и поцеловал. Кроме голода, от которого уже начало скручивать в животе, у него проснулось патриархальное чувство собственности. Инстинкты требовали немедленно пометить женщину как свою.
Вот только бедолаге досталась не совсем правильная женщина. Едва ощутив намек на властность, Алика, сначала вроде поддавшись, ощутимо куснула парня за нижнюю губу.
– Стер-р-рва, – не разжимая объятий, каркнул Эйвен, энергично зализывая укус.
– В следующий раз язык откушу, – с интимным придыханием прошептала ему в ухо Алика, встав на цыпочки, так как оборотень был заметно выше.
– Потом все равно приделаешь обратно, – еще крепче прижав к себе женщину, самоуверенно заявил ворон. – Тебе понравилось…
– Если хочешь, чтобы тебе тоже все нравилось, не провоцируй меня, птенчик, – несмотря на скрытую угрозу, фраза была сказана с нежностью. К тому же потом Эйвену достался поцелуй. Но за попытку перехватить инициативу в задницу ощутимо впились ногтями. Вот только для оборотня это было как поощрительная ласка. Однако выводы для себя он сделал: патриархальным инстинктам пока лучше не высовываться.
– Поваров у меня нет, – обрадовала парня Алика, когда они наконец-то добрались от гостиной до столовой. – Но зато есть связи. – И она крутанула лежащий на столе шар, в котором тут же показалось лицо бармена из трактира «Душа орла».
– Слушаю, госпожа маг.
– Чего сегодня у вас там вкусного?..
Перечисление, обсуждение и выбор заняли примерно минут десять.
– Знаешь, мне показалось, что он удивился, – задумчиво произнес Эйвен, дождавшись, когда Алика погасит шар.
Восхищение таким вот интересным способом связи он решил придержать при себе. Так-то магичка хорошо устроилась, конечно. Камин в городском доме и прямой чатпортал с трактиром. Сейчас еще посыльный с едой прибежит. Удобно.
Вот только при виде лица бармена у оборотня напряглись интуиция и инстинкты – другие, не патриархальные. Всего мгновение, не дольше, мужик выглядел растерянным и даже слегка напуганным, словно привидение увидел. Потом успокоился, расслабился. Но ворон уже успел все заметить, проанализировать и даже попытаться сделать выводы.
– Похоже, это он сдал тебя твоей подружке. И сюда ее подослал.
– В людях вначале надо видеть хорошее, а уже потом то, что осталось, – нравоучительно-занудно буркнула Алика. – Сейчас он подошлет к нам еды.
На самом деле женщина тоже заметила странное поведение бармена, что неудивительно – ведь у нее опыт выживания был гораздо больше, чем у Эйвена. Просто ей нравилось наблюдать за мальчишкой, оценивая его не связанные с сексом способности.
– А труп, напичканный знаниями о твоем кольце и моей матери, ты куда дела? – продолжил волноваться в правильном направлении оборотень.
Алика, загадочно усмехнувшись, встала из-за стола и подмигнула парню:
– Пойдем, покажу мое хранилище секретов.
Смысла сидеть в столовой, ожидая доставку, не было никакого. Раньше чем через полчаса посыльный не объявится. Еду же надо было приготовить, упаковать и, главное, донести. Поэтому парочка спокойно отправилась в подвал, часть которого Алика оборудовала в пыточную, часть – в кладовую для простых ценностей, типа соленых огурцов или хорошо настоявшегося вина, а часть – под более экзотические нужды.
– Вот, смотри, этот красавчик попытался меня изнасиловать, – женщина за волосы вытащила из железного сундука замороженную мужскую голову и покрутила ею перед оборотнем.
Эйвен изнасилований категорически не одобрял. Если просто приспичило, то с проститутками в стране проблем нет. Некоторые просто так дают, от широты души. Или по взаимной симпатии. Если же переклинило на ком-то конкретном, значит, или добивайся, или страдай. Так что голову он окинул осуждающе-презрительным взглядом и вопросительно посмотрел на Алику.
 
