1000 и 1 жизнь 8 (СИ)

— А-крх-кх! — проскрежетала Жаклин от боли, пытаясь при этом страстно улыбаться. — Не туд-да!
— Туда, — выдохнул Сергей, вбивая ее в камень.
Член его вздулся и удлинился, растягивая ей задницу и намеренно причиняя боль, перегоняя ее в хранителя и сводя того с ума, и одновременно с этим дотягиваясь до ядра, как некогда с Гефахрер. Нолан справился как-то иначе, но он был владельцем источника, а здесь Сергею требовалось принудить к уничтожению другого человека, пускай и жену, но в то же время владелицу — по — праву сильнейшего источника Священного Рода.
Причем принудить быстро, так как время, буквально, утекало сквозь пальцы.
Отдельной грани нетерпения и ярости спешки добавляло то, что он находился вне боя, не сражался и не разил лично, переложив задачу на других, и Сергей знал, как легко там все может пойти по известному органу, тем более в случае Герхарда, уже показавшего ему, что он опытен, силен, осторожен, пускай и не так, как Альфред Гамильтон.
— Еще! — что-то хрустнуло в Жаклин и слезы полились из ее глаз.
Внизу хлюпало и чавкало от крови, она собиралась заорать от боли, и Сергей ударил ее, вбивая зубы внутрь, добавляя боли и отупления.
— Вызывай Негасимый огонь! — заорал он ей в лицо, не прекращая движений. — Вызывай!
— Муф моф, но фафем⁈ — прошепелявила она окровавленным ртом. — Ффесфе…
Новый удар, по рту, мозгам и заднице, и Сергей понял, что ошибся, машинально пошел привычным путем, которым сносил ранее мелкие источники, но здесь требовалось действовать иначе. Ошибся и в то же время не стал откатывать жизнь, задвигался еще быстрее, словно добывая огонь трением, и сам чуть не заорал от боли.
— Вызывай!
Преобразованное накачкой тело и Сергей вонзил пальцы ей в живот и в голову, ударяя по телу, так как допустил ошибку и пытался давить через разум. Волна наслаждения и боли, отключения мыслей, подавления и одновременно с этим сильнейшее ощущение смерти. Жаклин прогнулась, не прекращая орошать кровью алтарь, стиснула Сергея, словно ей не хватало размера и боли, и он излился в нее через силу, словно посылая искру зажигания в заглохший мотор.
— Нужно сжечь мосты за спиной, чтобы захватить весь мир! — заорал он, сразу ощутив себя дураком.
Но глупый пафос сработал и Жаклин содрогнулась, посылая приказ, обмякла на камнях алтаря, насаживаясь на них плотью, которая превращалась если и не в тыкву, то в нечто очень схожее с ней. Ураганная волна превращений и накачки силой дала откат и теперь Жаклин менялась, расползалась, будто гнилой фрукт, чернела и распадалась, и из нее хлестала сила, подпитывая вспыхнувший вокруг негасимый огонь.
— Спаси меня, муж мой! — простонала она, пытаясь протянуть руки.
Те не слушались, тоже разваливались на части, и Сергей, разумеется, и не подумал ее спасать. Отскочил, словно боясь заразиться, и ринулся прочь, пользуясь тем, что хранитель обезумел и разил своих и чужих, жег и убивал, спеша выполнить последний приказ — уничтожить самого себя и всех, находящихся в источнике.
— Дорогу! — Сергей попытался уйти порталом, но словно увяз в источнике.
Проломился — ведь он все еще оставался мужем Жаклин! — и все равно увяз, ринулся вперед, ощущая, как его догоняет волна смерти. К демонам такие приключения, подумал он сквозь звон и слабость в ушах и ногах, а также между ног. Во всем следовало знать меру, а он перестарался, выжал максимум из магии «плодись и размножайся», волшебного брака, и теперь его настигала расплата.
— Ты! — яростный рев израненного Хофманна.
— Я! — выкрик Сергея в ответ.
Магические слуги и еще кто-то кружились вокруг Герхарда, наседали на него, вцепились, словно свора собак в медведя и кусали со всех сторон. Хофманн бил и уничтожал, пытался вырваться, и сражался, несмотря на отсутствие свиты и почти уже пробился к выходу. Конечно, источник Кардиналей тянулся дальше их родового особняка, где и происходило дело, но дома и стены помогали — вырваться за их пределы и стало бы легче.
