Пятая капля (СИ)

— И чего ты так испугалась? — спросил Нойтенштеггер, когда я немного пришла в себя.
— Я теперь совсем не человек, да? — жалостливо всхлипнула я.
— Ну, скорее, не совсем человек, — уточнил вампир, усмехнувшись.
Мне было совсем невесело. Я прикрыла глаза и спросила:
— Зачем?
Мне, конечно, хотелось услышать о неземном чувстве, внезапно вспыхнувшем в душе вампира, но пора бы уже заканчивать с розовыми мечтами. Жизнь намного прогматичнее. Вот и Нойт подтвердил мои выводы своим ответом.
— Причин много, самая главная из них — твоя безопасность.
— Не понимаю.
Я ещё надеялась на признания, ведь сама-то уже поняла, что привязалась к вампиру намного сильнее, чем следовало бы.
— Если бы я оставил всё, как прежде, ты была бы не в состоянии противостоять моим врагам. А я всё-таки обязан тебе своей свободой.
Нойт отвечал на мои вопросы, но без эмоций. Будто разговор шёл между двумя совершенно посторонними людьми, волею случая попавшими в неприятности. Мне было страшно, я не представляла, как жить дальше, поэтому спрашивала снова и снова.
— А сейчас?
— Сейчас физического вреда никто тебе причинить не сможет.
— Почему же тогда Шиих сказал, что мне нужно спрятаться?
— Ты же слышала, что я сказал? Физического вреда.
Стало совсем грустно. Я ведь понимала, что воздействовать на меня можно и по-иному. Если кто-нибудь догадается о моих чувствах к вампиру, то этим воспользуются не только для того, чтобы мне напакостить. Ведь изначально и шёл разговор о Нойте. Решила разъяснить и эту ситуацию.
— Понятно. Что с разводом?
Я еле сдерживалась, чтобы не разреветься. Вот сейчас и разобьют окончательно все мои мечты.
— Этот вопрос больше неактуален.
Как это так? Неужели развод уже состоялся, а я даже не заметила? Я подняла левую руку и покрутила ей перед глазами, разглядывая. Узор татуировки никуда не делся.
— Объяснишь?
— Думаю, ты и сама способна догадаться обо всём. Или даже такое нехитрое действо вызывает затруднения? — пальцы Нойта нежно скользнули по лицу, смахивая выступившие-таки слезинки.
— Но мы совершенно не подходим друг другу. У нас разные взгляды, воспитание, ценности, — хлюпнула я носом.
В душе вновь затеплился слабый огонёк надежды, пусть мои слова говорили о противоположном.
— Согласен полностью.
— И?
— Ну, ты же сама хотела замуж?
Голова шла кругом.
— И что дальше?
— Думаю, сначала будет весьма непросто. Сама понимаешь, для наследника повелителя необходимы соответствующие его статусу условия, а обеспечить их я пока не в состоянии. Но я обещаю постараться.
Я представила, что скоро вернусь с Нойтом в каменные трущобы, и откровенно заскучала. В моих фантазиях счастливая семейная жизнь выглядела несколько иначе.
— А давай, ты не будешь наследником повелителя?
— Так я не про себя говорю, — ладонь Нойта плавно переместилась на мой живот, затем и голова вампира улеглась рядом.
— Я сейчас снова потеряю сознание.
  
Глава 46
 
— Мне срочно нужно видеть повелителя! — не терпящим возражения тоном заявила Анариссия.
Вампирша после последнего разговора с отцом ждала результатов, но за ней не посылали, и никаких новостей не было. Пару дней она терпеливо ожидала вызова, ещё день провела в беспокойстве и тревоге. На четвёртый день едва уговорила себя снова немного подождать. Выдержала целых три дня, что было равно подвигу. Но всё без толку. Никому до её проблем дела не было. Быть дольше в состоянии неопределённости она не собиралась. Ситуация намного важней, чем для самого повелителя, и Анариссия желала получить разъяснения незамедлительно. И не только их. Дочь повелителя детей ночи готова была устроить полноценный допрос, ведь её претензии весьма обоснованны.
Вот с таким настроением Анариссия появилась у дверей тронного зала. Однако сегодня желаниям высокой посетительницы снова не суждено было сбыться.
— Простите, госпожа, но повелитель никого не принимает, — дорогу преградила охрана.
— Совсем никого? — язвительно скривив губы и склонив голову, уточнила вампирша.
 
