Изгоняющий (СИ)
— Спрашивайте, офицер Фортис.
— Ты экзорцист, а точнее проходишь обучение. Ваша форма столь же приметна, как и наша. — Фортис дружески улыбнулся. — И все же двум патрульным ты показался весьма подозрительным. Один. Поздно ночью. В районе сомнительной репутации. Вид красочный, лицо точно ты завершил три раунда в боксерском ринге за пояс чемпиона в среднем весе. Одежда неряшлива. Взгляд панический. В протоколе так именно и написано. Сделать выводы не сложно. Согласен? Я думаю, будь ты на месте полиции, тоже бы задержал столь сомнительную личность до выяснения обстоятельств.
— Тяжелые выдались дни. — Арчи сострил новую гримасу. — У таких как я с такими как вы много общего офицер: мы мало спим, много работаем, почти всегда на ногах, боремся со злом и вечно живем в острой нехватке финансов. Но заверяю, к наркотикам я не имею никакого отношения!
— Я тебе верю, Арчи. — Фортис кивнул, задумчиво взглянув в протокол. — Но все же. Как ты оказался в том районе? С какой целью?
— Я заблудился. — Арчи даже не лгал. — Работу завершил поздно. Денег на такси не оказалось, станцию подземки не нашел. Вот и шел куда пришлось. Такая история.
— Действительно, все просто. — Мужчина улыбнулся и Арчи еще раз отметил, как у того легко получалось искренне это делать. Профессионал! — Тебе повезло, парень. Ты повстречался патрулю, а не шайке отморозков. Район, куда тебя занесло у нас на особом счету. Торговля наркотиками, грабежи, убийства.
Тут Арчи мысленно пожелал Рейбелу долго гореть.
— Вы меня отпускаете, офицер?
— У меня слишком много работы, чтобы задерживать без причины невиновного. Ранее ты в поле зрение полиции не попадал. Приводы отсутствуют. Осмотр личных вещей при задержании ничего запрещенного не выявил. Личность твоя установлена, данные проверены. В Ордене подтвердили, что Арчибальд Лонер обучается. Характеристика, а так же описание внешнего вида совпадают. — Полицейский размашисто оставил ручкой подпись на пропуске и протянул его Арчи. — Отдашь его уже знакомому тебе дежурному на входе. Сопровождающий должен уже быть на месте.
— Сопровождающий? — Арчи взял протянутый пропуск и недоуменно уставился на офицера. — В каком смысле?
— Мы обязаны сообщить родственникам о задержании кого-то из членов семьи. В твоем случае единственный родственник — это дядя. Мы позвонили ему и попросили забрать тебя. Это стандартная процедура.
Арчи кисло поморщился.
— Какие-то проблемы? — на лице Фортиса появилось смятение.
— Мой дядя сложная личность. — Попытался найти подходящие для объяснения слова Арчи. — Мне бы не хотелось встречаться с ним в подобном месте. Видите ли, он священнослужитель. И боюсь, он все неправильно поймет.
— Если хочешь, я могу пойти с тобой и все объяснить. — Предложил полицейский помощь. — В конце концов ты не совершил не законных противонарушительных действий.
— Не стоит! — отказался торопливо Арчи. — Дядя не очень любит полицию. Лучше я сам разберусь. Спасибо за все. Всего хорошего.
И прежде чем они попрощались, парень спешно покинул кабинет.
Тьма! Вот чего сейчас не хватало, так это лицезреть старого родственника!
Облаченный в привычную рясу, с которой священнослужитель не расставался последние тридцать лет, дядя Лука дожидался непокорного племянника на улице, всем своим видом изображая муки достойные самого Его.
Арчи закатил глаза, предчувствуя заготовленную проповедь старого родственника. В душе заклокотала недавняя обида, так не прошедшая до конца. У дядя имелись сбережения и весьма недурные. Хватило бы и на респектабельное место на кладбище и на среднего размера памятник взамен простой надгробной могилы, да и на пышный молебен осталось бы изрядно деньжат. В день кончины священника благодать красного сухого вина, так излюбленного монахами и прочим священным людом всех иерархий, могла бы литься бурной рекой и не ослабевать до заката солнца. Однако, взамен скорее тот лишится последнего родного на земле человека, чем расстанется с деньгами. Плевать, что кто-то скорей всего разделит судьбу известного всем святого Климента, отправившегося язычниками на дно морское кормить раков.