Сергей рубанул саблей и не достал, Хофманн отшатнулся.
 
— Получай!
Снаряд из плоти великана, которым Сергей в прошлый раз достал Хофманна, промчался и промазал, старый Герхард стремительно присел и уклонился, спасся, но это же его и погубило. Слуги набросились, наконец-то войдя в плотный контакт, а Сергей прыгнул и помчался дальше, впечатался в дверь на входе и все же оказался снаружи, вдруг оказавшись лицом к лицу с толпой охраны, слуг и еще кого-то. Не магических слуг, обычных, и он завизжал, не думая, на французском.
— Нас предали!
Не слишком-то умелая игра, да и внешность он не менял, но все это не имело никакого значения. Сергей прыгнул прямо с крыльца, в полете его пробило пулей и только тут до него дошло, что он так и мчался обнаженный. В руке откуда-то взялась сабля и он рубанул ей наотмашь, едва не припал прямо к шее, чтобы высасывать кровь напрямую, будто заправский вампир.
— Убить всех! — крикнул он, пытаясь добавить магии и в голове тут же прострелило.
На заклинание магии превращения его все равно хватило и вокруг загрохотали пулеметы, убивая тех, кто не озаботился защитой, а сам Сергей взлетел стремительно, на ходу соорудив себе скафандр. Своим силам он уже не доверял, и в то же время, сопротивление воздуха и магии вокруг ощущалось уже не таким сильным, и он рискнул, телепортировался выше и увидел, как все вокруг вспыхнуло лиловым цветом.
Волна Негасимого огня вырвалась из особняка, выжигая все вокруг, саму магию, словно мимо пролетела толпа драконов, и Сергея едва не достало, но он успел, вырвался и выжил, голый, раненый, перемазанный в чужом дерьме и крови, и обессиленный, но все же живой.
А вот Хофманн не успел.
— М-мать, — выдохнул Сергей, пытаясь взмыть выше и уйти в сторону.
Внизу полыхнуло и к небесам рванул новый гриб, во все стороны летели струя и заряды лилового огня, магия бушевала, пожирая сама себя, тысячелетние запасы и у Сергея закружилась голова. Его охватило странным нетерпением и желанием рухнуть вниз, отдаться этому Огню, так напоминавшему подгорное пламя карликов.
— Соберись, ебарь-террорист! — Сергей врезал самому себе рукой.
Перекинулся в птицу и устремился ввысь и прочь, успел, даже хвост не спалило, и рухнул потом дальше вниз, словно метеорит, и в полете окончательно приходя в себя. Да, он был далек от свежести разума и силы, но в то же время страх и возбуждение схлынули, пришло понимание ЧТО он сотворил и впору было хвататься за голову и прочие перетруженные, вопящие об отдыхе органы.
А ведь ему говорили, предупреждали — не трогай источники так открыто!
— Вот и припасенное проклятие пригодилось, — выдохнул Сергей, приземляясь.
Слабость и упадок сил он преодолел усилием воли и магии, собрался и очистил голову. Да Жаклин и брака с ней было уже не вернуть, и ее сила пригодилась бы ему, о да, синергия с другими школами, особенно с русалками. Кардинали и правда породнились с ними, ища преимуществ в магии, но было это давно, еще до Войн Крови. Вот что надо было сделать, подумал он устало, превратить Жаклин в русалку, этим сломить ее сопротивление в конце, не рискуя своими силами и положением в браке.
Вот было бы «смешно», стань она сильнее, а он впади в подчинение брака!
— Одежду мне, — скомандовал он вслух.
Не потому, что рядом находился кто-то, но словно напоминая самому себе, что некогда падать лицом в грязь и валяться там. Следовало собраться и промчаться по окрестностям, найти жертвы и выпить их силу, чтобы подготовить все и организовать нужную легенду. Герхард Хофманн сжег еще один источник, уничтожил Кардиналей, как ранее выжег Лонгхэдов и в процессе поплатился, доблестные французские маги одолели его, несмотря на орды зомби, которые с собой притащили германцы.
Пафос, ярость, мощь событий, ссора двух стран, и, разумеется, гибель Гарольда Чоппера, из-за которого и поссорились… гм, нет, в такое никто не поверил бы, это точно. Слишком многие знали о захвате Гарольда, а стало быть, требовалась иная придумка.