Клетка. Нечеловеческий приём (СИ)

— Согласна, — уселась обратно на матрас. — Эмма мне нравилась.
— Почему же теперь она мертва? А орудие её смерти оказалось в твоих руках?
— Любой мой ответ не имеет значения, детектив Миллер, — улыбнулась, как можно болезненней.
— Может проверим? — он был твёрд.
С минуту поразмыслив, ответила:
— Я не помню, как это произошло. Возможно, из-за того, что не успела принять таблетки.
— Да, они валялись на полу в твоей палате, — кивнул он и что-то пометил. — Как у тебя оказалось оружие? Где ты его взяла?
— Доктор принесла, — сама испугалась подобного вранья. Прости меня, Эмма.
— Она принесла? — переспросил и снова сделал пометку. — Для чего?
— Она так хотела мне помочь.
— Не пойму, — Миллер слегка занервничал. — Доктор Робертс принесла в твою палату пистолет, чтобы убить тебя?
— Она хотела помочь, честно. Здесь очень тяжело, поверьте, — скривила лицо.
— Да, понимаю. И что, в результате? Ты до сих пор ведь цела и невредима, кроме Эммы.
— Я вдруг испугалась, но она настаивала. Мне нужно было защищаться.
— И ты выстрелила ей в голову?
— Нет. Я связала её и ждала, чтобы кто-нибудь пришёл, — играла роль дальше.
Детектив усиленно потёр переносицу. Да, я тоже впервые слышу подобную ерунду.
— И? Пришёл кто-нибудь?
— Да, Джилл. Она мне помогла.
Его брови взлетели вверх, сканировал меня с минуту. Снова черкнул в блокнот. Пока наблюдала за ним, нервно переминалась с ноги на ногу. Эти следователи тоже неплохие психологи и часто способны учуять ложь за версту.
— Вы с этой Джилл часто общаетесь?
— Да, — стало страшновато. Одно дело нести бред, а другое рассуждать в этом ключе с профессиональным следопытом.
— О чём?
— Она моя лучшая подруга. Джилл всё время оберегает меня. Предупреждает о врагах. Она давно говорила, что Эмма плохая, а я не верила. Нужно было сразу её послушать. Доктор обманывала меня, потому и поплатилась.
Я внутренне снова усмехнулась. Что ж начала сочинять, так уж до конца, а глупость скатит и за невменяемость.
— Странно. Доктор Робертс всегда питала к тебе симпатию, судя по словам её коллег.
От этой правды внутри всё облилось кровью и смердящей жидкостью. Сглотнула, пытаясь проглотить презрение к самой себе.
— Как ты сбежала? — снова вопрос на который, хрен знает, как ответить.
— Джилл тоже помогла, — вот уж точно сморозила.
— И где ты была? Где скрывалась?
— В лесу. В одном сказочном домике.
— И Джилл была с тобой? — цокнув каблуком ботинка, уточнил он.
— Мы неразлучны, детектив, — улыбнулась в ответ. — Только ей я могу доверять.
— И Кастеру? — удар не в бровь, а в глаз. Я запнулась. — Ты звала его сейчас и он, вполне существующая личность.
Отчаянно соображала.
— Он хороший, — придала лицу детскость. — Он мне книгу подарил.
— И всё? — подозрительный взгляд напряг до звона в ушах.
— Вы зарываетесь, — придала лицу как можно больше возмущения.
Он усмехнулся:
— У доктора Майерса излишнее внимание к тебе, по словам персонала.
Внутри что-то запрыгало, словно вспоминая самые приятные моменты, о которых я тоже ни черта не могу вспомнить, только чувства — тёплые и свободные. Как же хочу его вспомнить, хотя бы увидеть.
— Я не помню ничего. Даже лица, — тут врать не приходилось. — Последствия комы.
— Да, мы в курсе, попытка самоубийства. Тоже, кстати, довольно загадочная.
Раздражение стало брать верх:
— Детектив, вы в психушке. Здесь содержат и лечать психбольных, убийц, маньяков. Всё, что происходит в этих стенах никогда никого не волновало, так как всё начинается с корня псих. И теперь, вы пришли тут и решили искать правду и концы во всём этом дерьме?! Эмма — жертва, я — психопатка, а вы — несчастный детектив, который не в состоянии понять, что просто тут не бывает объяснений и доказательств. Я убила её, все улики против меня, я не в своём уме и не отрицаю своих грехов. А теперь просто прошу вас убраться отсюда. Подобные вам типы вызывают во мне неадекватные и неудержимые эмоции.
— Джилл…
— Пошёл на хрен, козёл! — взвизгнула не своим голосом. Господи, пожалуйста, дай ему мозгов понять и скорей убраться! — Проваливай!
 
