Женюсь. Срочно! (СИ)

– С нее-то всегда все и начинается, – картинно тяжело вздохнул Абрам.
– У вас же есть знакомые в Израиле? – я решила не ходить вокруг да около и задала главный вопрос.
– Ой вей, я готов послушать за вашу просьбу, лялечка, – улыбнулся Фридман. – Излагайте-таки.
Ну я и изложила, а Власов дополнил. Юрист нас внимательно выслушал, важно кивая в процессе, а как мы замолкли, взял ответ.
– Что это за еврей, если у него нет полмира и еще чуточку знакомых? – хмыкнул Абрам. – Поверьте, лялечка, я правильный еврейский мальчик, как поговаривала мама, поэтому отыщем мы Агате подходящую клинику.  Или вы думаете, что старый Фридман не поможет подруге? Таки я вам скажу, шо да. Но вот денежный вопрос…
– Вообще не вопрос, – вклинился молчавший до этого Власов.
Абрам смерил моего будущего фиктивного мужа внимательным взглядом, причем сделал такую мину, будто впервые только что его заметил.
– Лялечка, будьте добры влить мне в уши, кто этот мальчик? Его здесь не стояло.
– Это мой, – начала я, – хм-м…
– Муж, – дополнил Демьян, отчего у Абрама глаза на лоб полезли.
– Геволт! Это тот самый адиёт, из-за которого нас с вами свела-таки судьба? – прицыкнул языком мужчина. – Лялечка, так мы будем оформлять развод или вы с радостью дальше будете тащить на себе этого фармазона? А на вид приличный человек, тьфу! Говорила мне мама, Абрамчик, не суди человека по морде лица… Ой вей!
– Будущий муж, – поправил сам себя Власов.
Фридман снял очки, медленно протер их платочком, а потом опять водрузил на нос и посмотрел на Демьяна.
– Шоб я так жил, – покачал головой Абрам. – Кстати, о птичках. Так мы разводимся или женимся?
– Сначала разводимся с Зайцевым, – подсказала я.
– Срочно, – сделал акцент Демьян.
– Потом оформляем брак с Власовым.
– Срочно, – опять поставил точку мужчина.
– Та шо вы мне заладили попугаем? – отмахнулся Фридман. – Не цепляйтесь глазами за очки, я прекрасно-таки вижу, шо у вас взорвалось и уже горит. Но по закону…
Демьян поджал губы.
– Разве два умных человека не смогут придумать, как выгодно обойти этот закон? – склонил голову набок он. – Особенно если это для пользы дела и справедливости ради.
Абрам опять остановил красноречивый взгляд на Власове. Довольно долго смотрел, глаз не отводил. Впрочем, и Демьян не моргал, словно эти гляделки могли сыграть решающую роль.
– Нет, ну вы посмотрите сюда. Хорошо грамотный какой. Я честный еврей, – возмутился Фридман и тут же понизил голос. – И шо вы таки предлагаете?
– А давайте обсудим подробности? Я тут неплохое кафе заметил неподалеку…
– Не отравят? Меня Ноня домой не пустит, если узнает, что изменил ее кухне, – хмыкнул юрист.
– Обижаете, Абрам…
– Моисеевич, – подсказал старый хитрец.
– Абрам Моисеевич, устроим все в лучшем виде, – улыбнулся Демьян.
Власов был наделен талантом убеждать, я это поняла на собственном опыте.
– Берите курс, молодой человек. Абрам Фридман согласен тряхнуть стариной и всем тем, что еще сможет трястись.
Я хихикнула.
– Идите вперед, Абрам Моисеевич, я вас догоню, – попросил Власов.
– Пошептаться с лялечкой хотите? Дело житейское, уважаю, – кивнул Фридман и оставил нас наедине.
– В реанимацию тебя пропустят, я договорился. Только ненадолго, сама понимаешь, – сказал мне мой будущий муж. – Как освободишься, набери меня.
– Что я, сама кафе не найду?
– Ты-то найдешь и попутно еще неприятностями разживешься, – хмыкнул Демьян. – Поэтому не спорь, Лисичка, перестраховаться лишним не будет. Времена сейчас неспокойные, давай не будем искушать судьбу. Нам еще с имеющимися проблемами в порядке очереди разбираться.
– Хорошо-хорошо, – выставила руки я, – убедил, папочка.
– Папочка? – вздернул брови Власов. – А мне даже нравится такой расклад, деточка. Так и подбиваешь меня поддаться ролевым играм.
– Шут, – беззлобно фыркнула я на его подмигивание.
Демьян рассмеялся.
– Я буду ждать, Лисичка, – пообещал мне в спину он. – С нетерпением.
Прислушиваясь к себе, я понимала, что тоже буду ждать… Только признаться в том, что испытываю к Власову чувства, далекие от благодарности, совсем не готова.
 
