Первый (СИ)

— Не было времени, — мотаю головой.
— Жаль.
Я не спрашиваю, почему именно жаль – просто срываюсь с места и бегу на выход из отделения, не прощаясь с Верой и никак не комментируя своё состояние. Сгорая от ревности, стыда и похоти, словно лично участвовала в интимной сцене.
— С тобой всё в порядке? – интересуется Артём, когда я плюхаюсь на переднее сиденье.
Посмотрев на себя в зеркало, вижу перепуганные глаза и покрытое красными пятнами лицо. Руки подрагивают. На меня волнами накатывает самое настоящее возбуждение. Я рассыпаюсь на атомы, когда понимаю, что больше всего на свете хотела бы оказаться на месте Алины. После того как у мамы появился любовник, я искреннее верила, что буду жить честно и никого не обманывая. Неужели теперь, как Альберто, я готова идти по головам на пути к своему счастью?
— Поедем на дачу, Тём. Скорее.
Оставшийся вечер я провожу в гостевой комнате, прокручивая события в больнице. Эмоции разные, но скорее инородные и неприятные. Я злюсь на себя за глупость и наивность, а когда иду в душ, то с ужасом обнаруживаю насквозь мокрое бельё.
Нет, пожалуйста.
Промежность пульсирует, но я не хочу доставлять себе разрядку, потому что чувствую при всем этом грязь и неприязнь. Это хуже, чем просмотр порно. Это… катастрофа.
Уже на следующий день папа сообщает мне «хорошие» новости. Адвокат поговорил с Андреем, подставной водитель помирился с потерпевшим и возместил весь причинённый ущерб. Также Бакурин под собственную ответственность выписался из больницы.
  
Глава 13
 
Повесив сумочку на плечо, выхожу из здания «Территория здоровья» и направляюсь к пешеходному переходу. Телефон разрывается от количества входящих сообщений.
У меня есть ровно сорок минут на обеденный перерыв, который я решила провести вместе с подругами в ресторане через дорогу.
Оля и Катя сидят на летней веранде за дальним столиком. Что-то оживлённо обсуждают, перебивая друг друга, но резко прерываются, увидев меня на противоположной стороне улицы и начинают не только активно махать руками, но и выкрикивать моё имя. Вот дурочки!
— Мы устали ждать, — возмущается Олька. — И уже заказали себе по десерту.
— Простите. Я с трудом вырвалась, — качаю головой. — Очень много работы. Старшая не отпускала, пока не закончу с документами.
Сев в удобное плетёное кресло, жму кнопку вызова официанта. Тот появляется у столика в считанные секунды. Я даже меню не успеваю как следует изучить, поэтому заказываю то, что предлагают и готовят быстрее всего — салат с курицей и лимонад с облепихой.
— Сложно? — сочувствующе спрашивает Катя.
— Нет, не сказала бы, — отмахиваюсь. — Дни пролетают почти незаметно, потому что центр забит под завязку, но мне интересно и даже нравится. Нагружают, но не сильно — не так, как остальных студентов. И всё из-за личного указания Валерия Семёновича.
— Пошла бы в районную больницу — охренела бы от объема работ, — фыркает Олька. — Как хорошо, что у тебя есть такой замечательный папа, который может устроить в тёплое и непыльное место.
Я соглашаюсь с подругой, хотя часто чувствую себя не совсем комфортно, когда каждый из сотрудников непременно этим тыкает. Отец бывает у Литвина минимум раз в неделю. Его все здесь знают, а теперь и меня.
Официант приносит лимонад со льдом и сообщает, что салат будет готов в течение пяти минут. Я тут же тянусь губами к трубочке и делаю несколько жадных глотков, утоляя жажду. На улице самое пекло — под сорок градусов. Когда после работы я рискую добраться домой на общественном транспорте, то потом падаю с ног от усталости. Водить так и не рискую, хотя папа потихоньку начинает злиться, ведь он так сильно торопился забрать мою малышку из автосервиса. Теперь она стоит под навесом во дворе и ждёт своего часа. Дождётся ли?
— Что вы тут так активно обсуждали? — спрашиваю у девчонок, поглядывая на часы.
Оля стреляет в меня загадочным взглядом, достаёт из сумочки электронную сигарету и подаётся ближе.
— Вчера состоялся показ новой коллекции Бакуриной, а сегодня вся местная пресса не унимается и обсуждает её предстоящий развод. О самой одежде ни слова.
 
