Музыка Имматериума (СИ)

— С Шеком Глыбой вы разобрались? — уточнил я.
— Да. Предварительное соглашение, об ограниченном суверенитете, взамен на военную и иную службу, — выдал Денис. — Детали уже решим лично.
— Они хотят свою планету? — уточнил я.
— Точно так, Зодиак, достаточно молодая планета, сходная с Геллефирой, но постарше. С более развитым биоценозом, — ответил Зондер. — Почти самая удалённая, относительно прочих планет Сектора. Я, признаться, о расе скватов и не слышал до нашей встречи, — заметил он.
— Как и большая часть Империума, — отметил я. — Кстати, скваты не столько раса, сколько трансхомо, не стоит ошибаться в таких моментах. Навигаторы, огрины, ратлинги, из общеизвестных. Скваты, к слову, есть и среди Инквизиторов, — веско покивал я на изумлённый взор. — А вообще, с вашим допуском, почитайте на досуге о транслюдях или абхуманах. Их, если мне не изменяет память, около семидесяти видов. И они кардинально отличаются от мутантов, хотя в наставлениях Депортаменто, зачастую, такая каша, — поморщился я.
— А вы как считаете? — заинтересовался Денис.
— Хм, смотрите, — ответил я. — Стабильная, самоподдерживающаяся популяция. С генетически наследуемыми стабильными и полезными признаками. К ним, например, мои “белые ангелы”, — хмыкнул я, — не относятся. Их внешность и некоторая невосприимчивость к проявлениям имматериума — благоприобретённое, за счет близости Ока Трепета, свойство. Что-то вроде загара, — на что и губернатор похмыкал. — Соответственно, вторым признаком трансхомо является генетическая совместимость и здоровое потомство от Хомо Сапиенс Сапиенс.
— И все трансхомо совместимы с людьми? — последовал вопрос.
— Все. В противном случае это либо мутанты, либо именно “иной вид”, — отрезал я. — Те же скваты, в большинстве своём, живут с человеческими женщинами. Их генотип изменён неудачно, так что у них крайне мало женщин.
— Полукровки? — уточнил Денис.
— Нет, чистокровные скваты. Собственно, я уверен, что абхуманы есть продукт не мутации или эволюции, а работа Эры Тёмной Технологии. Слишком стабилен генотип, потомство ВСЕГДА является трансхомо. В природе так не бывает.
— И огрины? — почти с ужасом уставился на меня собеседник.
— Хомо Сапиенс Гигантус, — улыбнулся я. — Ну да, вполне совместимы. Правда, ежели человеческая женщина переживёт “ночь любви” и забеременеет, то последует выкидыш. Не из-за генов, просто размеры, — уточнил я.
— А огрин…ихи? — полюбопытствовал покивавший Денис.
— А с ними, — развеселившись, ответил я, — совсем весело.
И поведал губернатору весьма пикантную, но меня изрядно веселящую историю. Итак, огрины, невзирая на габариты — не уроды, вполне приглядные человеку создания. Низкий лоб, разве что, и челюсть тяжеловата, но многим идёт. Ну и огринихи, как их назвал Денис, вполне приглядны, подчас, с выменем размера этак двенадцатого, от чего у ряда человеков срывало резьбу.
И сами эти большие дети были совсем не против, вот только… размеры и силы. Собственно, призывать огриних перестали ещё во время Крестового Похода: эти дамы и сами были не прочь, а количество “небоевых потерь” среди любителей пышных форм зашкаливало. Я даже процитировал один протокол, когда дамочка в слезах, помахивая нецелым офицером, докладывала: “Лейтенант сломался!”
— Сломался! — похихикал со мной Зондер. — А дети?
— Огрины, если не “сломался” до должного момента, — фыркнул я.
— Велик Империум, — философски откомментировал Денис.
— Он такой, — покивал я. — Ладно, Денис, не буду отвлекать от дел, но напрягайте заместителей, — на этой мажорной ноте мы и расстались.
— Хм, Кристина, а какие у нас есть тут дела? — полюбопытствовал я у своей тереньтетки.
— Вы хотели дождаться Шека, а в остальном, вроде бы, дел и нет, Терентий, — озвучила девица. — Разве что… — многозначительно поиграла бровками она.
— Ночью, — отрезал я.
А то, ежели бы я взялся удовлетворить ВСЕ аппетиты бывшей демонетки, то не покидал бы койку. Вообще и совсем не покидал бы.