Для большей убедительности, упала на матрас и начала биться об него головой. Что было с детективом дальше, не видела, но услышала крики санитаров.
— Выйдите отсюда! У неё припадок…. Да вот эта… Придержи её… Надо вену найти….
Нет, только не успокоительное!
— Нет, нет, нет, — закричала я. — Не хочу, не надо, — пнула в ногу одного из них и умудрилась даже укусить за запястье. — Отвали, сволочь!
— Ах ты, сука! — заорал пострадавший. — Да держи ты её! Бешеная!
Меня блокировали.
— Коли куда получится. Похуй! — слышала голос второго.
Нет! Игла вонзилась мне в плечо. Поршень вогнал лекарство, и меня бросили на матрас.
— Готово.
— Укусила меня, падла! — сердито констатировал один из них.
Сознание поплыло и картинка исчезла.
Очнулась я в тишине. Сколько так провалялась — неизвестно. Попыталась сесть на лежаке. Ноет поясница, видимо, этот медицинский жлоб, неаккуратно перехватил сзади. Голова ныла, с дозой тоже слегка перестарались.
Чёрт! Что теперь? Встала с матраса, дошла до стены и уткнулась в неё лбом. Замерла. Оказалось на добрых пару часов. Просто ушла в себя. Отстранилась. Попала в мир своих иллюзий. В чувство привела открывающаяся дверь.
— Джилл? — голос знаком до жути, повернула голову.
Милые сердцу черты лица. Я тебя знаю! Это же ты!
— Кастер? — вылетело сразу и поняв, что не ошиблась, уже просто разрыдалась и осела на пол.
  
Глава 13. Отделение буйных
 
КАСТЕР
Когда она заплакала, все мои подозрения и догадки о её причастности к убийству Робертс тут же улетучились. Просто упал на колени возле неё и нежно обнял. Поток слёз был бурным, но кратковременным, словно летний дождь. Девушка затихла и я попробовал приподнять её с пола.
— Нас никто не слышит. Давай-ка, сядь на матрас. Вставай, — пленённое смирительной рубашкой тело Джилл опёрлось на меня. Поднял, усадил, достал платок. — Позволь, — протянул руки к её лицу. Еле заметно кивнула.
Утёр синяки под глазами от размытой туши и теней, которые всё ещё зияли на лице яркой маской. Девушку явно тщательно загримеровали, чтобы скрыть следы побоев. Цвет теней напомнил о манере макияжа доктора Робертс.
— У Эммы косметика, наверное, суперводостойкая, плоховато отмывается, — придал фразе, как можно больше непринуждености, ожидая её реакции. Она вздрогнула и отстранилась. — Джилл, Эмму убили за то, что она помогла тебе бежать?
Закусила губу, мотает головой.
— Он заметит, — она посмотрела на стены.
— Я отключил динамики, не бойся, надёжно, но времени немного. Ты же понимаешь, что я пришёл за ответами? То, что ты рассказала детективу Миллеру — вранье. Зачем ты укрыла информацию, вдруг это наш шанс…
— Кас, в ночь побега я была уверена, что смогу, что это мой шанс, но он опередил меня. Пока я под его властью, все мои попытки равняются нулю. Он не отпустит. И погубит других. Тебя.
— Джилл, тебе грозит отделение для буйных, понимаешь?
— Это не самое страшное, — качнула головой.
Я умолк и смерил её оценивающим взглядом. Она решила вступить с ним в бой? Лицом к лицу, один на один?! Потому и взяла вину на себя. Мать твою! Чёртова героиня! А если она так же в курсе кто её садист? И мне не говорила тогда, чтобы глупо уберечь. Хотя и сейчас не скажет, амнезия — её оправдание. Внутри начал закипать протест вперемешку с паникой.
— Опиши его, — уж против этого не попрёшь. — И не ври мне. Ты вменяема лучше всех нас!
— Нет, Кас, — решительный отказ. Опять это гребанное упрямство. — Он — мой…
— Да, еб твою мать! — взорвалось. Схватил её за лицо, перепугав. Предостергающе упёрлась в меня ногами. — Посмотри на себя! Где ты? Кто ты? Твоё тело изуродованно вдоль и поперёк! Эта мразь бьёт, насилует, унижает тебя! Ты пережила кому! Тебя обвиняют в убийстве! И? Да какого хрена, Джилл? Прикрывая его, ты только больше развязываешь ему руки! В одиночку ты с ним не справишься?