Вольдемар Старинов 3 (СИ)

Папаша Флат покраснел.
—Дык это… не могу при госпоже.
—О-о-о! Да не слова! Слова у тебя в тексте есть, интонации вспомни!
Риола вернулась к насмешливо наблюдающему за происходящим из зрительного зала Володей и плюхнулась к соседнее кресло.
—У тебя неплохо получается, я думал, мне самому все разжевывать придется. Откуда такие познания в сценическом искусстве?
—Я однажды, когда родители были живы, ездила с ними в империю и видела там театр и игру их актеров. Потому я на игру любителей на площадях и смотреть не могла после империи. Вот уж не думала, что тебе захочется получить свой театр такой же, как в империи. Впрочем, до имперского ему далеко.
Володя хмыкнул.
—Я не обольщаюсь, но самый длинный путь начинается с первого шага. Дети, кстати, уже поняли, что от них требуется. Их игра такая непосредственная и искренняя. Взрослым же мешает их прошлый опыт, они привыкли играть так. Привыкли показывать эмоции персонажа не игрой, а жестами, нарочито выпячивая их. Ведь кто их зрители? Непритязательные крестьяне, горожане. Им пока все не разжуешь, никаких намеков не поймут. В комедии надо за шторой специального человека для них сажать, чтобы смеялся в том месте, где смешно, подсказывая зрителям.
—Ну не до такой же степени, — не очень уверенно возмутилась Риола.
—Ты не поверишь, — снова развеселился Володя. — Потому и эмоции персонажей артисты показывают так, тут даже самый тупой догадается, что вот этот персонаж злится, а этот радуется.
К ним присоединилась Аливия и Аника, последняя на ходу читала какой-то свиток, даже что-то править в нем пыталась «вечной» ручкой, подаренной Володей. Аливия как обычно веселилась, но увидев игру актеров, замерла, наблюдая.
—Вот, очередной кусок, — Аника протянула свиток Риоле.
Девушка бегло просмотрела его и кивнула, отрывок этот она уже читала и сейчас смотрела внесенные правки, изменились в основном песни. С песня отдельная беда. По идее их петь должны свои персонажи, но когда это попытались сделать… Володя хохотал так, что артисты едва не сбежали. Риола морщилась, Аника зажала уши руками и зажмурилась. Даже Корт, самый немузыкальный из всех, решил, что лучше потренируется, чем слушать «мычание не доеных коров». Так что к исполнению привлекли барда. Сторна посадили за ширмой и в нужный момент, не показываясь зрителям (это для него вообще шоком явилось, как это зрители и не видят барда), исполнял ту или иную песню. Из-за этого ему и не нравилось участвовать во всем этом, но против князя Сторн идти не рискнул, тем более и заказов у него много от этого самого князя и за игру в театре ему немного платят. Так что смирился как с неизбежным злом, а характер не давал ему халтурить даже на не любимых им выступлениях.
—А когда они закончат? — Аливия как всегда нетерпелива. — Хочу поскорее посмотреть спектакль. Риола, они быстро справятся?
Говорить прямо Риола не стала, но ее вид был весьма красноречив, Аника захихикала.
—Так плохо?
—Нет, — опередил девушку Володя. — Для уровня крестьян они играют хорошо, Риола же требует от них уровня имперского театра, а это сразу не получится.
—Ну сам тогда и тренируй их, если считаешь, что они хороши, — рассердилась Риола.
—Я так не считаю, — примирительно отозвался Володя. — А если я начну их тренировать, то вскоре они начнут ходить строем и делать разные маневры. Я ж только армией командовать умею.
Аливия рассмеялась, видно представила картинку шагающих строем артистов. Риола тоже слабо улыбнулась.
—Может так и надо с ними, — буркнула она.
—А может выписать кого из империи? — ехидно поинтересовался Володя. — Чтобы помог театр поднять.
Риола даже растерялась, видно такая мысль ей даже в голову не приходила.
—А… а можно?
—Почему нет? Подбери исполнителя и отправь в империю с полномочиями. Пусть ищет кого и нанимает. Надо только подумать о том, сколько мы готовы ему заплатить.
—Ой, было бы здорово!