— Люди вроде в недельном отпуске, — припомнил я.
 
— Точно так, Терентий, — покивала как расстроенная текущим, так и довольная обещанным девица. — Гера навещает своих, она же местная. Ганс вон там…
— Кристина, как вы меня находите?! — послышался возмущённый голос на вокс-канале. — Простите, Терентий, но я не первый месяц пытаюсь понять, а ваша… помощница молчит, — обиженно заявил Краснов. — Ваши способности я могу понять, но она же псайкер, пусть сильный, но обычный!
— Не вполне так, Ганс, — отметил я. — В ряде моментов Кристина выдающийся псайкер, невзирая на силу. Вы забываете два её направления.
— Энергокинез и биомантия, помимо телепатии, — послышался задумчивый голос. — Но всё же экранировано! — послышался вопль души.
— Скажи ему, хватит играть с парнем, — тихо, голосом сказал я.
— Ты дышишь, Ганс, — ответила Кристина воксом.
— Так температура стравливаемого воздуха равна окружающему воздуху! А в то, что ты, Кристина, чувствуешь состав выдыхаемого воздуха в полукилометре — я не верю! Не могут такового псайкеры! — категорично заявил Ганс.
— Бактерии, Ганс. Ритмично появляющиеся из ниоткуда, ритмично, — фыркнула девчонка, под явно восхищённое её достоинствами бурчание.
Так, под беседу, добрались мы до Ястреба, поджидающего меня в космопорте. Ганс, кстати, двигал на летающей тарелке, этаком сёрфе, если меня не подводит память, производимым по затрофееной у ушастых технологии ограниченным тиражом. Как раз для Официо Ассасинорум, так что ушёл из храма Ганс не голый и босый.
А в Ястребе мои преторианцы и огрины дожидались мою персону. Таскать их с собой наземной техникой было глупо, вышел бы лютый караван, ну а место условно безопасное. После дружного поклона преторианцев, один из них, самый болтливый (мысленно похмыкал я) выдал:
— Почтенный Инквизитор, Магос Смерть Несущий Доминус передал вам приглашение, как и вашим аколитам. На церемонию, которая будет произведена вечером, в восемнадцать по-корабельному — прогудел трепач.
— Хм, а я думал, так и не случится, — отметил я, давая распоряжения воксом.
— Эльдинг? — уточнила Кристина.
— Очевидно, — пожал плечами я. — Ладно, господа преторианцы, Ястреб ждёт аколитов до половины шестого, а у нас есть время. Можете прогуляться со мной, — оповестил я.
— Прогуляться? — последовал вопрос.
— Ну да, мы с Кристиной прогуляемся по городу, перекусим в каком-нибудь заведении. А вы, при желании, можете составить нам компанию, если вам интересно. Подчёркиваю, это не сопровождение и работа телохранителей, — уточнил я.
— Принято, Инквизитор, — прогудел болтун.
В итоге тройка преторианцев составили нам компанию, следуя в отдалении в компании огринов, распугивая невиновных и непричастных жителей улья. Кристина же светилась, почти как я в момент утери контроля над “свячёностью”. И даже шёпотом уточнила:
— Это свидание?
— Ну да, — хмыкнул я. — Я с моей девушкой даже в ресторации не посидел ни разу. Надо исправлять, — веско заключил я.
И занялись мы исправлением, посидели, перекусили, поболтали. Девчонка была до чёртиков довольна, да и мне момент, что я, как человек, первый раз за годы с девушкой посижу, принёс немало удовольствие.
Как и реакция персонала ресторации на двух огринов, пожирающих полусырое мясо из тазиков реквизированными половниками. Да и новые привратники заведения в виде трёх преторианцев внушали. Всем разное, но мне уж точно — хорошее настроение.
Наконец, собрав аколитов, вернулись мы на Гнев. Где в кумирне Омниссии, под попискивание техножрецов, Валлиос провёл над Эльдингом дикарский “ритуал возвышения”. Кстати, Претор Электроид от обычного люминена отличался… скорее меньшей аугментацией, внешней уж точно. Вместо лютой банки за спиной, с проводами, ведущими к запястьям, Эльдинг получил аккуратный рюкзачок без внешних проводов, венчаемый заспинным шипастым “нимбом”, искрящим статикой. Да и механодендритов лишился, по крайней мере, внешне заметных.