План возмездия
Но Гийому вовсе незачем знать о ее затаенных страхах. В конце концов, имеет ли она право совать нос в его личную жизнь? Условия их взаимоотношений заданы раз и навсегда. И ревность тут совершенно неуместна.
Незваные гости больше не омрачали их покоя. По правде говоря, никакие визитеры в поместье вообще не появлялись. Внешний мир словно перестал существовать.
Лилиан сама удивлялась тому, как быстро привыкла к полусказочному укладу замка Карийон, где незримые слуги спешили выполнить любое ее пожелание. Она видела и понимала, что это благодаря компетентному, исполнительному Бернару отлаженный механизм повседневной жизни замка работает так четко и безупречно. И, что бы ни думал седовласый дворецкий насчет гостьи из далеких Штатов, держался он с Лилиан неизменно почтительно и едва ли не благоговейно, как если бы прислуживал особе королевской крови.
Чего никак нельзя было сказать об Эжени. До чего же досадно, думала Лилиан, что мне приходится иметь дело главным образом с ней!
Нет, не то чтобы девушка вела себя дерзко или не исполняла своих прямых обязанностей. Просто в ее поведении ощущалось что-то неуловимо враждебное, некая затаенная обида или озлобленность. Стоило Лилиан обратиться к ней с пустячной просьбой, и горничная презрительно поджимала пухлые губки или задирала нос… Впрочем, надо отдать ей должное, работу свою она выполняла безукоризненно.
Может, конечно, девушке просто осточертело прислуживать хозяйским сиюминутным подружкам, размышляла Лилиан, подавляя вздох. И с трудом сдерживала навязчивое желание спросить напрямую: а была ли в их числе некая Коринна?
Нет уж, никаких расспросов! — убеждала она себя. Надо научиться жить настоящим. Бессмысленно задумываться о прошлом, глупо волноваться насчет будущего, ведь и то, и другое не в ее власти. К тому же она безумно, бесконечно счастлива, и этого счастья никто у нее не отнимет!
Но в один прекрасный день Гийом вошел в спальню, где Лилиан как раз примеряла чудесное платье — кремовое, с открытыми плечами, выгодно подчеркивающее ее загар, — и с порога объявил:
— Лилиан, мне необходимо съездить в Орлеан. Мы, как я тебе рассказывал, запускаем новую марку продукции, но возникли непредвиденные трудности. На самом деле ничего страшного, просто требуется мое личное присутствие.
— Ох! — Лилиан уронила руки. — Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?
— Боюсь, ma cherie, ты бы меня слишком отвлекала… Я не смогу сосредоточиться на работе, если ты будешь рядом, — объяснил Гийом. — Ты останешься здесь, отдохнешь, а через пару дней я вернусь.
— Помочь тебе упаковать вещи?
— Бернар все приготовил, — покачал головой владелец замка. — Вертолет уже ждет.
Гийом стремительно пересек комнату и обнял Лилиан за плечи.
— Ужасно не хочется от тебя уезжать, mon amour, — глухо произнес он. — Но это и вправду важно. Боюсь, последнее время я пренебрегал моими прямыми обязанностями.
— Я все понимаю и не обижаюсь. — Лилиан храбро улыбнулась любимому, хотя сердце ее пронзила боль. Ведь вынужденное расставание поглотит значительную часть и без того стремительно убывающего времени, что ей суждено провести с Гийомом. — Бернар за мной отлично присмотрит.
— Ты совершенно покорила его сердце. — Гийом поднес к губам ее руку. — Все мои домочадцы на тебя только что не молятся. Радость моя ненаглядная… — Он порывисто притянул Лилиан к себе, и тут же, словно обжегшись, разжал пальцы. — Я вернусь, и тогда мы обо всем поговорим… Мне нужно многое сказать тебе. И дальше откладывать этот разговор, увы, невозможно.
Он собирается объявить мне, что все кончено, с замирающим сердцем решила Лилиан. Что все хорошее рано или поздно кончается. Что нам пора расстаться, сохранив друг о друге самые приятные воспоминания…
Лилиан снова улыбнулась — до сих пор она и не подозревала у себя такой выдержки, такой силы воли!
— Так возвращайся скорее! Я буду ждать тебя!