— Совсем.
— А если я просто пройду внутрь?
— Вы никого здесь не застанете. Вчера повелитель покинул резиденцию, охрана сопроводила его до личных покоев, с тех пор во дворце не появлялся.
— Странно, прежде как-то я не замечала желания отца уединяться во время серьёзных проблем. Неужели от меня что-то скрывают?
Ответа на свой вопрос черноволосая красавица не получила. Охранники лишь отводили глаза, стараясь лишний раз не нервировать дочь господина. Пусть и не полноценная наследница, а всё же…
Анариссия поняла, что здесь она больше ничего нового не узнает. Повелитель никогда не делился со своими слугами информацией, разве Шиих располагает кое-какими сведениями?
— Я могу побеседовать с советником повелителя? — обратилась она к начальнику охраны.
— Нет, госпожа.
— Это почему, интересно? — глаза вампирши полыхнули гневом. И так нервы на пределе, а эти букашки то и дело раздражают её своими ответами.
— Советник пропал, — здоровенный охранник сжался, будто бы стараясь стать незаметнее.
— Как, пропал? Когда? — Анариссия растерялась настолько, что даже сделала лишний шаг к охраннику. Такого она себе с подчинёнными никогда не позволяла. Кто она и кто они? Вот и охранник в ужасе попятился, понимая, что последствия разговора для него могут оказаться весьма плачевными. Но ответить на вопрос всё же пришлось.
— Уже неделю его не видели…
— Вот так новости!
Вампирша поняла, что чересчур долго полагалась на своё терпение. Оказывается, здесь происходит что-то странное, а она находится в полнейшем неведении. Так можно и вообще лишиться всяческих надежд на власть, но разве это справедливо? Зря, что ли, непризнанной дочери повелителя пришлось вытерпеть столько унижений и обид? С ней долгое время не считались, чуть ли не в открытую насмехались над скорбными попытками вернуть положение, данное кровной связью. И она это всё простит?
Анариссия зло сверкнула глазами в сторону дверей тронного зала и поджала губы. Нет, своим недругам и злопыхателям она воздаст сторицей, чего бы ей это не стоило. И надо действовать самой, а не дожидаться подачек от отца. Ведь он тоже не торопился защитить её интересы, значит, вполне может получиться так, что и слово, данное ей, повелитель держать вовсе не собирается.
Последняя мысль заставила вампиршу стиснуть зубы сильнее.
— Хор-р-рошо, я сама разберусь с этим делом. И для начала необходимо найти эту мерзкую человечку, что спутала мне все карты.
У Анариссии было небольшое преимущество в поисках. Именно она и выполняла поручение отца по заключению Нойтенштеггера в мире людей. И с драконами договаривалась о том, чтобы зафиксировать душу вампира в оболочке животного, и подыскивала владелицу для летучей мыши тоже сама. А это было весьма непросто сделать. Только не оценил никто по достоинству её трудов, да и, как выяснилось, совсем ненадёжным оказался способ.
Но с отцом всё-таки переговорить бы надо. Слишком хлопотным казалось предстоящее дело, и справиться в одиночку будет непросто. А может, уже и не нужно никого искать, ведь ищейка давно мог вернуться с желанным трофеем.
Анариссия покинула место приёмов и двинулась в сторону личных покоев отца. Конечно, там тоже охрана имеется, но можно ведь и через потайную дверь войти. Вернее, не войти, а переместиться, как она это делала ребёнком. Никого другого защита не пропустит, а для неё этот способ единственно подходящий.
— Пусто, впрочем, я и ожидала чего-то подобного, — негромко сказала вампирша, обходя роскошные комнаты.
Отец не стал полагаться на подручных и отправился в мир людей сам.
Стало совершенно очевидно, что надеяться на помощь не приходится. Мало того, получается, что если повелитель вернётся с добычей, то прежний договор так и останется договором с неопределённым временем его исполнения. Очень удобное решение. И от слова нет нужды отказываться, и менять ничего не придётся. Всего-то и нужно кормить наивную доченьку обещаниями и жаловаться на неподходящие условия.