В дверях театра показался Абрахим Винкор, со света в полутемном помещении, где освещалась только сцена, он не сразу заметил князя, но вот разглядел и уверенно зашагал к нему. Володя заметил секретаря и сжался.
 
—Ну вот, нашел, — буркнул он. — А я так наделся еще немного отдохнуть от всех этих дел. — Володя встал. — Ладно, девушки, продолжайте уже без меня, а ты, Риола, подумай, идея ведь хорошая.
—Милорд.
—Иду, Абрахим.
С того момента, как в замке появилась Генриетта прошло уже почти три недели. Тогда, принимая решение насчет девочки Володя не совсем верно просчитал последствия поступка о чем ему на следующий день и сказал герцог Алазорский.
—Хоть бы со мной посоветовался бы, — вздохнул он в конце своей речи, в которой объяснил всю поспешность поступка герцога Торендского.
Володя выслушал молча, покаянно склонив голову.
—Может все не так уж и плохо будет, — отозвался он, когда Алазорский закончил. — Но даже если и так… Ну не могу я ее выгнать, Ленор! Ну вот что хочешь со мной делай, не могу и все! Её же убьют!
Герцог успокоился и переглянулся с невозмутимым графом Танзани, промолчавшим все это время.
—Знаю. Может ты и прав, что после всего пережитого тобой у тебя все еще остается доброта к тем, кто нуждается в защите. Но проблем ты себе заработал на пустом месте.
—В каждом человеке должно оставаться что-то, что не должно меняться несмотря ни на что, иначе это не человек, а мусор! — вдруг заговорил граф. — Герцог Торенды во многом… беспринципный человек, который ради конечной цели готов на многое. — Герцог Алазорский и Володя с одинаковым недоумением уставились на графа. Оригинальные слова, а Володю еще и покоробила характеристика о беспринципности, тем более во многом граф прав. — Но я рад, что он никогда не поступается теми принципа, что у него есть несмотря ни на какие возникающие проблемы. Именно поэтому я и поддерживая его, хотя не все его поступки отвечают рыцарской чести.
Алазорский больше не спорил, а Володя еще долго размышлял над словами графа.
Предсказанные проблемы начались быстрее, чем Володя предполагал, даже раньше, чем заявился Тирон. Как оказалось, дворяне, которые сейчас постоянно присутствовали в армии или как будущие депутаты парламента, быстро прознали о назначении Генриетты и Аники, которую Володя принял фрейлиной заодно с беглянкой, и через три дня заявилась целая делегация. Как же так, они храбро сражались за короля, сохраняли верность, а их дочери что, разве не заслуживают… Счастье, что Володя, предупрежденный Алазорским, оказался готов к такому разговору, а то точно растерялся бы.
В общем, в результате проведенных переговоров все дворяне не ниже баронов, у кого есть дочери примерно возраста Аливии и кто согласен с этим, направит их в замок фрейлинами к маркизе. А поскольку уже было известно, что принцесса Ортиния, войдя в положении князя, подобрала обер-фрейлину для девочки лично, и она уже выехала из столицы, то вряд ли кто из дворян откажется от чести быть представленным при дворе герцога. Это и честь и возможность в будущем выгодно организовать партию для дочери. Потому, кстати, и ограничение не ниже барона. Ну или за особые заслуги, как у некоторых тиров, отличившихся в сражениях. А Генриетта с Аникой? Так не выгонять же их?
Когда переговоры закончились, Володя внешне оставался спокойным… внешне… Зато оставшись один, высказал в небеса все, что об этом думает.
—Детский сад!!! У меня теперь тут детский сад будет!!! За что?!
Убедившись, что немного успокоился, Володя отправился за советом к герцогу Алазорскому. Однако, видно, не совсем получилось скрыть чувства и герцог встретил его смехом.
—Выглядишь ты как человек, который уже решил в петлю залезть.
—Восемнадцать девчонок от семи до двенадцати лет, Ленар!!! Я в поход сбегу!
—Ладно тебе, успокойся, будто тебе с ними нянчиться придется. Это уже не твоя проблема, а обер-фрейлины, тебе только надо подготовить помещения для них. Кстати, западное крыло для фрейлин и отводилось, его только в порядок привести надо. И не стони, сам виноват, нечего было спешить. Не стал бы брать Генриетту фрейлиной, еще долго никто бы не вспомнил об этом.