Та усмехнулась, демонстративно пожав плечами. Конечно, на самом деле женщина даже не сомневалась, что оборотень не насильник по натуре, просто решила проверить его реакцию, раз уж предоставилась такая возможность.
– А вот и хранилище секретов, – выдвинула Алика прямо из стены внушительного размера ящик. В нем лежала замороженная рыжая магичка с изуродованным лицом. Эйвен даже не стал скрывать злорадную ухмылку, инстинктивно проведя пальцами по собственному шраму.
– Ты же не забудешь спросить про мою мать? – уточнил он.
Горячая красотка и вынужденная соратница вроде бы внушала доверие, и у них был договор… такой, не совсем четко сформулированный. Конечно, то, что у него внезапно забурлила личная жизнь, приятно, но об основной цели их с Аликой союза оборотень не забыл. И это была не месть…
Десять лет он охотился за рыжей гадиной не ради уродования ее рожи, причем считай посмертного. Не нажилась она с этими шрамами, не намучилась… не насмотрелась на себя в зеркало!
Однако больше всего Эйвен хотел найти мать, хотя подсознательно уже смирился с тем, что произошло непоправимое. Иначе за десять лет хоть какой-то знак, хоть какой-то след, хоть какая-то информация просочились бы, учитывая, как отчаянно он искал.
Но мать исчезла, словно и не было ее никогда. Словно первые двенадцать лет жизни ему приснились.
Отца-то парень и не знал, тот испарился еще до его рождения. А вот мать была. Любящая, заботливая, за которую и на магичку кинуться можно. Вот только куда она потом пропала?!
 
Глава 6
 
– Спрошу. Не волнуйся, – усмехнулась Алика, задвигая ящик обратно. – У нас с ней будет долгий разговор, пусть и через посредника. Зато на все вопросы ответит.
Живое тело допрашивать было интересно, но порой очень утомительно. Правда, женщина уже давно считалась профессионалом по добыванию информации. Ее артефакт для ментальной связи мог подключиться к сознанию любого: и человека, и мага, и оборотня. Дальше оставался пустяк – добиться, чтобы допрашиваемый даже не заговорил, а всего лишь начал думать в нужном направлении.
Конечно, если вдруг попадался ценитель боли, типа подвернувшегося ей на пути вороненка, Алике приходилось изобретать что-то более изощренное, чем обычные пытки. Но на воображение женщина никогда не жаловалась.
А вот допрашивать мертвое тело было накладно. Но главное – появлялся третий лишний, знающий слишком много.
Вот только, если убивать каждого поработавшего на тебя некроманта, в итоге можно неудачно нарваться на того, кто сильнее. У некромантов это бывает. Или просто оказаться в черном списке у магов этой гильдии.
Ну и сроки в таком случае тоже поджимали. Разум угасал в течение девяти дней, дальше пробуждался тупенький зомби, не способный выдать ничего связного. Можно было, конечно, попробовать вызвать призрак, но это особое направление в некромантии и духи обычно капризнее, чем живые. Пытать их нельзя, а врут так же бойко.
Но чего уж теперь переживать?! Надо работать с тем, что есть…
– А что у тебя здесь еще хранится? – с неподдельным интересом огляделся вокруг Эйвен.
Обычно гости, удостоившиеся посещения этой части подвала, все равно стремятся быстренько отсюда свалить. Но оборотень чувствовал себя вполне комфортно, и мертвые его совсем не напрягали. Поэтому Алика похвасталась еще парочкой голов своих врагов. Самых памятных, на которых приятно было иногда полюбоваться, вспомнить былое.
Тела она предпочитала сжигать, во имя собственного спокойствия. А то мало ли, вдруг все же перейдет дорогу какому-нибудь некроманту? Так что никакого материала для клепания зомбаков, только головы.