Я выпрямляю спину и обхватываю ладонями запотевший стакан с лимонадом. Подруга поясняет:
— Дело в том, что Алина была одна — без мужа, хотя все прекрасно знают, что Андрей в городе и не участвует в гонках из-за травмы.
— Ну и что? — тут же перебиваю. — Разве это причина — так думать? Возможно, Бакурин не захотел дурацких вопросов и пристального внимания к своей персоне.
— О, нет. Дело определённо в другом, — качает головой Катя. — Тем более Инна, являющаяся родственницей Али, в переписке подтвердила — сейчас идёт кропотливая работа над разводом и разделом имущества.
Я шумно выдыхаю. Наверное, чересчур. Нервно ёрзаю в кресле, заново прокручиваю в голове разговор, который подслушала под дверью палаты чуть меньше месяца назад.
С тех пор мы с Андреем ни разу не встречались, но совсем не думать о нём у меня не получалось. По правде говоря, я по привычке продолжала смотреть архивные интервью и свежие новости о гонщике. Сегодня — просто не успела.
— Поговаривают, что у Андрея уже кто-то появился, — присвистывает Оля. — Шустрые мужики нынче пошли. Впрочем, и любовницы не отстают. Им плевать на моральную сторону вопроса, на кризис в семейной жизни — лишь бы залезть к красивому мужику в штаны. Ну ничего. Потом таких идиоток обязательно настигает карма. Внезапно, как обухом по голове.
Я знаю, что это личное — отец подруги ушёл из семьи в прошлом году – но не могу поддержать разговор.
— Я бы не стала верить сплетням, — осторожно вставляю своё слово, чувствуя, как заливает краской щёки. — Уверена, мы не знаем и десятой части того, что происходит в семье Бакуриных.
— Жень, не будь такой наивной, прошу тебя, — кривит лицо Олька. — Сплетни не появляются из ниоткуда.
К счастью, обсуждение довольно скоро приходится свернуть из-за недостаточности информации, хотя девчонки стараются и якобы ищут неоспоримые доказательства того, что Андрей — не святой. Мол, его не единожды ловили в обществе других девушек во время соревнований. Я же вспоминаю, как в первый день нашего знакомства он искреннее просил Алю приехать, и не спорю.
Дальше мы обсуждаем Инну и её практику в Европе. Кажется, девушка совершенно точно не собирается домой. Она ведёт насыщенную жизнь. Не только рабочую, но и личную — уже и парня успела найти за столь короткий срок. Теперь же бесконечно постит общие снимки в соцсети.
— Была рада поболтать, но мне пора, — спохватываюсь, когда до окончания обеденного перерыва остаётся ровно пять минут.
— Ты же придёшь на мой день рождения? – спрашивает Катя, когда я достаю из кошелька новенькие купюры и опускаю их на стол. – В пятницу, в «Романтике».
— Да-да, помню, — киваю девушке. – Пришлёшь в чат список желаемых подарков, чтобы мы не ломали себе головы, ладно?
В главный корпус реабилитационного центра «Территория здоровья» я влетаю за минуту до начала рабочего времени. Уф. Успела.
И хотя я прекрасно знаю, что за опоздание мне ничего не будет – максимум пожурят, и перестанут, не хочу чересчур наглеть и садиться на голову Валерию Семёновичу. На рабочем месте я старательно держу дистанцию и никоим образом не даю понять коллегам, что вполне спокойно за стенами центра могу звать его дядей Валерой и к тому же на ты.
— Я вернулась, — сообщаю старшей и бегу в кабинет для медперсонала, чтобы переодеться.
Связав волосы в высокий хвост, тянусь к пуговичкам на белоснежном отутюженном халате.
Моя практика проходит в физкабинете. Работа – проще простого. Достаточно хорошо знать анатомию, чтобы не облажаться, а аппараты здесь современные и незамысловатые. Хватило одного раза, чтобы запомнить, куда нужно нажимать и что подсоединять.
— Жень, теперь и я побегу на обед, — произносит Анна Сергеевна. – Сейчас у нас окно, а минут через десять придёт новенький. Думаю, справишься без меня.