Изгоняющий (СИ)

— Просто решил навестить одного старого родственника, — вместо приветствия произнес Арчи.
— А, мальчик мой! — радостно воскликнул священник уже совсем иной интонацией. — Славно, что решил навестить старика.
Из комнаты напротив послышалось позвякивание, затем тишина и смачные глотки, словно кто-то надолго приложился к бутылке.
— Тяжелый день? — усмехнувшись, поинтересовался Арчи, нисколько не удивленный подобным. Парень хорошо знал дядюшку, чтобы удивляться хоть чему-то. Некоторые бесы куда послушней и смиренней, чем отдельные священнослужители.
— Просто умертвляю пороки свои кровью Его и плотью, — смиренным голосом отозвался пастор, впрочем, слишком уж смиренным. Видимо, подобная «экзекуция» продолжалась довольно давно.
— Не перестарайся. Его кровь столь стара, что обрела изрядную крепость, трудно оцениваемую в градусах.
— Циничный юноша, — притворно тяжело вздохнул священник, — и как мог вырасти такой терновый куст при всех ласках и заботах, которыми его окружили?
— По всей видимости подвела земля, куда воткнули куст, оказавшаяся не достаточно плодотворной. — Легко парировал Арчи упрек единственного и потому любимого дядюшки.
Пастор сделал вид, будто не расслышал последнюю фразу. Это у дядюшки всегда получалось великолепно. Обладай дядя Лука меньшей ленью и он добился бы высот в политике. Однако, мужчина выбрал иной путь, приняв сан и заодно «смиренную» жизнь.
— Ты давно не навещал старика, — как бы невзначай произнес священник с легкой интонацией укора. — Много дел?
Арчи тяжело вздохнул, пытаясь подготовиться к той части беседы, ради которой парень и навестил родственника.
— Мало свободного времени. Учеба, подработка. Последняя отнимает много сил и приносит, к сожалению, не достаточное количество нужных средств. Оплатить учебу, проживание.
— Да, время весьма уникальное явление. Его никогда не бывает впрок. — Задумчиво ответил священник. Дядя Лука вновь проделал свой известный фокус, заострив внимание не на том, на что сделал акцент в своих словах племянник.
— Остается порадоваться за любящего родственника, — откликнулся Арчи, пытаясь вернуть разговор в нужное русло. — У людей церкви всегда всего в обилии. И времени и подношений.
— Ах, наивное дитя! — наигранно трагично вздохнул пастор. — Нам, помощникам Господа, нет дела до мирских забав. Всю жизнь мы служим во имя Его. Не ради корысти и обогащений, а ради счастья прихожан. Жалкие подношения лишь обычная благодарность за просвещения и утешения, что мы им даруем. К тому же, все суммы уходят на поддержание крепости старых стен. Наш приход мал и не богат, а храм обветшал.
«Ну да, старая перечница, как же!» — пронеслась в голове у Арчи досадная мысль. — «Жалкие подношения складываются за год в столь солидную сумму, что вы могли бы трижды перекрыть купола золотом высшей пробы. А взамен этого все пожертвования уходят в бездонные карманы ваших ряс».
— Надеюсь, что тебя, мой добрый родственник, не коснулась тень бед и лишений и ты живешь в здравствии и процветании.
— Мой мальчик, я так рад, что ты печешься о своем старике. Все же, Господь дал мне сил воспитать достойного наследника. — Ответил дядя Лука и невольно осекся, заметив промашку в сказанном.
Но было уже поздно. Арчи тут же воспользовался ситуацией:
— Ах, дядя, раз уж ты сам заговорил о достойном наследнике, позволь озвучить просьбу о небольшой ссуде средств. Разумеется, все вернется сторицей.
— Молодость так глупа и наивна. Вечные пустые траты на то, чего не нужно.
— Верное замечание, дядя, как хорошо, что твой наследник не столь легкомыслен. Прежде всего, я думаю о будущем, и поэтому прошу деньги исключительно на учебу.
— Разве ты не говорил, что работаешь? — попытался сорваться с крючка пастор.
— Подрабатываю, — поправил родственника, Арчи. — Жалкие мелочи, едва покрывающие расходы на приют и питание.
— Да, — задумчиво протянул священник. — Мы живем в трудное время, мой мальчик. Но трудности лишь закаляют наш дух, не так ли? Встретиться один на один с неприятностью и одержать вверх! Разве не это главная победа?
 