Выйдя на балкон, Лилиан долго провожала взглядом удаляющийся вертолет. Она стояла, затенив глаза рукой, и смотрела вдаль даже после того, как машина исчезла за лесом, и гул мотора смолк.
Следующие два дня тянулись бесконечно. Конечно же, Гийом звонил ей из Орлеана. В первый день раз десять, не меньше. Торопливо произносил несколько фраз: дескать, вырвался на пять минут с важного заседания, зато вечером, напротив, говорил долго и так, что Лилиан легла спать, распаленная желанием, и полночи металась в постели, не в силах уснуть. А на второй день Гийом радостно объявил, что никаких задержек не предвидится, и завтра он возвращается.
Договорив, Лилиан опустила трубку на рычаг и, услышав легкий шорох, обернулась. В дверях стояла Эжени.
— Тебе что-то нужно? — мягко осведомилась Лилиан. Сейчас она готова была пылко любить весь мир, и даже несносную горничную!
— Я зашла узнать, не требуется ли вам чего-либо. Вы так бледны. Дурные новости, мадемуазель?
— Напротив, превосходные. — Лилиан счастливо улыбнулась. — Месье возвращается завтра, как и обещал. Я устрою в его честь праздничный ужин… и как раз думаю, что бы такое надеть.
Вопрос не из простых, вздохнула она. Путешествуя налегке, обширного гардероба с собой не возьмешь. К тому же все ее наряды Гийом уже видел…
— По-моему, отличный повод для нового платья, мадемуазель. В Брюникеле — это ближайший городок — есть очень даже неплохие магазинчики.
Лилиан удивленно посмотрела на горничную: в кои-то веки Эжени проявила и услужливость, и понимание.
— Да, — кивнула она. — Отличная идея. А ходит ли туда автобус?
Вопрос гостьи явно потряс горничную.
— Я немедленно договорюсь, чтобы подали машину, мадемуазель. Так распорядился месье, — добавила она, пресекая все возможные возражения Лилиан.
А та, не сдержавшись, радостно захлопала в ладоши, кажется, еще больше шокировав тем самым Эжени. Отчего бы и впрямь не принарядиться к возвращению любимого? Времени у нее осталось совсем мало — значит, нужно жить сегодняшним днем и дорожить каждым его часом! Опять-таки неплохо было бы приглядеть сувенирчики в подарок друзьям и близким, ведь час ее возвращения в Штаты уже недалек. Хотя кто, кроме Франсин и Карен, примет подарок из рук такой, как она?..
Шофер, невысокий, крепко сбитый юноша по имени Шарль, английского языка почти не знал, так что за всю дорогу до Брюникеля не перекинулся со своей пассажиркой и двумя словами. Однако же из окна машины открывались столь восхитительные виды, что Лилиан завороженно любовалась ими, ничуть не страдая от недостатка общения…
Брюникель оказался маленьким провинциальным городком. Однако центральная площадь со средневековой церковью выглядела весьма и весьма живописно.
Лилиан, кое-как мешая французские слова с английскими, договорилась с мрачноватым Шарлем, чтобы тот ждал ее у собора часа через два. За это время она наверняка успеет и покупки сделать, и городок осмотреть.
Насчет магазинов Эжени не солгала. В Брюникеле и впрямь обнаружилось несколько чудесных бутиков. И очень скоро Лилиан подыскала себе платье из серебристого креп-сатина, на бретельках, облегающее до талии и с пышной юбкой до колен. А, пройдя по центральной улице чуть дальше, она набрела на лавку кожаных изделий и купила изящный, ручной работы пояс для Франсин и кошелек для Карен.
В небольшом художественном салоне среди прочих выставленных на продажу картин Лилиан увидела написанный маслом пейзаж с замком Карийон. Она долго любовалась им, а потом купила.
Когда-нибудь эта картина послужит зримым подтверждением того, что волшебные две недели в Карийоне вовсе не привиделись мне во сне, не без горечи подумала Лилиан.
До назначенной встречи с Шарлем оставалось еще полчаса. И Лилиан зашла в церковь, полюбовалась великолепными фресками. А после заглянула в кафе напротив, заказала себе капучино и миндального печенья и, устроившись за плетеным столиком, стоящим прямо на улице под разноцветным навесом, порадовалась возможности отдохнуть и расслабиться, наблюдая со стороны жизнь тихого, сонного городка.