— Ну здравствуй, мой мальчик! — произнес дядя Лука именно такой интонацией, как и ожидал услышать Арчи. Смиренное страдание праведника, пытающегося поставить на путь истинный отпетого грешника. — Как ты?
— Как я до этого докатился? Ты это хотел узнать? — огрызнулся вместо приветствия Арчи и проигнорировал протянутую для поцелуя руку. — Мне не нужна помощь, старый родственник! Теперь уже не нужна.
— Озлобленный миром щенок. — Вздохнул дядя Лука, покачал головой и убрал руку, взяв взамен четки, принявшись пересчитывать бусины. — Так почему ты здесь оказался?
— Случайно вышло. — Сказал чистую правду парень.
Они шли вдоль шумной улицы. Священник и молодой экзорцист, погруженные каждый в собственные мысли.
— Так ты решил свои проблемы? — подал голос священнослужитель.
Арчи покачал головой. Говорить на подобную тему не хотелось. Просто не имело смысла. Треп ради трепа — это не то, что требовалось сейчас юноше.
— Возможно, тебе стоило обратиться со своей проблемой в полицию. — Осторожно продолжил разговор дядя. — Кто, если не они сумеют приструнить бандитов.
— И что я им скажу? — Арчи с грустью хмыкнул. Взъерошил волосы. — Что сам пришел к ростовщику, попросил в долг сумму необходимых мне средств, а затем не пожелал платить? Да на меня посмотрят точно на умалишенного! Я сам виноват! Сам!
— Вот и хорошо, мой мальчик. Принятие — это последняя стадия эмоционального реагирования. Значит, теперь ты готов идти дальше.
Арчи остановился. Посмотрел на родственника как-то странно и тихо произнес:
— Принятие — это последняя стадия для тех, кто смирился со смертью и готов ее принять, дядя. Трактат называется «О смерти и умирании». Вам ли не знать. Так вот — я умирать не желаю! И не собираюсь!
И больше не говоря ни слова, Арчи резко подался вперед, оставив священнослужителя стоять одного. Растерянного и немного озадаченного столь бурной реакцией.
— Нельзя же все воспринимать буквально! Иногда следует интерпретировать услышанное! Это подходит и для тех, кто столкнулся с новой реальностью и пытается адаптироваться к ней.
Тон священника затихал по мере того, как удалялся племянник и последнее предложение мужчина произнес уже едва различимо. Задумчиво покачал головой, затем резко махнул рукой и, сплюнув, стал ловить такси.
В зале ожидания вокзала было шумно и людно, но сейчас это Арчи не мешало, наоборот, окруженный потоком прибывающих, встречающих, ожидающих, экзорцист мог немного отвлечься от собственных проблем.
Огромное электронное табло часов, возвышающееся под высокими сводами потолка, показывало начало второго.
Арчи тяжело вздохнул. Время. Все же занятная эта штука — время. Иногда страдаешь от желания, чтобы оно прошло как можно скорее. К примеру, когда ожидаешь кого-нибудь приятного события: встречу с любимым человеком или когда принесут заказ или ждешь поезда. Иногда все происходит с точности да наоборот — ты желаешь, чтобы миг, день не заканчивались, потому что то, что произойдет после будет неприятным, пугающим, неизвестным. У него, молодого парня, вся жизнь впереди. И в то же время — всего два дня. Затем настанет час расплаты. Платы по счету или плата жизнью, тут уж как повезет.
Сигнал нового сообщения пришедшего на коммуникатор заставил Арчи забыть о хандре и полезть в карман. Письмо пришло от магистра Пруденса и сердце парня предательски сжалось. «Напиши, где находишься. Нужно встретиться». Коротко и по существу. Как обычно и вел переписку вечно занятый учитель.
Арчи вбил адрес и отправил ответ. Магистр откликнулся почти сразу же: «будут через десять минут. Парковка у главного входа».
Испытывая весьма противоречивые эмоции, Арчи поднялся и направился к выходу.
Роскошный «джонкон» уже оказался припаркован. Парень подошел ближе, дав наставнику себя заметить. Магистр разговаривал по телефону, жестом велел Арчи сесть рядом и дождаться окончания звонка.