Арчи сокрушенно замолчал, понимая, что беседа в подобном стиле может затянуться надолго. Упрямство и жадность родственника имели сильный корень. Поэтому еще раз все крепко обдумав, парень пришел к единственному выводу: задать вопрос на прямую.
— Мне нужны деньги, дядя Лука. Большая сумма и очень срочно.
— Насколько большая? — осторожно поинтересовался пастор.
— Триста тысяч. — Произнес экзорцист с замиранием сердца.
— Сколько?! — без притворства воскликнул удивленно родственник. Арчи показалось, что мужчина даже подпрыгнул на стуле. — Это большая сумма. — Сказал даже забыв прибавить извечное: «мой мальчик».
— Я знаю. И эта сумма мне нужна как можно скорее.
— И у тебя возникла мысль, что столь огромная цифра может быть у бедного священника?
— Ты, дядя Лука, мой единственный близкий и родной человек. Разве не очевидно, что я мог обратиться только к тебе? — процедил Арчи, начиная злиться.
— Я вырастил тебя, давал кров и пропитание, учил мудрости, — стал перечислять свои «заслуги» родственник. — Это не достойная плата?
— О том, как ты меня воспитал и что дал, мы поговорим в следующий раз, — хмуро отозвался молодой человек. — Так ты можешь мне одолжить деньги?
— Арчи, мой мальчик, ты всегда можешь прийти к своему дяде за советом и утешением. И я всегда готов оказать посильную помощь, но я не банк. Я рядовой служитель церкви, я помогаю людям словом, а не финансами. Если тебе нужны деньги, иди в банк.
— Подобную сумму никто не одобрит студенту без средств на существование. — Ответил Арчи еще больше заводясь. — Это возможно под залог имущества или недвижимости, которой я не обладаю. В противном случае, вся надежда остается, что второсортный банк одобрит кредит под грабительский процент, но даже в подобном случае, я вылечу из Ордена из-за невозможности оплатить счет за обучение.
— Каждый сам отвечает за сделанные ошибки. И дорогу каждый выбирает тоже сам.
— Спасибо за совет! — Арчи резко встал, клокоча от злобы.
— Постой! Не горячись, мой мальчик. — Голос пастора за решеткой чуть смягчился, но было уже поздно что-либо изменить.
— Продолжай упиваться кровью Его, старый родственник, — процедил Арчи и быстро направился к выходу. От гнева у парня загорелись кончики ушей, а руки затряслись от переизбытка эмоций.
Свежий воздух немного прояснил сознание. Постепенно гнев уходил на нет. В глубине души, Арчи и не верил в подобное чудо. Да, к дяде стоило прийти и попросить, но лишь для того, что отмести этот вариант раз и навсегда.
А деньги нужно отыскать и очень срочно. Арчи это понимал.
В полном одиночестве с тяжелыми мыслями на душе, молодой человек побрел прочь.
К дому, где он снимал комнату, Арчи добрался уже с первыми лучами восходящего солнца. Усталый и едва держащийся на ногах Арчи миновал коридор и оказался возле входной двери, порылся в кармане, отыскивая ключ и обнаружив, уже потянулся к замочной скважине, как вдруг отметил сразу два неприятных момента.
Первое — дверь, тщательно запертая, оказалась открытой. И второе — из комнаты явно тянуло сигаретным дымом. Сам Арчи никогда не курил и ключ от комнаты имелся в единственном экземпляре и только у него.
В животе неприятно заныло — первый признак скорых неприятностей. Мгновенно вспотев, парень в нерешительности замялся у двери, не зная как поступить. Убраться прочь или все же плюнуть на осторожность и проверить, кто хозяйничает у него дома в его отсутствие.
 
С выбором Арчи помогли.
Кто-то бесшумно подошедший сзади, опустил тяжелую ладонь на плечо и обдав крепким ароматом табака, тихо произнес:
— Без глупостей, парень. Сейчас мы вместе зайдем внутрь и поболтаем. И не рыпайся.
Словно в подтверждение всей серьезности своих намерений, незнакомец ткнул Арчи в спину чем-то сильно напоминающим пистолетное дуло.