Дежурная медсестра без лишних вопросов провела меня к бабушке. Я даже и не удивлялась уже, как легко решаются проблемы при наличии хрустящих купюр.
Только поговорить с Агатой мне не удалось: она спала. Я тихонько постояла рядышком, впитывая ее образ и запрещая себе даже мысленно прощаться.
Бабушка была такой же, как при последней нашей встрече, разве что немного бледнее обычного. Доподлинно не знай я серьезности ее состояния, и никогда бы не догадалась, что от смерти эту женщину отделяет несколько шагов. В ней было намного больше жизни, чем у немалого количества моих молодых знакомых.
– Поборемся еще, Ата, – резюмировала я и, легонько коснувшись ее щеки, оставила бабушку набираться сил.
– Егор? – удивилась я, столкнувшись с другом на выходе из реанимации. – Ты что здесь делаешь?
Мужчина был уставшим и явно не выспавшимся, я сразу заметила.
– Знакомые пригласили проконсультировать во время тяжелых родов, – ответил Измайлов.
– У нас теперь и в реанимации рожают?
Егор сжал двумя пальцами переносицу, прикрыл глаза.
– Как ты понимаешь, Вика, роды прошли неудачно, плод погиб, а роженица теперь здесь, коллеги ввели ее в искусственную кому.
– Прости, – поджала губы я, понимая, как несвоевременно решила блеснуть сарказмом.
– А что ты здесь забыла? – нахмурился Измайлов.
– У бабушки был приступ.
– Разве твоя бабушка не мертва? – удивился Егор. – Что с лицом, Вика?
Мы как раз вышли в коридор и двинулись к лифту.
– Ты очень многое пропустил, Измайлов, – пожала плечами я. – У меня головокружительные перемены.
– Правда? – заинтересовался друг. – Так, может, расскажешь?
И тут у меня зазвонил телефон, Демьян как чувствовал, что я уже справилась, видимо, решил перестраховаться и набрать меня.
– Все хорошо, я уже спускаюсь, – отрапортовала я в трубку.
– Через пару минут подойду, жди меня в холле, Лисичка, – сказал Власов.
– Слушаюсь и повинуюсь, – закатила глаза я и сбросила звонок прежде, чем мужчина опять стал бы подшучивать.
– Это кто? – помрачнел Егор.
– Жених.
– Какой жених? – обманчиво тихим тоном спросил Измайлов. – Разве ты уже успела развестись с Зайцевым?
– Это дело времени, я опять замуж выхожу, Егор, – ответила ему, умолчав, что брак будет договорным на взаимовыгодных условиях. Чем меньше людей это знало, тем мне почему-то дышалось спокойнее. – На свадьбу не зову, не думаю, что мы с Демьяном будем устраивать какое-то торжество.
– С Демьяном, значит? – Измайлов переменился в лице. – Не думал я, Вика, что ты так быстро утешишься с чужим мужиком. Ко мне прийти не могла?
– К тебе? – опешила я. – Ты слишком занятой специалист, чтобы я тебя еще из-за личных проблем дергала. И что значит «утешишься»? Что за разговор такой?
Егор был сам на себя не похож, а ведь знакомы многие годы! Я совершенно его не узнавала, и это… откровенно дезориентировало.
– А может, я хочу, чтобы ты меня дергала? – опасно прищурился Измайлов. – Меня, а не Зайцева или какого-то Демьяна!
Между нами повисло напряженное молчание, еще и слишком пристальный взгляд мужчины выбивал меня из колеи.
– Какая муха тебя укусила? Я понимаю, неудачные роды, но ведь это не повод на мне срываться, правда?
– Неудачные роды? – хмыкнул Егор. – Не приплетай к нам мою работу.
Я мгновенно приблизилась к Измайлову и шумно понюхала воздух.
– Ты взял на грудь? Если да, то я не осуждаю, – тут я немного слукавила, – но хотя бы смогу понять, почему ты несешь такой вред.
 
– Я врач, а не алкоголик, – закатил глаза мужчина. – Конечно, трезв как стеклышко. Все дело в тебе, Вика!
– Во мне?! – ахнула я. И почему сильные мира сего, чуть что, винят женщин?